Embedded Files
У Журавля
Тёмная кошка подбежала к маленькой воспитаннице, когда появилась возможность отойти от работы. Глаза сверкали, плечи напряглись.
Яростноушка мило склонила голову набок, почувствовав присутствие.
— Не переживай, я тут не по делу... — Ярка весело подмигнула, а после подошла ближе и боднула младшую кошку в плечо. — Благословляю тебя на удачный обряд, Журавль будет следить за тобой и сохранять тебя на территории врага.
Не успела Яростноушка даже осознать произошедшее, так же быстро, как появились, шаги воительницы скрылась в гуще голосов.
У Змеи
Воспитанница быстро перебирая лапками подбежала к большому добряку Кедру и едва не впечаталась носом ему в бок.
— Кедр, а вот и ты!
Она дернула усиками и принюхалась для надежности: да, это точно Тень Кедра.
Тень Кедра, услышав за спиной быстрые шаги, насторожил уши, но не выдавал признаков напряжения. Он мог легко отличить шаги опасного зверя от робкого и невинного топота маленького котёнка. Воитель вздохнул и обратил свой взгляд на юную воспитанницу. В его единственном зрячем глазу не было ни тепла, ни света — лишь вселенская усталость и ничего более.
Рядом с ним находился маленький светлый комочек радости, почти воплощение Заботливой Ласки, игривый и активный. Он, затмленный этим светлым существом, казался всего лишь темным огромным существом.
— И тебе здравствуй, дитя, — хрипло произнёс кот после долгого молчания, склонив голову к ней. Она была такой маленькой и хрупкой, что любое неосторожное движение могло сбить её с ног или, не дай Огни, даже раздавить.
— Я скоро отправляюсь на обряд, пожелай мне удачи! — пропищала воспитанница.
В ответ на её заявление кот поднял бровь с правой стороны морды, в то время как левая, покрытая шрамами, оставалась неподвижной:
— Если ты хочешь попросить благословения, так и скажи.
Яростноушка негромко фыркнула, посмеиваясь над таким предложением, но почти сразу же прижала ушки к затылку и понурила голову.
— Ты прав, я действительно пришла просить благословения.
Кошечка повозюкала лапкой по земле, оттягивая момент. Она буквально чувствовала на себе взгляд Кедра, требующий говорить до конца.
— Дело в том, что я очень боюсь обряда, — пискнула кроха. — Мне будет спокойнее, если предусмотрительный и чуткий дух змеи будет приглядывать за мной во время боя.
Тень Кедра шумно вздохнул, потирая лапой свою морду: не первый раз к нему обратились за благословением, и, возможно, не последний. Кедр ко всем относился равнодушно, не выделяя никого, даже свою дочь. Змея, до этого прятавшаяся в рыжей гриве, лениво высунула язык.
— Если ты уже просила благословения у кого-то из наших братьев и сестер, то должна разочароваться, дитя. Я не скажу тебе ничего нового. Мой голос повторит те же слова: «Будь осторожна, остерегайся живности на чужих землях».
Кедр повел ушами и с тяжелым звуком лег на землю. Он обернул себя пушистым хвостом, широко зевнул и щелкнул пастью. Воитель не заинтересован в этом разговоре, он может лишь повторить слова прошлых поколений.
Яростноушка услышала, как кот шумно опустился на землю и тихонько чирикнула, чтобы определить, далеко ли он теперь.
— То, что предначертано судьбой, то и произойдет. Огням ведомо твое будущее, я же не могу заглянуть в него.
Кедр замолчал, обдумывая что-то, но затем раздался его хриплый бас:
— Но знай одно. Клан — твоя семья, и мы будем ждать тебя с любым результатом. Ты можешь выполнить свой долг или вернуться ни с чем и встать на путь оруженосца.
Немногословный воин поднял голову и посмотрел на воспитанницу.
— Спасибо, я не подведу, — кошка склонилась к Кедру, чтобы уткнуться носом ему в макушку в благодарность. Вернее, она склонилась туда, где по ее мнению была голова воителя, но капельку промахнулась и ткнулась ему в плечо.
Теперь она обязательно со всем справится.
У Лани
Холодное касание ледяной капели заставляет очнуться. Весна пришла.
Ледяной дождик со звоном колотит по самому носу. Иногда задумываешься — природа плачет? Или так кажется? Кто ее расстроил?
А может, это и не природа вовсе? Может, слёзы эти — твои? Странно. Непривычно, прогоркло на душе. Как поступить — не знаешь. К кому пойти — не к кому. Думаешь, что справишься сама, что чувства — для слабых, и ты — совсем не такая.
А Лань смотрит на тебя из-за кустов, наблюдает. Думает о том, как помочь, ведь для неё ты — уникальность. Одна на всей земле.
Она никогда не поймет, о чем ты горюешь, не скажет доброго слова, не обнимет. Но будет рядом. Запомни: ты никогда не будешь одна. Ты плачешь, радуешься, злишься — это ты, твои чувства, они всегда с тобой. Не нужно стыдиться их, коли не хочешь навсегда себя потерять. Ты сама строишь свою жизнь: думай о счастье — оно тебя настигнет; не отпускай печаль и не прощай обиды — никогда из них не выберешься..
Этому учит Лань. Быть сильной. Быть той, кого ты хочешь видеть. Быть собой.
У Лисы
Чарующий легко касается носом чела Яростноушки, взор его дивный, алый и фиалковый, будто пронзает самую суть души её. Голос его, словно ветер тёплый, обволакивает, тих, но полон выражения:
— Яростноушка, дитя Севера, внемли гласу Лисы — она уж шепчет тебе в ухо, ведёт тропою, где следы незримы, но верны. Ты зряча не очами, но сердцем, и в том твоя сила. Лиса ведает: кто слеп к обману, зряч к истине. Слышишь ты ложь в голосах, чуешь сокрытое — как лис каждый шорох, каждую тень. Так пользуй сие, как лис использует хитрость свою во всем.
Склоняет он голову слегка, шапка чёрная шерсти оттеняет белизну морды Яростноушки.
— Мягка ты, но не немощна. Терпелива, но не без воли. Доброта — не слабость, а оружие, если ведать, когда его явить. Ты можешь тверда быти, когда надобно, — значит, можешь и судьбу перехитрить. Да будет прямота твоя мечом, а чутье — щитом. Помни: во тьме глубокой Лис сыщет путь — по запаху, по звуку, по памяти. Так и ты дорогу обрящешь, пусть и иные блуждают.
Хвост его кружит в воздухе легонько, очерчивая невидимые грани.
— Ты любишь котяток, травы любишь, тепло — и в этом мудрость твоя. Лиса ведает: дабы жити, надобно жизнь любить. Но не забывай: и в объятиях на стороже быть. Доверяй, но проверяй. Открыта будь, но не наивна. Да не ослепит тебя доброта твоя, но зорче учинит.
Он делает паузу, касается чела её вновь, чуть дольше.
— Огни Великие зрят на тебя. Дух твой видят — жив, словно пламя, упорен, как ветер горный. Иди, Яростноушка, и да ведёт тебя Лиса. Да станет хитрость её хитростью твоей, изящество — твоим. А как вернешься — поведаешь мне, какие травы благоухали на твоём пути.
Взметнулся хвост его легонько, словно начертал в воздухе знак Лисы незримый, но ощутимый сердцем.
— Ныне гряди. Огни Великие ожидают.
У Медведя
Слова тут излишни, это прекрасно.
Google Sites
Report abuse