Поэзия диаспоры
Ирина КАРПИНОС (УКРАИНА)
Родилась и живёт в Киеве. В 1991 году окончила Литературный институт имени А.М. Горького в Москве. Работала в киевском театре «Колесо». Член Союза театральных деятелей и Конгресса литераторов Украины. Издала три книги прозы: «Cinema, Парнас и джаз», «Красный плащ трубадурки» и «Из логова змиева», а также четыре книги стихотворений: «Круговорот», «Запретный праздник», «Музы и пушки», «Перевёрнутый мир». Печатается в журналах, альманахах и антологиях русской поэзии. Лауреат международных литературных конкурсов. За книгу «Перевёрнутый мир» Ирине Карпинос в 2016 году присуждена премия им. Максимилиана Кириенко-Волошина, учрежденная в Украине для поэтов и писателей, пишущих на русском языке.
Ирина Карпинос – поэт прямой речи. Искренность не может быть поэтическим приёмом, она должна быть состоянием ума, души, сердца. И когда своя боль подключена к общечеловеческим печалям, слово начинает жить со всей полнотой.
Д. Ч.
ДВЕ ВОЙНЫ
И когда облачается в шкуру врага твой друг,
Оборвав христианские струны, ты шепчешь: лучше б он умер!
Не сегодня, вчера, когда-то, без чьих-то рук...
Но уже бы затих, разрядился в виске этот чёртов зуммер!
А пока – все бессонные ночи одним куском.
Вам нарезать? Но нож тупой, а ночи всё толще.
Песен больше я не пою и почти не плачу тайком.
Обо всех, с кем раньше сражалась, забыла, в общем.
Потому что вот уже год, как бессмысленная война,
С её мнимыми перемириями вперемежку,
Растоптала ясные чувства, выпила кровь до дна.
И я тупо мечусь, мой Гамлет, бытием и забвеньем между.
Потому что инстинкт выживанья быстро перегорел,
И инстинкт продолженья рода в упор расстрелян.
Мне плевать, что в гнусное это времечко я – не у дел,
Мне плевать на лживые исторические параллели!
И в дыму юбилеев Победы, в дни неназванной новой войны,
Горстка выживших стариков – с двух сторон на переднем плане.
Им привить пытаются правнуки комплекс чужой вины...
Лучше б дали сто грамм фронтовых в кружке, в гранёном стакане!
Чтоб на сердце у них полегчало, хотя бы чуть-чуть!
Невозможно смотреть этот ад без анестезии!
Я хочу за погибшего деда поставить свечу...
Только негде! Торговцы в храмах наследили и наслезили.
Два обломка кровавой родины нечем соединить.
Все осколки дружб и любовей теперь смертельны.
Как же ты сомневался, Гамлет: быть, мол, или не быть?
Как же ты сомневался! Вот и вороны налетели...
7 мая 2015
ЖЕНЩИНА ПОСТМОДЕРНА
Женщина со следами совсем недавней красы,
что ты смотришь устало с неизвестной картины?
Над тобой весьма откровенно посмеиваются в усы
молодящиеся плейбои – редкостные кретины.
Женщина постмодерна хочет быть молодой,
очень тонкой и звонкой, очень сильной и стильной:
она спешит на рассвете в бассейн с ледяной водой,
красит губы вампирской помадой, наряжается инфантильно.
Женщина гиблой эпохи необъявленных войн
жаждет любви не меньше, чем в спокойные годы,
но тускнеет она внезапно и становится злой,
и назло равнодушным мужчинам хочет пасти народы.
Она быстро теряет надежду в липком коконе лжи,
женщина постискусства, женщина постмодерна…
С каждым новым рассветом ей всё меньше хочется жить,
ей хочется стать картиной, искушающей, манкой, чрезмерной…
2016
ВАВИЛОН
Я всё сказала и добавить нечего.
В реальности – безумия броня:
растленье душ раскручено, разверчено,
поп с автоматом – новый символ дня.
Я так любила питерские дворики
и киевский каштановый уют!
Соврут о нашем времени историки,
чтоб не рехнуться, запросто соврут.
Бог вовремя забрал своих любимчиков,
оставив нас, нелюбых, горевать.
Какие гуттаперчевые личики
у мальчиков, рождённых убивать,
у девочек, что машут им платочками,
у матерей, что слёз уже не льют!
А за полями, боже, за лесочками
тела лежат и соловьи поют...
В эфире – телебашня вавилонская!
Распалась связь понятий и времён.
Ревёт навзрыд труба иерихонская
и ждёт заказа лодочник Харон.
2016
СВОБОДА
Выпей яду, Сократ! Невозможно
наблюдать, как безумны Афины.
Босоногий философ-острожник
обречён на такую кончину.
Стала Аттика, словно Спарта,
на военный лагерь похожа.
Выпей яду, Сократ, для старта:
станешь статуей с мраморной кожей.
Всё Платон за тебя напишет,
в «Диалогах» своих растолкует.
А живой ты в Афинах – лишний.
Посмотри, как демос ликует!
Выпей яду, Сократ, выпей яду!
Ты свободен и лик твой светел.
Сгинул век золотой Эллады.
Наступило твоё бессмертье...
2016
АРЛЕЗИАНКА
Я сегодня спрошу у Винсента:
Как ты жил в этом бешенстве красок?
Мы с ним выпьем, конечно, абсента,
Полетаем от Арля до Грасса...
Золотая терраса Прованса,
Сумасшедшая близость Ван Гога...
Август звёзды роняет, как вазы,
И осколками блещет дорога...
Это буйство и цвета, и света,
Одиночества и ожиданья,
В жарких корчах кончается лето,
Тянет холодом из мирозданья...
ВЕНЕЦИАНСКОЕ
В Серебряном веке, коротком и ярком,
Поэты любили в Венецию ездить
И с чашечкой кофе сидеть на Сан Марко
И в небе полуночном трогать созвездья.
Венеция рядом с времён Сансовино:
Крылатые львы и певцы-гондольеры.
Поэты пируют, поэты пьют вина,
Поэтов ещё не ведут на галеры.
И Блоку покуда не снятся двенадцать,
И пуля не скоро убьёт Гумилёва.
Поэты ещё не отвыкли смеяться
И верят в могущество вещего слова.
Не пахнет войной голубая лагуна,
Собор византийский с квадригой прекрасен,
Ещё не задернули занавес гунны,
И хмель венецийский ещё не опасен.
И можно до слёз любоваться Джорджоне
И долго бродить по Палаццо Дукале,
Стихи посвящать беглым ветреным жёнам,
Катать их в гондолах, купать в Гранд-Канале...
Поэты в Венеции пьют на пьяцетте,
Война мировая вдали, как цунами.
Запомните лица их в огненном цвете!
Всё кончится с ними. Всё кончено с нами.
2015