Адарья Емельяновна

Даша была вторая дочка в семье Омельки. Родилась 10 марта 1904 г., жила в семье родителей. Вышла замуж за Язэпа - Ермаковича Иосифа Родионовича, родного брата Вольки, жены Александра Максимового, которого арестовали и расстреляли вместе с Марком. «Хапун» не прошел мимо семьи Язэпа и Адарьи. Поздней осенью 1937 года приехала, забрали, завезли в Слуцк, посадили в теплушку и отправили в ссылку на, так называемое, вольное поселение в Архангельскую область. Только перед отправкой объяснили, что они являются «неблагонадежными» и представляют опасность для советской власти - власти людоедов, поэтому их высылают на перевоспитание на 10 лет.

В «Котласе» (в Жабчево место ссылки называли «Котласом», а реально они были в Архангельской области Пинежский район Чакольский сельсовет поселок Сюзьма), в ссылке занимались заготовкой леса. Условия были очень тяжелые, замучивали и загоняли людей до такой степени, что некоторые кончали жизнь самоубийством, при лесосплаве прыгали в реку Пинегу и тонули, топились в болотах. Много, очень много людей умирало от болезней, Язэп с Адарьей, имея крепкую физическую закалку, подготовленность к тяжелому крестьянскому труду, тяжело, но переносили эту скотскую жизнь. Трудились, выполняли норму, а Язэпа даже за примерный труд наградили медалью. С началом войны был призван в ряды Красной Армии добровольцем, тяжело ранен при обороне Москвы под Ржевом. Сколько там положили людей наши полководцы – неизвестно, данные ещё до сих пор засекречены. Умер от ран в госпитале в Вышнем Волочке, где и был похоронен.

Детей у них не было, о чем Даша очень жалела и всё материнское тепло-добро отдавала другим детям. Во время валки леса очень тяжело поранила руку и только чудом осталась с рукой.

В конце 1947 года Адарья вернулась домой в Жабчево. Все изменилось, отца уже не было, не было Марка, вскоре умерла и мать. Жила вначале с семьей Николая (младшего брата), помогала его жене Вале по хозяйству, воспитывала и смотрела за их детьми, а их было шестеро. С Котласа Адарья пришла с надорванным здоровьем, болели руки, спина, а особенно сердце. Рассказывала в воспоминаниях о людях в ссылке, как их пытали, как выбивали из них нужные показания, как издевались.

В середине 1950-х годов Дарье Емельяновне разрешили бесплатно заготовить лес на хату и сени в качестве компенсации за все муки, за смерть мужа. Лес заготовили, поставили сруб с крышей, но на большее сил, здоровья и денег не хватило. Всё сгнило и в середине 1970-х годов это всё попилили на дрова.

В конце 1950-х годов жила у племянника Кости (сына Марка) в Клецке, а потом в семье племянницы Тамары (дочери Николая) в Витебске. Помогала Тамаре растить детей. Когда дети у Тамары подросли, летом 1979 года приехала назад в Жабчево к Николаю. Осенью стало плохо, нашла на нее тоска, боль и слабость, полежала две недели и 13 августа 1979 г. умерла.