Кинематографические штучки

Есть два классических отсчета у кино.

Один нам демонстрирует порывы,

Где молодость, все посылая "но",

Перелезая все преграды и обрывы,

Соединяется друг с дружкой. И венец:

Марш Мендельсона, юная невеста.

Как говорится, тут и сказочке конец,

И трали-вали, тили-тили-тесто.

Но вот мы видим новый кинофильм.

Герой уставший. Чаще Героиня.

И шестикрылый то ль Амур, то ль Серафим

Вдруг сжалился над брачною рабыней.

Понятно, муж – козел, к тому же пьет.

Ну, а она, естественно, - трудяжка.

А он - повеса, бабник, идиот.

И грустно ей, порою даже тяжко.

Но вдруг надежды лучик проскользнул,

И вот Она встречает как бы принца.

Он, для завязки, опрокинул стул,

А Она взяла и вызвала милицию.

Потом искра, открытия в себе,

И новых чувств поток. Конечно, чистый.

И колебания Ее в самой с собой борьбе.

Но муж - козел, а новый принц - плечистый.

И зритель снова видит хэппи-энд,

Как Героиня счастье добывает.

Слезу роняем под финала мы момент,

И нету фильмецам таким конца и края.

Но если выкинуть начало и конец,

И заглянуть украдкой в будни брака,

То вот вопрос: муж был же молодец?

Какая же его куснула вдруг собака?

Когда он скурвился и спился, став козлом?

И что при этом делала супруга?

Но это все снимать киношникам так влом,

Они работают вне правды-матки круга.

И вместо сложного разборчика внутри,

Нам предлагается поплакать умиленно.

Но сколь туфту такую ни смотри,

Сознанье жаждет счастья воспаленно.

А эта жажда - страшная беда.

Зачем нам думать? Есть в кино финалы!

Но брака монотонные года-

Вот философии и истины начало.

И надо жить не после или до,

А ежедневно, монотонность побеждая.

А Героиня - тоже сучка ведь, пардон,

Раз с мужем долго так жила не в стенах рая.

ММ 11-06-2011