Embedded Files
Распахивая инеевые ресницы, Чун Юнь рвано вдыхает сквозь стиснутые зубы — каждую мышцу сковывает ноющая боль, она же заставляет экзорциста мгновенно вспомнить об ударе молнией. Проморгавшись, он осознаёт, что находится в Заоблачном пределе, и облегчённо выдыхает.
Медленно повернув голову, он расслабляется и успокаивается, тепло улыбнувшись спящему под боком Син Цю — книга лежала на груди мечника и вздымалась от размеренного дыхания. Глаза Цю были красными от слёз — это заставило Чун Юня виновато потупить взгляд, а ноющую боль затмиться душевной… Это он во всём виноват… Он вновь остался достаточно холоден… Был слишком импульсивен…
— Чун Юнь.
От пронзившего холодом тона Юнь вздрогнул, вскидывая голову.
Тётушка Шэнь Хэ смотрела на него… странно — в её глазах он не мог прочесть конкретное чувство. Хэ резко нагнулась, обняв племянника, крепко, но не сдавливая, чтобы не причинить больше боли.
— Нгх! — но Юнь всё-равно напрягся и неверяще взглянул на тётю.
— Я рада, что ты жив. Я вовремя успела… — отстранилась та.
Чун Юнь дрожаще улыбнулся, — Спасибо, что спасли меня… Что я могу сделать, чтобы искупить свой долг? Чем могу быть полезен вам?
Шэнь Хэ нахмурилась, — Ничем.
— …оу, — Юнь потупил взгляд и замер, когда его волосы растрепали:
— Ты — мой ученик. Ты обязан учиться. И не умирать. Это всё, что от тебя требуется. — женщина опустила руку и попыталась улыбнуться… но у неё, как всегда, получилось жутко — тогда она развернулась, поспешив ретироваться из комнаты, — Поправляйся.
— …угу, — Чун Юнь провёл её взглядом и снова посмотрел на Цю.
Син Цю лежал совсем близко, словно боясь отпустить, обнимал Юнь-Юня руками и ногами, впиваясь пальцами в одежду. Заплаканный, он тихо посапывал от усталости. Но, как только Хэ ушла, экзорцист столкнулся с максимально злым взглядом чайных глаз, и сглотнул.
— …ты солгал, — Цю тут же навис, сев на живот Чун Юня, — Ты лжец!
— С-Син- — Юнь поморщился от остатков боли.
Син Цю поставил руки по обоим сторонам головы экзорциста — тот болезненно вздрогнул, но внимательно вглядывался в чайные глаза, вновь наполнившиеся слезами.
— …я думал, что потеряю тебя, — дрожащим голосом прошептал мечник, он зажмурился, сжимаясь, обнял себя, — Я думал… ха-ха… как же… к-как же глупо…
Сквозь боль Чун Юнь приподнялся на локтях, — С-Син… нгх… Цю-Цю.
Син Цю закрыл лицо руками и всхлипнул, — Это… э-это просто не честно… и больно, Чун Юнь!
Экзорцист резко обнял его, падая обратно на койку, стиснул зубы, — Я здесь… — он погладил Цю по спине, — Всё хорошо.
Выплёскивая эмоции, Цю со всей дури ударил ладонью по подлокотнику, — Дурак!!! Ты совсем дурак лезть на куклу Электро Архонта?!
Чун Юнь виновато потупил взгляд, — …прости …просто сила Ян …я…
— Чёрт, Юнь-Юнь! Дело не в силе Ян!!! Какого Моракса ты опять сам всё решил?! Если бы я знал, что ты собираешься сделать — я бы остановил тебя! Но ты, как всегда, НИЧЕГО не сказал и пошёл всё делать сам!!! — Син Цю зажмурился, — А если леди Шэнь Хэ не было бы рядом?!
Юнь виновато смотрел вниз, — …прости, я …я …я так испугался, я…
Цю перестал хмуриться, его взгляд мгновенно сменился на нежный, — Испугался? Чего, Юнь-Юнь? — максимально осторожно спросил он.
— Что ты… ты… ты уедешь с ним в Инадзуму… — вскинул плечи Чун Юнь, сглотнув ком в горле, — Что ты бросишь меня… оставишь в Ли Юэ навсегда, с моей… с моей силой Ян и этими… тщетными… попытками найти демона… Ведь… в-ведь кукла Электро Архонта, что ищет Сердце Бога… ох, Син Цю, давай будем честными… она намного интереснее, чем… чем какой-то экзорцист, что мучается со своей силой не один год!
— …ахах! ~
Смешок мечника заставил экзорциста резко вскинуть голову, как бы больно это не было.
— Ахахахах, о Архонты, Юнь-Юнь! — Син Цю прикрыл рот рукой, но даже это не помогло сдержать его звонкий смех.
Кошачьи зрачки сжались — Чун Юнь нахмурился и обиженно надулся, молча ожидая, пока мечник насмеётся. Син Цю не смог упустить этот момент и ткнулся в губы экзорциста в нежном поцелуе.
— М! — Чун Юнь пылает, трепещет, существует любовью к этому хитрому мечнику — естественно, он отвечает на поцелуй даже жадно, хочет захлебнуться переизбытком любви, хочет выплеснуть всю обиду, злость, ревность, что скопились за это время. Упивается, когда Цю мычит в его губы. Сжимает синеватые волосы на затылке и жадно целует с языком.
Если бы не боль и место, Чун Юнь уверен — сила Ян овладела бы им мгновенно, сорвав крышу, доказала бы Син Цю, что он в разы лучше какой-то там иностранной куклы…
Но Юнь позволяет мечнику отстраниться и низко выдыхает… больше облегчённо.
— Хах~ — губы Син Цю пылают, а игривый характер возвращается, — …ах, ты такой дурак, Юнь-Юнь! — говорит Цю немного обижено, хмурит брови, — Ты забыл? Я весь твой и только твой. Даже мой дух… не упокоится, пока не найдёт тебя.
Чун Юнь не смог смотреть в его глаза, — …ты правда можешь поехать в Инад-
— Шшш~ — тонкий палец заткнул Юнь-Юня, — Никакой Инадзумы без тебя, — вскинул носик Син Цю, — Ты правда собрался отправить меня одного в эту жуткую, полную демонов и прочих монстров, страну? Второму наследнику гильдии «Фэйюнь» вообще-то положена защита!
Чун Юнь не мог тепло не улыбнуться, — …прости, я …я заставил переживать тебя очень сильно…
— Ты даже не представляешь, насколько, — буркнул Цю, снова ложась рядом, — Мне напомнило это тот день, когда ты упал в ледяное озеро на Драконьем Хребте…
— …оу, — поёжился Чун Юнь, но прекрасно понимал, что заслужил этого упоминания…
— В тот день я… Я винил во всём себя, абсолютно во всём! Что не пошёл с тобой, что придумал отговорку, чтобы не идти… ты же знаешь, как я ненавижу Драконий Хребет!
— …знаю, — оставалось лишь кивать Юню.
Син Цю грустно посмотрел на свою любовь, облегчённо выдохнув, он приподнялся и поцеловал экзорциста в щёку, — Я так не хочу уходить, но мне нужно… мне нужно знать, почему Куникудзуши поступил так, пока он не уехал…
Чун Юнь мгновенно напрягся всем телом, до боли сжав руку Син Цю, — Нет! Ты никуда не пойдёшь!!!
— Доверься мне, — Цю провёл по щеке Чун Юня, чмокнув в край губ, — Обещаю, что со мной всё будет хорошо. Обещаю, что вернусь.
— … — экзорцист стиснул зубы и дёрнул в головой в сторону, отвернувшись, он всё-таки пустил Син Цю.
Мечник счастливо заулыбался, чмокнув Юня в щёку, — Я тебя люблю~ — напомнил он, поднимаясь.
— Чем раньше уйдёшь — тем быстрее вернёшься… — повернулся к нему спиной экзорцист.
Цю хихикнул, — «Чун Юнь такой забавный, когда ревнует…» Я быстро! — и удалился.
— Тётушка Шэнь Хэ? Можете присмотреть за ним… пожалуйста?
— Конечно.
---
Син Цю наивно предполагал, что способен на адекватный разговор с Куникудзуши. Но как только мечник увидел его шляпу издалека — кровь вскипела так, как будто Чун Юнь передал силу Ян. Второй наследник гильдии «Фэйюнь» пошёл прямо на куклу, хватая за край шляпы, поднял её вверх, заглядывая в хитро сощурившиеся индиговые глаза:
— Зачем ты ударил Чун Юня молнией?!
Скарамучча фыркнул, пожав плечами, — Он первый начал.
— Так остановил бы его!!!
— Я и остановил. — Скарамучче не нравился собственный оправдывающийся тон. Как и не нравилось выражение лица Син Цю… злость, смешанная с отвращением. Фарфоровое лицо исказила грустная ухмылка…
Конечно. Конечно же он даже не попробует понять. Конечно же он будет защищать только своего Крио…
Так наивно. Так глупо. Очередное предательство. Так… мерзко… от самого себя. Он снова попался в эту ловушку. Хах.
— Зачем так сильно???
— Ох, прости, — надменно фыркнул Скара, — В следующий раз ударю сильнее, чтобы наверняка~
Син Цю уставился на Скарамуччу со всей злостью, — Ты… слишком сильный! Ты ведь понимаешь, что твоя молния могла убить Юнь-Юня?
Скарамучча нечитаемо смотрел на Цю. Конечно же, он прекрасно понимал это. Он оставил Юню жизнь — это он и считал достойной платой за дружбу с Син Цю, — Я сказал тебе с самого начала — я не «хороший» парень. Твои ожидания от меня «хороших» поступков — это только твои проблемы. Твоя зависимость от этого Крио бесит, — холодно фыркнул Скара, — Могу оказать тебе услугу и избавить от неё раз и навсегда.
— … — Син Цю сжался, уставившись перед собой, — …что бессердечная кукла может знать о любви, да?
Скарамучча расплылся в полной грусти ухмылке и жёстко ударил мечника рукой по плечу, сдавливая, заставляя согнуть колени и опуститься ниже, — Ты всё сделал?
Син Цю нахмурился, но медленно кивнул, — Шёлк уже пропитан. Последние ящики погрузят ближе к ночи…
— Может, мне стоит выкрасть Чун Юня, как заложника, как считаешь? — холодно зашептала на ухо кукла.
Син Цю медленно повернул голову, полными мольбы глазами смотря на «Куникудзуши», — …не надо …всё уже готово…
— Действительно. Я ведь всегда могу вернуться и убить его~ — Скарамучча оттолкнул от себя Син Цю, оскалившись, он закрылся шляпой, развернулся к мечнику спиной и пошёл на корабль, звеня подвесками…
Сначала Син Цю охватила паника. Но затем… он тихо хихикнул, облегчённо выдыхая: Куникудзуши пытается казаться таким бесчувственным, потому что на самом деле он слишком хрупок. Он мог убить их с Чун Юнем огромное количество раз, и даже после того, как экзорцист напал на него — он этого не сделал. Син Цю не прав… Куни — не кукла. И поэтому он никогда не посмеет убить их с Чун Юнем. Весь этот фарс, эти угрозы, это лицемерие — бессмысленны…
---
Скарамучча покидал Ли Юэ с полной уверенностью выполненного долга. Как только корабль покинул порт — кукла отринула все человеческие эмоции, надеясь больше никогда не вернуться к ним. Всё-таки Син Цю — лишь человек, что умрёт раньше, чем Скара вновь окажется в Ли Юэ…
Корабль сел на мель на одном из островов родины… Скара ступил на сушу и дрогнул от пронёсшиеся по спине мурашек — будто сама земля, приветствуя блудного сына, пронзила Электро… Он посмеялся собственным, максимально чёрным, мыслям.
Находиться снова в Инадзуме ему было откровенно тошно… Тошно и… пусто. Он прекрасно понимал, почему сюда послали именно его, но уже предвидел день, когда вновь покинет родину… И привезённые Глаза Порчи должны были только быстрее поспособствовать этому.
— Господин! — окликнул его один из солдат, хоть и с ноткой страха.
Скара резко развернулся, пойдя на него, — Что опять?!
— Ш-шёлк, он…
Скарамучча застыл над шёлком, настолько долго, что солдаты начали волноваться:
— Господин?
Глаза Порчи. Их нет. Он приплыл в Инадзуму с ничем.
Глухое рычание вышло из плотно стиснутых зубов. Очередное предательство сжало его до омерзение пустое нутро, в очередной раз заполняя лишь злостью, ненавистью… местью.
— Господ- — кто-то притронулся к его плечу — Скарамучча молниеносно сжал шею потревожившего его солдата, давая коленом под дых, заставляя того свалиться на колени.
— Хоть раз ещё я позволю низшим существам прикасаться к моей божественности. Знай своё место, червь!
---
Услышав знакомый шорох, Син Цю захлопнул книгу, вскакивая на ноги, — Как всё прошло?! — звонкий голос выдаёт явную обеспокоенность.
Женщина усмехается, выходя из тени, — Спокойно. Не нужно меня недооценивать…
— Я вовсе не-! — Цю вскидывает плечи, но затем прикрывает глаза, положив руку на грудь, шумно, облегчённо выдыхает, — Я так благодарен вам, леди Е Лань! Даже не знаю, что бы я делал без вас во всей этой ситуации!
— Не стоит благодарности, это просто моя работа, — отмахнулась Лань, — Я так же не могу не похвалить твою расчётливость, то снотворное идеально сработало и сильно облегчило мне задачу.
— Ха-ха, благодарю… — изначально Син Цю даже не думал, что настойка Чун Юня так хорошо ляжет на его план, — Где сейчас Глаза Порчи?
— Уничтожены, — тихо сказала Е Лань, — Тебе не стоит беспокоиться, у меня большой опыт в этом.
— Конечно, — мечник благодарно заулыбался и взял книгу со столика, начав собираться…
— Меня беспокоит только одно… — сощурилась женщина, заставляя Син Цю напрячься, — Почему ты не сообщил раньше?
— Аха… — неловкий смех, Цю отводит взгляд, убирая мешающую прядь волос, слишком долго ищет нужные слова, — Знаете…
— Знаю, что ты любишь ходить по острию ножа, так же, как и я. Но порой делаешь это без подстраховки, — Е Лань нагнулась вперёд, внимательно вглядываясь в чайные глаза и заставляя Син Цю снова сесть за столик.
— Но ты сделал правильный выбор, — выпрямилась она, поправляя браслет, — Было бы забавно вести суд против гильдии «Фэйюнь». Но, я надеюсь, не в этой жизни. Я права, Син Цю?
Мечник чуть истерично хихикнул, — Ха-хах, конечно же, вы как всегда правы, леди Е Лань~
Женщина фыркнула, — Не прощаюсь. Но надеюсь, что с тобой подобных случаев будет меньше… — удалилась она.
— Я тоже, — кивнул мечник, а затем быстро засобирался, не в состоянии стереть тёплой улыбки с лица…
Почти бегом он дошёл до деревни Цинцэ и, заглянув в библиотеку, подбежал и обнял Чун Юня, — Ты как?!
— Как видишь, намного лучше, раз я здесь… — Юнь положил руку на волосы Цю и крепко обнял в ответ, — Я переживал.
— Всё прошло как по маслу! — отстранившись и убирая книгу на место, звонко провозгласил Син Цю.
— … — Чун Юнь непонимающе нахмурился, — Что именно «всё»?
— Мы с Е Лань и убрали Глаза Порчи прямо перед отплытием Куникудзуши~ Даже не могу представить, как он злится сейчас! — радостно заулыбался Син Цю, — Кажется, я слышу гром из Инадзумы… а ты, Юнь-Юнь?
Экзорцист захлопнул отпавшую челюсть, в шоке смотря на свою любовь… А затем резко обнял мечника, прижав к себе.
Цю вздрогнул, обильно покраснев, — Ты чего?
Горячий выдох Чун Юня в шею заставил Син Цю терпеть мурашки — мечник зажмурился, поджав губы.
— Я рад, что ты поступил по справедливости. Как и всегда, Цю-Цю, — Юнь отстранился, счастливо посмотрев на мечника расширившимися кошачьими зрачками, — И рад, что всё закончилось.
Цю уткнулся в прохладное плечо Юнь-Юня, прижимаясь… подобные прикосновения были его несбыточной мечтой последние пару дней. Совсем скоро он привыкнет к ним, но сейчас они казались мечнику настолько приятными, что он провёл бы в них всю свою жизнь…
— Почитаешь со мной? — шёпотом спросил Син Цю, игриво потираясь носом о шею экзорциста.
— Да, конечно, — улыбнулся Юнь, уже не пытаясь скрыть смущение, — Тётушка Шэнь Хэ как раз дала мне книгу про духов…
Син Цю чуть недовольно фыркнул, заставляя Чун Юня дрогнуть от пронёсшихся мурашек, он хихикнул, усмехнувшись этому, — Я надеюсь, повествование не будет таким же… сухим и холодным…
— Не обижай мою тётю, она спасла мне жизнь, — забурчал Юнь.
Цю промолчал на это, отстраняясь, он за руку потянул экзорциста на кровать…
Син Цю лежал между ног Чун Юня, читая вслух сказку о злых духах, пока экзорцист нежно водил по волосам цвета морской глади, задумавшись.
— Юнь-Юнь, ты слушаешь? — Син Цю повернул голову,
— Да, прости… — Чун Юнь сел, осторожно забирая книгу из нежных рук Цю, вставив закладку, положил её на тумбочку.
Мечник нахмурился, хотя особо не сопротивлялся, — Я бы предпочёл дочитать… — буркнул он.
Юнь стиснул его в объятиях, утыкаясь лбом в плечо мечника, — Мфф… — он сжал Цю чуть грубо, обняв ещё и ногами.
Син Цю улыбнулся, чуть извернувшись, чтобы вытащить руку и пригладить инеевые локоны, — Что случилось? — мягко, полушёпотом спросил он.
— Прости… — прошептал Юнь, — …прости, что предал твоё доверие.
— Ох, ты до сих пор об этом… — грустно выдохнул Син Цю.
— Прости, что был так глуп и слеп, что повёлся на его манипуляцию, что оставил тебя с ним…
Син Цю уже полностью развернулся к нему, взяв голову экзорциста в руки, — Юнь-Юнь…
— Прости, я не должен был так сбегать. И не должен был снова… идти на поводу у своей силы Ян и без подготовки рваться в бой…
Син Цю поджал губы, нахмурившись, шумно фыркнул через нос, — Нет. Не прощу.
Чун Юнь вздрогнул, сузившимися кошачьими зрачками, наконец, взглянул на свою любовь.
— Всё это… произошло потому что ты опять бежал от силы Ян, от своих эмоций и от меня. Разве не так?
Экзорцист стыдливо опустил взгляд, — …так,
— Потому что не хотел показывать мне ревность и страх, не хотел делиться и поэтому вновь предпочёл закрыться от меня, — Син Цю шумно выдохнул, — Но твои эмоции никуда не делись, и после встречи со мной, ты вновь сбежал. Я думал, что тебе просто нужно время всё обдумать. Но что ты сделал? Пошёл выплёскивать свою силу Ян на Куникудзуши!
Чун Юнь шумно выдохнул, прикрыл глаза и закивал, потираясь о мягкие руки.
— Я мог бы давать тебе достаточно времени, если бы знал, что ты не будешь закрываться ещё больше. Будешь прорабатывать свои эмоции, а не накручивать их ещё и ещё сильнее… В какой-то степени я тоже виноват, что не остановил тебя тогда, что позволил пойти и позволил пострадать.
— Нет, ты не виноват! — распахнул глаза Чун Юнь, — Ты и не смог бы меня остановить…
— А кто ещё будет тебя останавливать, как не я?
Юнь опустил взгляд, шумно выдохнув, — Ты прав…
Син Цю положил руку на грудь Чун Юня, — Сила Ян становится опасной только тогда, когда ты сдерживаешь её продолжительное время. Она выплеснется рано или поздно, но гораздо импульсивнее, тебе станет очень сложно себя контролировать. Одно дело, когда тебе просто стыдно за это, и совсем другое, когда из-за этого ты можешь пострадать… Поэтому, пожалуйста… не закрывайся от меня. Со мной ты можешь проявляться как захочешь, я пойму и полюблю любого Чун Юня.
— …даже если он будет вести себя как ревнивый идиот и отгонять от тебя кукол Электро Архонта? — хмыкнул Юнь.
— Даже если так~ — Син Цю задумался, — Если бы ты никуда не ушёл, то, думаю, наше с ним сотрудничество закончилось бы так же. Ему просто было бы труднее раскрыться мне, — Цю пожал плечами, — Надеюсь, он поймёт и простит меня за столь неподобающую выходку второго наследника торговой гильдии «Фэйюнь»~
Экзорцист серьёзно посмотрел на него, — Думаешь, он вернётся?
Син Цю пожал плечами, — Даже если и так — мы знаем, кто он, и всегда сможем обратиться за помощью к Е Лань или твоей тёт- кхм… я имел ввиду к леди Шэнь Хэ, конечно же.
Чун Юнь тепло улыбнулся, вспоминая, как тётушка выхаживала его.
Син Цю положил руки на его колени, — …Юнь-Юнь, — мечник приблизился, чмокнув экзорциста в край губ, — …я …нет, «скучал» — неподобающее слово, — Цю положил руку на сердце, прикрыв глаза в поисках слов, наконец, внимательно посмотрев в глаза своей любви, — Моя душа словно разбилась на миллиарды осколков и разлетелась по всему Ли Юэ в поисках тебя, а тело… тело будто наполнилось металлом, тупой болью, приносящей лишь холод, одиночество и… пустоту. Оно было таким тяжёлым, что передвигаться, даже ища тебя, было непосильной ношей. Всё, что я выучил в Гухуа, вся лёгкость, тонкость и изящность словно перестала действовать. В голове не было ни единой мысли, горло пересохло, но пить и есть не хотелось. Всё в этом мире потускнело без тебя, даже мой Глаз Бога. Без тебя… я не знал, и не знаю до сих пор, каково это — без тебя. Я надеюсь, что никогда больше не узнаю это… и что ты не заставишь меня это узнать. Скажи… я… прав?
Чун Юнь тяжело вздохнул, — То же самое я могу сказать и про тебя… — Юнь осторожно взял Цю за руку, переплетая пальцы, — Обещаю, что никогда больше не сбегу. Но и ты пообещай мне…
— Обещаю! — задрожавшим голосом облегчённо выдохнул Цю, тепло улыбнувшись… а затем ринулся, нежно целуя свою любовь.
— Мф! — и Юнь покорно ответил, прикрывая глаза.
— …это не значит, что тебе не стоило бы искупить свой побег, — отстранившись, фыркнул мечник.
Чун Юнь нахмурился, — Я извинился сто раз, этого недостаточно?
— Конечно же недостаточно, тупая ты Крио голова! — чуть истерично рыкнул Цю, стискивая толстовку Юня, чтобы потянуть её вверх.
— А… — экзорцист поднял руки, покорно дав стянуть с себя толстовку, пока загружался, обильно краснея, — …а, ты имеешь ввиду …это …да?
Син Цю сощурился, молча кивнув.
Чун Юнь задумался, — Меня же не было всего… два дня.
Син Цю стиснул зубы и рыкнул, толкая Чун Юня на кровать, навис, — Мне плевать, сколько тебя не было! Для меня прошла целая вечность!
— Цю-Цю… знакомство с ним повлияло на тебя не самым лучшим образом. Говорить, что я тупой, и что тебе плевать — очень грубо, — покритиковал экзорцист.
Син Цю молча хмурился.
— И это выражение лица… — приподнялся Юнь, чмокнув Цю в губы, — …тебе совсем не подходит.
Цю покраснел, но продолжал дуться, — Так сделай так, чтобы я не хмурился.
— С радостью~ — Чун Юнь резко защекотал Син Цю.
— Аха! — спохватился Цю, сжимаясь, — Нет, Ю- Анх! Ахаханх! Подо- Мф! — свалился он на бок, изворачиваясь в попытке схватить и отстранить от себя руки экзорциста.
Чун Юнь хитро ухмыльнулся, продолжая.
— Уже не смешно! Хмпф! Ю-Юнь, правда, перес- Ахах! Нх!
Чун Юнь убрал руки и сел рядом, довольно смотря на отдыхивающегося Син Цю, у которого от смеха скопились слёзы, — И правда. Ты растерял всё изящество школы Гухуа.
— А у тебя его никогда и не было! — ударил его подушкой Цю — Чун Юнь хватает подушку и дёргает на себя вместе с не успевшим спохватиться мечником, обнимая его, целует в губы.
— М! — Цю чуть ёрзает, пытаясь вытянуть хотя бы руки из обнимания Юня, но обречённо вздыхает, прикрывая глаза и покорно отвечая, — Мнф~ — поцелуй быстро превращается в страстный — Син Цю изгибает брови, горячо отвечая с языком, вновь ёрзает в объятиях, отмечая, что не в состоянии даже освободить руки — от осознания того, что Чун Юнь полностью контролирует его положение, и продолжительность поцелуя в том числе, Цю жалобно всхлипывает. Пытаясь сдерживать бабочек, трепещущих жаром изнутри, сдерживаясь, чтобы не стонать в губы Юня, замер, почти не дыша, боясь двигаться в резко ставшей некомфортной одежде.
Чун Юнь отстраняется, тепло улыбнувшись, ложится вместе с Син Цю, положив мечника на себя, — Вот это выражение лица идёт тебе больше…
Обильно пылающий до кончиков ушей мечник уткнулся в его плечо, снова пытаясь освободиться.
— Мф… Цю-Цю, подо- МФ! — жмурится Юнь.
— Что? — Син Цю вскидывает голову, но быстро смекнув и расплывшись в хитрой ухмылке — снова трётся о пах экзорциста.
— АХ! — рука Чун Юня быстро оказывается на губах, отпуская Син Цю.
Мечник облизывается, приподнявшись, — Тебе стоит поторопиться и раздеть меня. Или ты хочешь, чтобы я продолжил в одежде? — снова ёрзает Цю.
— М! — Юнь жмурится, сильнее вжав руку в свой рот.
— Я так понимаю, второе, — фыркает Син Цю, расстёгивая костюм, — Это я сниму, если ты не против — в нём жарко и будет нехорошо, если мы его запачкаем.
Чун Юнь помогает ему расстегнуть пуговицы и снять костюм, после чего, взяв Цю за плечо, перевоваричается вместе с ним и нависает, сложив ноги Цю на пояснице, кладёт руку на талию и плечо мечника.
— Мф! Юнь-Юнь, это я хотел… — не успев среагировать, Син Цю вздрагивает, хватаясь за тёмную ткань на спине экзорциста, — Ах!
— Тише~ — целует Юнь в вытянутую тонкую шею.
Мечник понимает это как приказ, — П-подожди немного, нам стоит раздеться, если ты продолжишь так- МФ!
— Тебе не нравится в одежде? — шепчет Чун Юнь на ухо, — Не переживай. Я принесу запасную, если что.
Его голос… становится таким горячим, будоражащим внутри что-то большее, когда он шепчет вот так, когда его дыхание обжигает ухо и шею.
— Пообещай мне, что потом мы сделаем это без одежды… — смущённо бурчит Цю.
— Обещаю, — Юнь снова проезжается пахом по паху мечника, прижимая его к кровати, низко, судорожно выдыхает, сглотнув.
Син Цю всхлипывает, — Пожалуйста, быстрее~
Чун Юнь кивает, потираясь бёдрами быстрее, расстёгивает блузу Цю, покрывая поцелуями шею и плечи — Син Цю чуть обиженно фыркает, не в состоянии сделать то же с водолазкой Юня, и поэтому ему остаётся лишь пытаться уткнуться в ухо любимого.
Мечник вздрагивает всем телом, прогибается, насколько это возможно, старается потираться сам под весом тела Юня, — Чёрт… — зажмуривается в смущении — они с Чун Юнем трутся друг об друга в одежде, насколько это интимно и даже немного грязно, но Цю явно не хочет останавливать это сейчас. Да он и не в состоянии — всё, что он может, это трепыхаться под Юнем, постанывать, он даже не знает больше, от чего — от этих, максимально странных движений экзорциста, или же от его контроля над изящным телом Син Цю.
Мечник не знает, правда не знает! Его коленки уже дрожат — он прижимает их сильнее, отворачивается и жмурится от очередного движения, выгибается, чтобы сорвать судорожный выдох на очередной просящий стон.
Чун Юнь вылизывает солоноватый, выступивший на тонкой шее пот, утыкаясь горячим лбом в тонкое плечо. Одежда разогревает его ещё сильнее — он сдавленно порыкивая-постанывает, дрожаще выдыхает и сладко сглатывает, двигаясь больше интуитивно, а ёрзания Син Цю распаляют его куда сильнее.
— Быстрее! Ах! — командует Цю, просяще всхлипнув, — Да! Пожалуйста, ещё немного, Юнь-Юнь! — получить разрядку таким образом становится труднее.
Чун Юнь хмурится, резко затыкая мечника страстным поцелуем.
— Мммнф! — и Цю не в том положении, чтобы не ответить. Этот поцелуй и становится финальным аккордом для обоих — Син Цю выгибается, насколько это вообще, возможно под телом Юня, протяжно звонко стонет. Чун Юнь так же позволяет себе простонать и свалиться на Цю, жадно отдыхиваясь…
— Хааа~ Хаааанх~ — Син Цю хмыкает, резко защекотав Юня, заставляя его перевернуться на бок в приступе смеха.
— Цю-Цю, хва-! — Юнь жмурится, дёрнувшись, пытается схватить руки Цю, но те слишком ловкие. Перестав щекотать, мечник садится на него, с предвкушением наблюдая запыхающегося, покрасневшего, туманно смотрящего на него расширенными кошачьими зрачками, Чун Юня…
Экзорцист опускает взгляд, проведя от розоватых коленок вверх, до ткани шорт.
Отдышавшись, Син Цю расстегнул остаток пуговиц на рубашке и стянул её, — Ты тоже, — скомандовал он, начав вытаскивать водолазку Юня из шаровар.
Чун Юнь сел, поднимая свои руки вверх, позволяя Цю стянуть с тебя одежду, он провёл по бокам мечника:
— А! Холодные! — вздрогнул тот, чуть съёжившись.
— Руки куклы разве теплее?
Син Цю нахмурился и, приподнимаясь на коленях, обнял шею Чун Юня, строго смотря прямо в кошачьи глаза, — Не имею ни малейшего понятия.
Юнь провёл по его пояснице, довольно хмыкнув, когда Цю зажмурился от мурашек.
— Я же сказал, что у нас с ним ничего не было. Он уже в Инадзуме… так почему ты ревнуешь до сих пор?
— …ты правда хотел достать для него Сердце Бога?
— Конечно же хотел! — звонко фыркнул Син Цю, даже не усомнившись, — Это — его мечта, его… смысл жизни, существования. Будь у него Сердце Бога — он ушёл бы из Фатуи, и перестал бы быть таким злым!
— …а для меня …ты достал бы …Сердце Бога?
Син Цю хихикнул, тепло заулыбавшись.
— Не смейся! — буркнул Чун Юнь, уже пожалев о том, что спросил…
Цю запустил тонкие пальцы в инеевые локоны, нагнувшись, чтобы потеряться носом о нос своей любви, — Зачем тебе Сердце Бога, когда моё в полном твоём распоряжении?
Чун Юнь низко выдохнул, тепло улыбнувшись, — …ты прав…
Руки Юня с поясницы переместились на ягодицы мечника, заставляя Син Цю обильно покраснеть, а экзорциста довольно улыбнуться, наблюдая расширенными кошачьими зрачками, — Закрой глаза.
Выполнив приказ, Цю в предвкушении облизывает тонкие губы, которые в горячем поцелуе накрывает Чун Юнь.
— М! — Син Цю отвечает с языком, как резко в его рот попадает что-то холодное. Мурашки бегут от пояснице к шее, заставляют мечника вздрогнуть, но экзорцист прочно держит его челюсть, играясь с кусочком льда внутри рта Син Цю.
— Мнф! Мф! — Цю изгибает тонкие брови — этот поцелуй со льдом был гораздо горячее, не такой горячий, как их первый поцелуй, конечно, но в нём, определённо, есть изюминка.
Тонкие губы складываются в ухмылку — мечник подгадал момент, чтобы ловко толкнуть подтаявший лёд в рот Чун Юня, обхватывая руками его шею. Вылизывая пухлые губы, кончиком языка Цю обводит клыки и, конечно же, не даёт Юню и шанса вернуть лёд обратно. Чун Юнь низко мычит, но вскоре ему надоедает и он с хрустом раскусывает лёд.
Юнь распахнул инеевые ресницы, туманно смотря на мечника, он провёл большим пальцем по тонким губам, нежно чмокнув их.
Син Цю потёрся о ладонь экзорциста, влюблённо улыбаясь, — Горячо~ Хочу целоваться так ещё~
— Чуть позже… это должно быть неожиданно, — Юнь потянул мечника на себя, чмокнув в висок. Огрубевшая рука провела по внутренней части бедра вверх, оглаживая ягодицы.
Цю полностью лёг на Чун Юня, проехавшись пахом по его шароварам, горячо выдохнув. Экзорцист зажмурился и мыкнул, затем посмотрев в просящие чайные глаза, он шумно выдохнул, создав кубик льда уже поменьше, он ткнул его в рот Цю. Мечник покорно взял лёд зубами и нагнулся, медленно проведя им по пухлым губам. Интимность этого действа будоражила обоих — Чун Юнь нетерпеливо заполз пальцами под шорты Цю, стискивая внутреннюю часть бедра. Мечник нагнулся ниже, чтобы провести льдом по покрасневшей шее Юня, а затем вылизать горячим языком.
— Ннн, — экзорцист сладко сглотнул.
Син Цю приподнимается, убирая мешающие пряди за ухо с серёжкой, и снова проводит уже почти растаявшим кусочком льда по пухлым губам. Чун Юнь не выдерживает, наконец, лизнув мечника в губы, забирает лёд из его рта. Син Цю довольно ухмыляется и начинает горячий, страстный поцелуй. Из-за гравитации Чун Юнь не может повторить эту игру со льдом, да и не пытается, тихо помыкивая.
Син Цю оглаживает изящными кистями все формы мускулистого тела. Когда лёд уже почти весь растаял, Цю поддел его языком и тихо хихикнул от непонимающего взгляда расширенных кошачьих глаз. Сняв водолазку через голову Юня, мечник опускается чуть ниже, взяв в рот сосок.
От прикосновения льда Чун Юнь жмурится, дрожаще мычит, и резко вздрагивает всем телом. Син Цю отстранился, проделывая то же самое и со вторым, вновь ловит вздрог и довольно усмехается, опускаясь ещё ниже…
— Подожди, — Чун Юнь садится и, снова горячо целуя Цю с языком, проверяет, остался ли лёд,
— Мрф… — Син Цю ёрзает на паху Юня и не сильно кусает его язык в попытке отстраниться.
Экзорцист отстраняется и достаточно сильно кусает Цю в шею, ставя метку.
— Юнь-Юнь! — Син Цю приоткрывает один глаз, хихикнув, находит раскрасневшиеся ушные раковины в инеевых локонах, медленно массирует их, — Кусай сильнее, забыл? — горячо шепчет он.
Экзорцист кусает сильно — не достаточно, чтобы прокусить кожу, но достаточно, чтобы оставить розовую метку, с характерными более алыми точками от клыков. Как бы извиняясь, он медленно зализывает укус, но оставляет рядом пару засосов — узор из меток разрастается по телу мечника, заставляя его трепетать. Син Цю прикрывает рот рукой и сдавленно мычит в ладонь, когда Юнь кусает сосок, чтобы потом медленно вылизать.
— Ахаха… — Цю смущённо смеётся, разлохмачивая инеевые волосы. Как бы он хотел, чтобы экзорцист ускорился, и взял его. Эта медленная, но такая сладкая прелюдия всё сильнее распыляла его, — Юнь-Юнь… быстрее?
— Что быстрее? — отстранившись, нахмурился Чун Юнь.
Син Цю смущённо зажмурился, захныкав, — Быстрее… возьми меня!
Экзорцист согласно кивает, тянется к смазке и, огладив ягодицы Цю, наконец, стягивает с него шорты и откидывает в сторону.
Син Цю спешно взял любимого за руки, — Давай… я сам? — конечно же, он обожал руки Чун Юня. Но их холод, эти огрубевшие, толстые пальцы… Цю слишком привык делать всё самостоятельно, чтобы потом иметь возможность полностью довериться Юню.
— …я делаю что-то не так? — заволновался экзорцист.
— Нет-нет, я просто хочу как следует подготовиться для тебя, — успокоил его мечник, чмокая в скулу, уже схватив руками за пояс.
— Сегодня пару пальцев будет достаточно, — смутился Юнь.
— Хмм… — немного расстроился Син Цю, — …ладно.
Цю стянул шаровары и уже хотел опуститься вниз, как Чун Юнь положил руки на таз мечника, — А?
Экзорцист свёл его бёдра вместе, стискивая коленки, он несдержанно толкнулся между, задев своим членом и член Син Цю,
— М! — Цю каждый раз обильно краснел.
— Сделаешь это для меня, пока-?
Мечник навис, уперевшись рукой возле шеи Чун Юня, открывая флакон со смазкой, — С удовольствием, дорогой Юнь-Юнь… хоть это и будет довольно сложно… — обильно нанёс он смазку на свои пальцы и бёдра, резко откинувшись назад, закусив губу.
— ННХ! — экзорцист зажмурился, до белых костяшек сжав коленки Син Цю, он несдержанно двинул бёдрами.
— М! Чун Юнь, подо- — Син Цю вновь нагнулся, пытаясь растянуть себя и успеть в темп Юня одновременно.
Когда мечник свыкся с движениями, он довольно ухмыльнулся, с удовольствием наблюдая за выражением лица Чун Юня, слушая его рваные стоны. Однако экзорцист вновь положил руки на таз Цю, задвигав им самостоятельно.
Син Цю вытащил руку, чтобы опереться уже обоими руками. Всё его изящное тело от таких манипуляций начало содрогаться — мечник сам не понимал, почему. Наверное, потому что это казалось… таким пошлым и непристойным. Потому что Син Цю дико нравилось, как Чун Юнь командует процессом и даже его телом. Дыхание сбилось, Син Цю постарался медленно приоткрыть глаза, но столкнувшись с со вниманием разглядывающими его кошачьими зрачками он снова смущённо зажмурился и отвернул голову. Чун Юнь хитро хмыкнул, задвигав бёдрами и тазом Цю гораздо быстрее.
— Ч-Чёрт, Юнь-Юнь, я- — Син Цю распахнул глаза, чувствуя, как содрогаются его ноги. Он стиснул зубы и зажмурился, сжав бёдра как можно сильнее — он не мог позволить себе кончить раньше Юня.
Экзорцист дрожаще простонал, но затем резко задержал дыхание и приподнялся, чтобы ткнуться в шею Син Цю и горячо зашептать, — Кончи для меня… Цю-Цю~
— Н-нет! — Син Цю всхлипнул, тыкаясь в его плечо, — Чёрт, почему-у!
Чун Юнь резко прогнулся, падая спиной на кровать, низко застонав во весь свой голос. От этого Цю так же накрыла сладострастная волна удовольствия, и мечник свалился на любимого, изгибая тонкие брови и закусывая нижнюю губу, судорожно замычав.
Син Цю почувствовал, как от глубокого дыхания приподнимается грудь Юня, и как он шумно выдыхает. Мечник резко повернул голову, куснув сосок.
— Ай! — зашипел экзорцист, столкнувшись с игривыми искрами в чайных глазах.
Син Цю разомкнул свои бёдра и встал на колени. Он хотел было уже потянуться за салфетками, но взгляд Чун Юня, посмотревшего на количество разнообразной жидкости на них и тут же в смущении отвернувшего голову, заставило его хитро ухмыльнуться:
— Нет-нет! — немного жёстко повернул его за челюсть Цю, — Только посмотри, что ты натворил! Разве ты не должен вылизать это? — обильно покраснел мечник от собственной идеи, но был непреклонен.
— «Вылизать»? — лишь с долей удивления переспросил Юнь.
— Кхм… — Син Цю зажмурился и встал коленями уже между плечей Чун Юня, попытавшись строго посмотреть на него, — Да, вылизать!
Чун Юнь приподнялся, стиснув бёдра Цю, поддерживая его, он медленно лизнул розоватую кожу.
— Мнф! ~ — Син Цю тут же прижал ладонь ко своему рту, другой рукой стиснув изголовье.
— Я… не против вылизать… — Чун Юнь оставил небольшой укус, тут же поцеловав его, — Но… разве тебе будет удобно стоять так? Может… ты хочешь сесть мне на лицо?
Син Цю неверяще уставился на Юня, красный, как помидор, второй раз в своей жизни сталкиваясь с хитрым кошачьим взглядом.
Чун Юнь оставил на его ногах очередную метку, — Что такое, ты стесняешься?
— Я вовсе не… Ммнф! — Син Цю схватился за изголовье уже обеими руками, когда экзорцист провёл горячим языком вверх, тщательно принявшись выполнять свою работу.
Чун Юнь взял Син Цю за талию, надавив на его таз, заставляя мечника сесть на грудь экзорциста. Чун Юнь повернул голову, медленно вылизывая нежную кожу, не отводя кошачьих глаз с покрасневшего до кончиков ушей Син Цю.
— Ю-Юнь… — Цю смущённо отвёл взгляд, прижимая к губам свою ладонь. Этот вид… заставлял его нутро содрогаться от нестерпимого ощущения, а вместе с ним и всё тело.
— Впервые вижу настолько смущённого Син Цю~ — хехнул экзорцист — мечник зажмурился, — Ты ведь сам сказал мне это сделать? Мне перестать? — заволновался Чун Юнь. Пусть у Син Цю и не было силы Ян — экзорцист не хотел, чтобы ему было неловко или плохо.
Син Цю убрал руку от лица, шумно выдыхая, — …нет, я… Я просто шокирован, что ты сам предлагаешь подобное.
— А что в этом такого? — не понимал Юнь, — Мы ведь… просто занимаемся любовью…
Син Цю улыбнулся, прикрыв глаза, — Да, дорогой Юнь-Юнь, ты как всегда прав… кажется ты довёл меня до моей грани, и я очень хотел бы разрушить её вместе с тобой, — чайные глаза наполнились любовью, — Так что продолжай вылизывать как следует~
Юнь оставил более глубокий укус, заставляя Син Цю вздрогнуть и стиснуть зубы. Закончив работу, Чун Юнь приподнял таз мечника и лёг чуть пониже, усаживая его на своё лицо.
Син Цю сжал прутья изголовья, странно мыкнув, когда горячий язык Юня провёл по его анусу. Мечник закусил губу, а затем странно захихикал, пытаясь скрыть всю свою смущённость и неловкость.
Но стоило Юню продвинуть язык чуть дальше — всё в Син Цю затрепетало, заорало о том, что сейчас творится, насколько… НАСКОЛЬКО это недопустимо и… от этого в разы приятнее.
— Ч-чёрт! — Син Цю откинул голову назад и промычал в губы, когда Чун Юнь медленно, но ритмично задвигал языком.
Сама стимуляция для Син Цю не была чем-то необычным. Но сама ситуация, её, казалось, невозможность делали своё дело.
Юнь засунул почти весь язык, стараясь надавить на заветную точку, он до белых костяшек сжал ягодицы Син Цю.
— Мнхаах! — мечник зажмурился, закусив нижнюю губу.
Чун Юнь подвигал языком ещё немного, затем вытащил его — к сожалению, Син Цю не был способен кончить от подобной стимуляции, возможно, он подумает об этом в другой раз. В любом случае, Чун Юнь перевернул Син Цю на спину, нависнув и вдохнув воздух полной грудью, — Закрой глаза.
— Зачем? — Син Цю смущённо отвёл взгляд.
— Я сказал закрой. Не хочу завязывать тебе их сегодня, — приказал экзорцист.
Син Цю надулся, но покорно прикрыл глаза и даже закрыл лицо руками.
Чун Юнь зашуршал, затем послышались странные звуки… Син Цю долго не мог понять что это, но резкий триггер из детства заставил его мгновенно убрать руки и распахнуть глаза. ОВОЩЕЧИСТКА!
Чун Юнь предугадал это и стоял к мечнику спиной, — Почему ты ослушался моего приказа? — немного обиженно фыркнул он.
— Очень смешно засовывать в меня морковь, Чун Юнь! — прорычал Син Цю, морщась от отвращения,
— Успокойся и доверься мне, — спокойный холодный тон Чун Юня и правда заставил мечника шумно выдохнуть и поумерить пыл — Это не морковь. Закрывай глаза.
Син Цю фыркнул и вновь покорно прикрыл глаза.
Чун Юнь навис, разводя ноги мечника, он не смог сдержать шутку, — Я ведь не ты, чтобы скармливать тебе самое нелюбимое всеми возможными способами… — вставил он эту вещь в Син Цю.
Мечник мгновенно поджал губы и распахнул глаза, заёрзав, — Что это? Почему оно… печёт? Концентрат Пиро действует не так… — Син Цю вновь оскалился, — Если ты решил отомстить мне перцем, то я-
— Это не перец, — Чун Юнь успокаивающе чмокнул в висок, — Если отгадаешь — я закрою глаза на то, что ты ослушался моего приказа.
— Ты точно чистил что-то от кожуры… — вытянулся Син Цю, сглатывая, — Не представляю, что ещё может печь.
Чун Юнь вытер руки как следует, чтобы сок не попал в другие места, — Подумай ещё. Подсказка — это связано с чаем.
— С чаем? — не понимал Син Цю. Это ощущение жжения нарастало настолько медленно, что мечник мог вполне его терпеть, оно пока не вызывало отторжения, и Цю пытался привыкнуть к новым ощущениям.
Доверие Син Цю вызывало в Чун Юне чувство гордости. Он снова сделал кусочек льда и положил в своей рот, медленно поцеловав Цю.
— Мнф… — мечник покорно ответил, хоть и не мог думать, пока целовался с Чун Юнем. Он немного поморщился, ведь теперь сам не мог вытолкнуть лёд, однако с ним горячий язык Юня чувствовался намного контрастнее. Син Цю вспомнил, как сел ему на лицо, и мурашки поползли по его телу, заставляя мыкнуть в губы Юня и сжать пальцы на ногах.
Когда лёд растаял, Чун Юнь отстранился и тут же поцеловал Син Цю в шею — он понимал, что без стимуляции боль будет ощущаться не так, как должна.
— Имбирь! — вытянулся Син Цю — Чёрт, ты… — от поцелуя Чун Юня в шею Син Цю зажмурился, вытягивая её — Ты засунул в меня имбирь???
Чун Юнь загадочно промолчал. Он сел, поднимая ноги Син Цю, массируя его стопы.
— Ох, нет, только не снов- АНКХ! — Син Цю прогнулся всем телом и дрожаще простонал, когда Чун Юнь провёл языком по основанию его пальцев, вместе с этим второй рукой стиснув головку и двинув рукой.
— Не-ет! Так нечестно! Ммм! — дрожаще замычал Син Цю на высокой ноте, жмурясь — Пожалуйста, пусти мои но- МФФФ! — всхлипнул мечник, прогибаясь, когда Чун Юнь надавил на точку на стопе, взяв в рот пару пальцев, вместе с этим активно дроча Син Цю. Мечник резко распахнул глаза, когда сжался и от этого жжение резко усилилось в разы — Чёрт! Оно жжёт!
— Хочешь, чтобы я убрал его? — заволновался Юнь.
— Я не знаю! — Син Цю попытался выдернуть стопы, но это было тщетно и мечник отвёл взгляд — Наверно, пока нет… — он вновь посмотрел на Чун Юня, столкнувшись с его хитрой улыбкой — Что? Что ты задумал?
Экзорцист пустил его и сел на край кровати, похлопав по своим шароварам — Ложись сюда на живот.
— Что. Ты. Задумал… — забурчал Син Цю, покорно выполнив приказ. Чун Юнь завёл его руки за спину, связывая, и мечник поморщился, — Я так и знал…
Экзорцист заставил Цю встать на колени и провёл по внутренней части бедра.
— Мн-нф… — Син Цю вновь покраснел, и ткнулся бы куда-нибудь в смущении, если бы его голова не висела в воздухе. Чун Юнь прочно держал его руки за спиной, дёрнуться куда-либо было невозможно. Имбирь начинал уже достаточно сильно печь, и от этого Син Цю тихо замычал.
Мечник свесил голову, кусая губу, — Прошу, подрочи мне, Юнь-Юнь~ — наконец, смог выдать он.
— Разве этого будет достаточно… — холодным тоном начал Чун Юнь.
От хлёста по ягодицам у Син Цю спёрло дыхание — резкая боль усилилась ещё более резким жжением, — МММ!!!
— …для такого извращенца, так ты? — фыркнул Юнь, следя за реакцией.
Син Цю зажмурился и всхлипнул, — Н-нет… Юнь-Юнь, пожалуйста!
— Пожалуйста что?
— …пожалуйста — Син Цю вновь свесил голову, не веря, что готов сказать это — …ещё~
Чун Юнь не сдержался и нагнулся, чмокнув Цю в висок, — Хорошо, Цю-Цю~
Хлыст вновь проходится по ягодицам, — КХАНХ! — и мечник дрожит всем телом, а на глаза наворачиваются слёзы.
Экзорцист откладывает хлыст и медленно стискивает основание члена Цю, проведя к головке.
— Мнх… а-ах! ~ — мечник сладко стонет от таких желанных прикосновений и несдержанно толкается в руки Юня, — Пожалуйста… пожалуйста! — дрожащим голосом взмолился он.
Чун Юнь надавил на имбирь. Син Цю тут же распахивает мокрые глаза и вскидывает голову от зародившегося только что ощущения в его животе, разливающегося по телу жара, с мурашками бегущего к голове. Это… так сладострастно переплеталось где-то внутри, что Син Цю ничего не оставалось, кроме как всхлипнуть и полностью погрузиться во всё это, рвано простонав.
Чун Юнь вскидывает брови от такой необычной и слишком бурной реакции, но то, что Син Цю это нравится — факт.
Экзорцист убирает руки и снова берётся за хлыст. Син Цю не успевает отдышаться, как вновь стискивает зубы и мычит от порции ударов по ягодицам. А когда последний удар проходится по стопам — его ноги трясутся, и он беспомощно понурил голову, быстро завсхлипывав, пытаясь справляться со слишком быстро накатывающими ощущениями.
Чун Юнь сжал его волосы на затылке, приподнимая голову. Сейчас лицо Син Цю имело… не самый презентабельный вид — мокрое от слёз и слюны. Мечник туманно смотрел на экзорциста и тяжело дышал, сглотнув, — Он так печёт внутриии! — всхлипнул Цю, жмурясь, — Каждый раз, когда я сжима- АХ! — от очередного хлёсткого удара мечник изогнул брови, промычав сквозь сомкнутые губы, — Так хорошо-о! Я весь горю~ Ещё! Юнь-Юнь, ещё!!!
Но Чун Юнь был полностью удовлетворён — он желал получить именно такой вид. Со всей любовью чмокнув мечника в висок, он отпускает голову, — Как скажешь, лю… любимый… — смущённо запинается экзорцист, и Цю даже улыбается с этого.
Но очередная порция хлёстких ударов заставляет его мгновенно вернуться в своё состояние, а активно задвигавшая по члену рука Юня — погрузиться куда дальше. Жар разливается по тонким дрожащим ногам, по пояснице приливает к спине и груди, и, наконец, полностью охватывает мечника горящим возбуждением.
— Ох, так вот как ощущается твоя сила Ян~ — не может не хихикнуть игриво Син Цю.
Дыхание окончательно сбивается, Цю не успевает жадно вдыхать: всхлипы, стоны, судорожное мычание — всё сейчас отнимает драгоценный воздух. Жар окутывает изящное тело полностью.
— Ю-Юнь… Я… Кханх! НХА! ДА! — Цю всё чаще жмурится, останавливает дыхание и сглатывает, — ЕЩЕ! Я СКОРО-
Ноги Син Цю обильно затряслись и, заметив это, Юнь тут же начал хлестать его гораздо жёстче.
Всхлипы превращаются в громкие, протяжные, сладкие стоны — мечник подкатывает глаза, обильно задрожав, сжимает пальцы ног… Медленно размякает на коленях Юня, высунув язык, он рвано отдыхивается.
Чун Юнь хмурится, не увидев на своей руке что-либо, напоминающее семя. В его голове вспыхивает один из абзацев, — «Не эякулировал? Сухой оргазм?» — от понимания Чун Юнь вновь хитро улыбается.
— Ч-что? — Син Цю всё-ещё чувствовал возбуждение, этот жар, — П-почему я не… А!
Чун Юнь резко переворачивает его на спину, ложась между ног, хитро улыбается, — М?
— П-подожди, Юнь-Юнь! Я всё-ещё слишком чувств- МММ!!! — от горячего рта экзорциста на своём члене Цю мычит на высокой ноте, жмурясь и изгибая тонкие брови.
Чун Юнь прикрывает один глаз и чуть приподнимается, стараясь сразу взять член мечника полностью, двигает головой.
— ААХ! НХААХ! — Син Цю прогибается и дрожит. Он не успел ещё отдышаться, не осознал, что это продолжает происходить — как эти ощущения вновь накрывают его. Особенно когда Юнь вставляет в него пару пальцев, надавливая имбирём прямо на простату.
Из глаз Син Цю вновь льются сладкие слёзы, — Нха-ах! О Архонты, я- — он жмурится, закусывает губу, задерживая дыхание и сглатывая, пытается хоть на долю секунды осознать всё происходящее.
Но стоит только Юнь горячо мазнуть языком по уздечке, а затем взять член полностью, сглотнув, и вместе с этим надавив пальцами — как ноги мечника обильно трясутся и он распахивает глаза, подкатывая их.
Закусывая губу, прокусывая её до крови, Син Цю излился в рот Юня.
Покрытое потом изящное тело, вновь медленно обмякло, тяжело отдыхиваясь. Чун Юнь отстранился и прикрыл рот рукой, чуть поморщившись, он всё же проглотил семя… странный вкус, но хоть раз надо было попробовать. Он вытянул имбирь из Син Цю и принёс воды, приподнимая мечника на ноги и усаживая на свои бёдра.
Цю в неге обнял шею Чун Юня и оставил поцелуй на его челюсти, сглотнув, чтобы со всей любовью зашептать, — …как же ты шикарен …мы созданы друг для друга.
Чун Юнь улыбнулся, прижимая мечника к себе, — Я ни секунды своей жизни не сомневался в этом, Цю-Цю.
Это так сильно тронуло Син Цю, что тот смущённо отвёл взгляд.
— Сегодня я узнал, что ты умеешь смущаться~ — хехнул Чун Юнь.
— Тебе моё мокрое лицо будет в кошмарах сниться… — смущённо забурчал Син Цю, утыкаясь в плечо Юня.
Экзорцист нахмурился, — Я именно такое лицо и хотел увидеть. Я люблю все твои проявления, даже «тёмную сторону».
— Интересно, когда ты успел стать мной… — всё-ещё бурчал Син Цю, смущаясь всё сильнее от этой сентиментальности.
Чун Юнь взял его голову, со всей серьёзностью заглянув мечнику в глаза, что даже нахмурился, — С того момента, как… как ты сказал, что принимаешь всего меня, вместе с моей силой Ян, на все 100%. Я подумал, что… люблю всего Син Цю, в любых его проявлениях и качествах. Даже… если откроется что-то новое — я всегда буду любить тебя, я всегда буду на твоей стороне, Цю-Цю.
Впервые Чун Юнь увидел, как на глаза Син Цю навернулись слёзы полного счастья. Мечник зажмурился, всхлипывая, сам от себя не ожидав такой реакции, — Ну вот, теперь я плачу из-за тебя!
Юнь счастливо заулыбался, вытирая лицо Цю от слёз.
— С каких пор ты вообще… начал говорить такие слова! Перестал отводить взгляд! — недоумевал мечник, всхлипывая.
— Разве не ясно? — нахмурился Чун Юнь, успокаивающе гладя Цю по голове, — С тех самых пор, как принял свою силу Ян…
Син Цю насупился, но устал дуться и шумно выдохнул, успокаиваясь, прикрыл глаза, — …я без ума от тебя, Юнь-Юнь… Я… ты моё солнце, моя душа… Я… я так боялся, что ты исчезнешь, что… что я сам своими поступками… заставлю тебя исчезнуть, и… — Син Цю вдохнул воздух, чуть не заплакав снова, как Чун Юнь накрыл его губы пальцем:
— Я не исчезну из твоей жизни. Никогда. Обещаю. Наши души, наши судьбы связаны навек.
Син Цю оставалось лишь сильнее прижаться к Юню и зажмуриться в благодарности, — Спасибо, Юнь-Юнь…
Чун Юнь разгадал и эту загадку. Син Цю так оберегал его, так старался, чтобы экзорцист принял свою силу Ян, потому что… он не мог принять самого себя. Он не мог быть честен с окружающими. Всё, что ему в действительности надо было — чтобы его приняли таким, какой он есть на самом деле.
Google Sites
Report abuse