В школах всё чаще происходит странная вещь: администрация начинает контролировать тьютора так, будто он не педагогический работник, а охранник на объекте.
Знакомо?
«Почему вас не было в классе 5 минут?»
«Предоставьте отчёт: где вы были каждый час»
«Учителя подтвердят, присутствовали ли вы на уроке»
«Вы обязаны находиться рядом с ребёнком постоянно»
Иногда это подаётся как «контроль качества». Но очень быстро такой контроль начинает напоминать не организацию образовательного процесса, а систему постоянного психологического давления.
Особенно если:
контролируют только отдельных работников;
требования не оформлены документально;
появляются бесконечные устные претензии;
педагог вынужден оправдываться за каждую минуту рабочего времени.
Давайте спокойно разберёмся, что в этой ситуации действительно предусмотрено законом, а что является административной самодеятельностью.
А существует ли вообще норма, обязывающая тьютора непрерывно находиться в учебном кабинете каждую минуту рабочего времени?
На федеральном уровне — нет.
Ни Федеральный закон № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации», ни профессиональный стандарт тьютора не устанавливают обязанности работника физически находиться в кабинете непрерывно в течение всего рабочего времени независимо от характера выполняемой деятельности.
Спойлер: не нянька и не сторож.
Основной документ — профессиональный стандарт «Специалист в области воспитания» (Приказ Минтруда России № 53н от 30.01.2023).
Тьютор — это педагогический работник, который:
помогает выстраивать образовательный маршрут;
поддерживает ребёнка;
участвует в адаптации;
помогает в коммуникации;
сопровождает индивидуальное развитие.
Это не сводится к формуле «сидеть рядом».
Тьютор:
взаимодействует с учителями;
адаптирует материалы;
координирует сопровождение;
организует условия для обучения;
помогает выстраивать взаимодействие специалистов.
Часть этой работы вообще происходит вне класса.
Это тоже официальная трудовая функция.
Тьютор:
анализирует динамику ребёнка;
ведёт документацию;
готовит отчёты;
участвует в консилиумах;
консультирует родителей;
взаимодействует со специалистами сопровождения.
И всё это требует времени.
Не «после работы».
Не «дома ночью».
А в пределах рабочего времени.
Потому что работа тьютора не ограничивается физическим присутствием на уроке. И закон нигде не устанавливает обязанности находиться в классе непрерывно 100% рабочего времени.
Тьютор может законно покинуть класс для того, чтобы:
заполнить документацию;
подготовить материалы;
ознакомиться с приказами и локальными актами;
обсудить сопровождение ребёнка с психологом, логопедом, дефектологом;
переговорить с родителями;
участвовать в совещании;
подготовить отчёты;
организовать сопровождение ребёнка;
проверить условия (безопасность) проведения следующего занятия.
Это не «отсутствие на рабочем месте». Это выполнение трудовой функции.
Современная школа производит гигантский поток документов:
приказы;
положения;
инструкции;
регламенты;
изменения расписания;
инструкции по охране труда;
противопожарные инструктажи;
требования по антитеррору;
локальные акты.
И работник обязан с ними знакомиться.
Это прямо связано с:
ст. 21 ТК РФ;
ст. 22 ТК РФ;
обязанностями работодателя по информированию работников.
Прочитать 20-страничный локальный акт за перемену невозможно физически. Значит, часть рабочего времени объективно уходит на работу с документацией. И это нормально.
Очень многие тьюторы работают:
на 1,5 ставки;
на 2 ставки;
совмещают несколько должностей.
Например:
тьютор + педагог допобразования;
тьютор + учитель;
тьютор + педагог-организатор;
тьютор + социальный педагог.
Статья 60.2 ТК РФ:
совмещение оформляется дополнительным соглашением.
Дополнительная работа — это такая же работа.
А значит:
она выполняется в рабочее время;
требует времени;
требует выхода из класса;
не может делаться «между делом».
Если администрация требует одновременно:
выполнять обязанности по совмещению;
присутствовать на уроке непрерывно — это уже организационное противоречие, а не нарушение со стороны работника.
Иногда про это забывают.
Но Трудовой кодекс РФ предусматривает:
время отдыха;
перерывы;
санитарно-бытовые условия;
возможность удовлетворения естественных физиологических потребностей.
Работник имеет право:
выйти в туалет;
попить воды;
принять лекарство;
выйти из душного (холодного/жаркого) помещения;
обратиться за медицинской помощью при ухудшении состояния.
И нет, это не дисциплинарный проступок.
Только если:
они предусмотрены трудовым договором;
закреплены локальным актом;
доведены до работника надлежащим образом.
Если ничего этого нет — работник не обязан отчитываться «каждый час».
Особенно если требования:
возникают внезапно;
адресованы только одному человеку;
существуют исключительно в устной форме.
Вот здесь начинается действительно опасная зона.
Если администрация:
опрашивает коллег о передвижениях конкретного тьютора;
фиксирует только одного работника;
устанавливает к нему особый режим контроля;
создаёт атмосферу постоянной подозрительности —
это уже начинает выглядеть не как организация труда, а как форма давления.
И здесь появляется важная правовая тема.
После изменений Федерального закона № 273-ФЗ «Об образовании в РФ» право педагога на защиту от психического насилия закреплено напрямую.
Статья 47 содержит положение о праве педагогического работника на: уважение человеческого достоинства, защиту от всех форм физического и психического насилия, оскорбления личности.
Это важная норма.
Потому что давление в образовательной организации далеко не всегда выглядит как крик или прямые угрозы.
Чаще это:
постоянные проверки;
бесконечные объяснительные;
демонстративный контроль;
выборочное наблюдение;
создание нервозной атмосферы;
неопределённость;
постоянное ожидание претензий.
Именно так часто выглядит административное давление в современной школе.
Проблема возникает тогда, когда контроль становится:
— избирательным;
— демонстративным;
— непрерывным;
— направленным преимущественно на одного работника.
Например:
— фиксируются буквально все перемещения сотрудника;
— ведутся постоянные устные замечания;
— создаётся атмосфера наблюдения;
— работников опрашивают о действиях коллеги;
— устанавливаются камеры, снимающие преимущественно педагога, а не образовательный процесс в целом.
В такой ситуации речь начинает идти уже не просто о контроле труда.
Избирательный и непропорциональный контроль в отношении отдельного работника может рассматриваться как признак предвзятого либо дискриминационного отношения (ст. 3 ТК РФ), особенно если аналогичные меры не применяются к другим сотрудникам.
Потому что педагогическая работа и без того связана с высокой эмоциональной нагрузкой.
А в школах, работающих с детьми с ОВЗ, нагрузка часто многократно выше:
— необходимость постоянной адаптации;
— высокая ответственность;
— сложное сопровождение;
— эмоциональное выгорание;
— интенсивное взаимодействие с родителями и специалистами.
В этих условиях атмосфера постоянного наблюдения может серьёзно ухудшать психологическое состояние работника и качество образовательного процесса.
И здесь уже важно помнить:
с 2024 года статья 47 Федерального закона «Об образовании в Российской Федерации» прямо закрепляет право педагогических работников на:
уважение человеческого достоинства,
защиту от всех форм физического и психического насилия,
оскорбления личности.
Статья 51 Закона об образовании теперь прямо возлагает на руководителя образовательной организации обязанность:
принимать меры по защите участников образовательных отношений и недопущению психического насилия.
То есть директор обязан не только «контролировать работников», но и не допускать ситуации, при которой контроль превращается в психологическое давление.
Как правило — да.
Работодатель вправе использовать системы видеонаблюдения:
— для обеспечения безопасности;
— контроля образовательного процесса;
— защиты имущества;
— контроля исполнения обязанностей.
Но и здесь есть важные нюансы.
Если камера:
— направлена преимущественно на педагога;
— практически не фиксирует обучающихся и образовательную среду;
— используется точечно в отношении отдельных работников;
то у работника возникает право задавать вопросы:
— какова цель съёмки;
— каким локальным актом она регламентирована;
— кто имеет доступ к записям;
— каков срок хранения;
— ведётся ли журнал доступа;
— почему контроль организован именно таким образом.
Это нормальные правовые вопросы.
Самая плохая стратегия —
эмоциональная война.
Например:
— скандалы;
— демонстративные конфликты;
— отказ выполнять распоряжения;
— истеричные обвинения;
— попытка «сломать систему».
Обычно это только ухудшает положение работника.
Не спорить часами устно.
А задавать спокойные письменные вопросы:
— какова цель контроля;
— каким актом он предусмотрен;
— как используются данные видеосъёмки.
Если:
— камеры появляются только у отдельных работников;
— контроль непропорционален;
— замечания касаются исключительно одного сотрудника,
это важно фиксировать документально.
Работодатель вправе контролировать труд.
Но работник не обязан существовать в режиме непрерывного психологического сопровождения администрации.
Очень многие вопросы резко меняются, когда их задаёт не отдельный педагог, а профсоюзная организация.
Потому что тогда речь идёт уже:
— о гарантиях профсоюзной деятельности;
— о соблюдении трудового законодательства;
— о системности действий работодателя.
Посмотрите:
трудовой договор;
должностную инструкцию;
локальные акты;
положение о тьюторском сопровождении;
дополнительные соглашения о совмещении.
Очень часто половина требований администрации там вообще отсутствует.
Устное требование нужно превращать в документ.
Например:
«Прошу уточнить нормативное основание требования о ежечасной отчётности».
Или:
«Прошу разъяснить, каким локальным актом установлена обязанность непрерывного присутствия тьютора на уроке».
Это резко меняет ситуацию.
Сохраняйте:
переписки;
распоряжения;
служебные записки;
графики;
уведомления;
аудиозаписи разговоров, участником которых вы являетесь.
Да, российские суды принимают такие записи как доказательства.
Это очень важно.
Педагога часто пытаются втянуть в конфликт на эмоциях.
Но юридически сильнее выглядит человек, который:
спокоен;
отвечает письменно;
требует документы;
просит разъяснить основания;
фиксирует факты.
Что говорят:
«Тьютор обязан всё время сидеть в классе».
Что говорит закон:
Работа тьютора намного шире простого присутствия на уроке.
Что говорят:
«Отчитывайтесь каждый час».
Что говорит закон:
Только если это предусмотрено документами.
Что говорят:
«Вы вышли из класса — это нарушение».
Что говорит закон:
Если выход связан с трудовыми обязанностями или нормальными человеческими потребностями — нарушения нет.
Что говорят:
«У вас 1,5 ставки, но вы всё равно обязаны постоянно быть в классе».
Что говорит закон:
Дополнительная работа требует времени и выполняется в рабочее время.
Что говорят: «Мы опрашиваем коллег о вашем присутствии».
Что говорит закон:
Такой формат контроля законом не предусмотрен и при определённых обстоятельствах может рассматриваться как элемент давления.
Тьютор — это педагогический работник, а не человек для «непрерывного присутствия».
Его работа включает:
сопровождение;
организацию среды;
документацию;
взаимодействие со специалистами;
анализ;
консультирование;
выполнение обязанностей по совмещению.
Попытка свести всю профессию к формуле: «сидеть в классе и никуда не отходить» — не имеет под собой ни профессионального, ни правового основания.
спокойное знание своих прав почти всегда работает лучше, чем конфликт на эмоциях.