Кристалл

      Белоснежно-холодный свет кристалла падал на белую плитку, белую койку, белую простынь… белое тело некогда пылающего жизнью Главы рода Моргул. Остатки магии, вяло текущие по вздувшимся, синим венам, мирно теплили существование и показывали давно искусственные пульс и дыхание.

      Всё те же магические кристаллы подсвечивали множество рентгенов, и с каждым новым чёрное пятно расползалось по белому мозгу…

      Чёрный человек провёл в белой палате неисчислимое количество часов, ночей, лет…       И с каждой секундой проведённой здесь, его надежду пожирала раковая опухоль — ненависть. Валяющееся здесь тело уродовало воспоминания об идоле, изничтожало страх, на котором держалось доверие.

      Отравляло всю веру в Главу.

      Тристан исповедовался ему огромное количество раз, не отпуская ощущение, будто разговаривает с могилой.

      Не было никакой разницы — наконец, осознал он.

      Белый кристалл с треском разломили. Магия перестала поступать в тело, и, что самое отвратительное — то не издало ни единого звука, ни единого предсмертного выдоха, ничего, что позволило бы сыну судить, что отец покинул его в эту секунду.

      Наоборот, он убедился в том, что тот оставил его давно.

— Прости меня, отец… — превращая кристалл в пыль, прошептал Тристан, — Прости, что был слишком слаб. Прости, что долго мучил и не мог отпустить тебя…

      Врачи влетели в палату и встали в ступор, непонимающе уставившись на Моргула:

— Тристан? Что вы…

— Я перерубил Уробороса, — оттряхнув руку от пыли, холодно глянул на них Трист, — Я оплачу его существование ещё на год, этого будет достаточно, чтобы он умер собственной смертью?

— Д-Да… — согласно закивали врачи.

      Трист довольно усмехнулся, — Как приятно, когда род проникает в самое сердце медицины… Вы лишитесь всего, если об этом узнает кто-либо. А теперь приберитесь и собирайтесь на Становление. Я буду вас ждать там, — исчез он.