Я была хорошей бабой.
В девяностых-нулевых
я ноктюрн сыграть могла бы
на верёвках бельевых.
А теперь? Гнилые нитки.
Сердце, сжатое в кулак.
Ежедневные попытки
отстирать кровавый флаг.
I was a woman among women.
In the nineties, at the start,
I could have played a nocturne given
only clotheslines in the yard.
Now? A heart squeezed to a fist.
Rotten cotton in a bag.
Trying daily to persist
washing blood stains off the flag.