9 МАЯ 2022 ГОДА
Наступит май, и как пророчат Веды
Даждьбог отмоет мир от их следов,
Но враг отметит пирровы победы
На пепелищах наших городов.
Взорвутся бомбы вызревшей сирени,
Иллюзии родства разрушив в хлам,
И расколовший небо вой сирены
Расколет мир, как гром, напополам.
И жизнь травой пробьется что есть силы
Поправ собой бездушие и смерть,
И встанут наши предки из могилы
В глаза потомков строго посмотреть.
Рассыплются обеты и святыни,
Как храмы, души выгорят дотла –
От Сталинградской битвы до Хатыни,
От Киева до Ржева и Орла…
В предчувствии летящего отката,
В преддверии небесного суда
Предавшие февральским утром брата,
Вас неизбежно та же ждет беда!
А нынче май и птичьи трели звонко
Пронзают купол хрупкой тишины...
Летят в Россию мамам похоронки
С неправедной бессмысленной войны.
Размноженный на принтере Иуда
Чья на соседа поднялась рука,
Для нас неважно — кто ты и откуда -
Ты так же будешь проклят на века.
ДОВОЕННЫМ ДРУЗЬЯМ
«По улице моей который год
звучат шаги – мои друзья уходят.
Друзей моих медлительный уход
той тишине за окнами угоден»…
Белла Ахмадулина
По улице моей с лихого марта
Звучат шаги, отчетливо звеня.
Сжимается пространство, словно карта
Друзей и адресов внутри меня.
Бесстрастны их рассудочные лица,
И дружбу, словно чашку расколов,
Друзей моих вчерашних вереницу
Под дудочку уводит крысолов…
Ни голоса, ни шепота, ни звука,
Ушли, дорогой прошлого пыля –
С Е-маила, сайта, вайбера, фейсбука,
С мобильного – как крысы с корабля.
Сирены зазвучат, надсадно воя,
Потом – шаги друзей в ночной тиши…
Война, она – не только поле боя,
Нет – это испытание души.
Преодолев круги земного ада,
Пойму что мне дана своя стезя.
Мне ничего от вас, друзья, не надо.
Живите, как умеете, друзья.
Для вас мы стали чем-то неудобным,
Ненужным, лишним – нужно сбросить груз.
Вы мимо нас прошли – и вы свободны!
У корабля отныне новый курс.
Не замарайте белые одежды,
Украсьте ложью розовые сны…
Мы встретимся.
Но все не так, как прежде,
Как было до войны и до весны.
ГОРОД-САД
Здесь ходит русский рубль,
Прошел по крышам «Град»,
Был город Мариуполь,
А будет – город сад.
Мороз в домах хрустален,
Зато Восток в огне…
И смотрит новый Сталин
С портрета на стене.
Приедут пионэры,
Сотрут границу с карт.
Начало новой эры,
Социализм-стандарт.
Над Оперным, отстроив,
Подымут красный стяг,
Балеты про героев,
Станцуют на костях.
Сгоревшие деревни,
Погасший в окнах свет…
Сливают город древний
В мобильный туалет.
Не хватит всем, кто в горе
Георгиевских лент –
Мобильный крематорий
Зачистит контингент.
Здесь все вокруг мобильно –
Дороги и мосты.
Лишь у плиты могильной
Глаза, как ночь, пусты.
С заката до восхода
Сияет неспроста
Сгоревшего завода
Бессмертная звезда.
Пошла война на убыль,
Пошел на брата брат…
Был город Мариуполь,
А будет город-сад,
Здесь будет город - АД.
* * *
Живу, как будто бы плыву
По мутным водам…
Как будто все не наяву -
Закат с восходом,
Несет всеобщая волна
По руслу Стикса
И жизнь до боли лишена
Простого смысла.
Вокруг – плывущие тела,
Гребут куда-то…
Давно заброшены дела
И стерлись даты.
Все, что людьми создало нас
Исчезло разом,
И даже в космосе угас
Вселенский разум.
Исчезли контуры друзей
В волнах эфира,
И проплывают Колизей
Баг-Бен, Пальмира…
О чем мечтал, где не бывал -
Несется мимо…
И прет на нас Девятый вал
Неумолимо.
Стихи и те – обнулены
И смыты в Лету.
Нет ни созвездий, ни Луны –
Одни ракеты…
Вся жизнь осталась за спиной.
Глядишь с испугом,
Как тонет плотик надувной
И Ангел с кругом…
ВАРЕНЬЕ
Вот оно и пришло – долгожданное лето,
Вся деревня пронизана зноем и ленью…
Медный тазик берет златокудрая Грета
И под кронами дерева варит варенье.
Может, сахара в тазик добавить побольше?
Здесь, в Баварской деревне, немыслимы войны.
Где там дамбу взорвали? Наверное, в Польше…
Не у нас – и спасибо. И Грета спокойна…
Нет, она для несчастных старалась немало,
Перерыла весь дом от зари до обеда,
И на почту намедни снесла одеяло
То, что ей перешло от покойного деда.
А в английской деревне – ни грязи, ни пыли,
Варят леди варенье со вкусом корицы…
Помнит старая Мэри, как Лондон бомбили
И такого у них не должно повториться.
Здесь бояться, как порчи, и «правых», и «левых»,
Носят юбки из твида и тесные блузки,
И везде, как иконы – портрет Королевы,
Как защита от ядерной напасти русских.
А Одарка в степях насадила укропа,
Но плывет огород и по комнатам – лужи,
И Одарка собой защищает Европу,
А «укропом» прозвали погибшего мужа.
Хоть с соседом одной и культуры, и веры,
Хоть и оба бедны, как церковные мыши,
Но в Одарку ночами летят «Искандеры»,
И потоп загоняет с курями на крышу…
А в российской глубинке Марии не спится,
Сыну снова повестка, тревожно за дочек,
И варенью из вишен пора бы вариться,
И за мужа ей сахару дали мешочек.
Душит злоба Марию опять на соседа –
На Одарку несет поминальные свечи,
Ни на Грету, чей дед застрелил ее деда,
Ни на Мэри, чей внук в Украине замечен.
Снится женщинам муторный сон на рассвете –
Мэри, Грете, Матильде, Гертруде, Кристине –
Как живые мишени – невинные дети
Защищают Европу собой в Украине.
* * *
Наша планета сместилась с оси,
Господи Боже, услышь и спаси!
Что с нами? Чувствую кожей –
Связь с тобой рушится, Боже…
Мчатся молитвы к тебе напрямик,
Молятся все, не смолкая на миг
В вихре решающей битвы.
Слышишь ли наши молитвы?
Что происходит? Не ясно уму…
Не побеждает никто. Почему?
Зеркало тут виновато:
Молится брат против брата.
Мощный эгрегор, небесная рать…
Крест наш святой не смогли бы сломать,
Меч был надежнее стали…
Мы его сами сломали.
Мечутся ангелы, рушится дом.
Все мы предстали пред Божьим Судом…
В собственном зеркале видим
Тех, кого так ненавидим.
Что нам сказать перед Высшим Судьей?
В гневе сражаемся сами с собой.
Крики летят отовсюду:
Предали, бейте Иуду!
Смотрят Архангелы в горе на нас,
В Храме Господнем огонь наш погас.
Плачут на росписях лики
Пращуров наших великих.
Нет, не спасут нас молитвы – пока
Поднята брата на брата рука.
Мстим до последнего вздоха.
Рушится наша эпоха….
* * *
Нас в цифру коварно загнали,
Взломали пин-коды души.
Лежим в деревянном пенале
Прямые, как карандаши.
А там уже – код резерваций,
Бараков, вагонов, печей,
Где нет ни прописок, ни наций
И ты – совершенно ничей.
Ты – цифра безумного кода,
Не Он, не Она, не Оно –
С двухтысячи энного года –
Фрагмент цифрового кино.
Ты просто из прошлого вырос,
Ты был у иллюзий в плену,
Впитав синтетический вирус,
Пройдя гробовую войну.
Твой чип собирали отверткой
Пока ты рождался и рос,
И он в голове твоей мертвой
Сигналит отчаянно: «SOS»!
Вся жизнь пронесется, как в вихре,
Компьютер скомандует: «Пли»!
И вот уже – версия в цифре
На флешке, лежащей в пыли…
* * *
Может быть, я еще научусь ходить
По улицам – не короткими перебежками –
А гуляя, когда перестанут бить
По прохожим термоядерными «Орешками».
Может быть, я еще научусь дышать
Свободно, а не через респиратор с клапаном,
Не вдыхая их вирусы, когда решат
Не трогать оставшихся грязными лапами.
Может быть, я еще научусь смотреть
На звезды, не боясь разглядеть там ракету –
Когда нас останется меньше, чем треть
Или четверть выживших – на всю планету.
Может быть, я еще научусь жить
С включенным светом, не пряча голову,
Когда по ночам перестанут кружить
Черные дроны над спящим городом?
Может быть, я еще научусь любить,
Не прощаясь на ночь, не молясь за здравие,
Когда им покажется – всех нас убить –
Слишком скучно, есть дела покровавее…
Может быть, я – еще человек?
Ослепший, оглохший, забывший все лица…
Ночью выпал белый чистейший снег.
Как ты думаешь – может такое случиться?
ДОМ
Этот дом меня держит руками,
Обнимая, лелея, храня.
Наркотично к нему привыканье,
Он как дерево, вросший в меня.
Защищает от ливней и ветра,
Пуповиной связала нас нить,
Он меня, как продрогшую ветку,
Не дает непогоде сломить.
А когда завывает сирена
И от взрывов безумно в раю –
Он, как еж, выпускает мгновенно
Всю броню боевую свою.
Кубик-рубик с людьми и вещами
По тревоге меняет свой вид.
Говорят, две стены защищают?
Он четыре стены наростИт.
Никуда мне от дома не деться,
Не прожить с подреберной виной –
Остановится общее сердце,
Он, как пес, поплетется за мной…
Как блуждать по нехоженым тропам,
У обочин стоять, как изгой,
Пронестись голыдьбой по европам,
Стать сквозь зубы упавшей лузгой?
Дом мне ноги усталые лижет…
Лезет в окна безбожная тать…
Выживаю. Живу. Ненавижу
Всех, кто дом мой посмел растоптать.
Когда Чужой придет в твой дом,
В страну слепых и нищих,
То воцарится в нем Содом,
А вслед придет и Хищник.
Он ищет литий или газ –
Все нужно исполину,
И в битве той затопчут нас,
Как мелкую скотину.
Настали проклятые дни,
Пылает вся округа
Пока не загрызут они
В безумии друг друга.
Пока один не всадит нож,
Вспоров другому кожу…
Чужой на Хищника похож
И вопли их похожи.
Лютует Гад, звереет Зверь,
Погибло тьма народа…
Скажите – кто открыл им дверь,
Впустив свой дом урода?