V

Семнадцать месяцев кричу,
Зову тебя домой.
Кидалась в ноги палачу -
Ты сын и ужас мой.
Все перепуталось навек,
И мне не разобрать
Теперь, кто зверь, кто человек,
И долго ль казни ждать.
И только пышные цветы,
И звон кадильный, и следы
Куда-то в никуда.
И прямо мне в глаза глядит
И скорой гибелью грозит
Огромная звезда.

1939

V

For seventeen months, I plead
For you to come home again,
On my knees, at the hangman’s feet, -
You’re my son and my dread.
I’m afraid that I can’t comprehend,
All tangled, in utter confusion,
Who’s an animal, who’s a man,
And the date of your execution.
There’s only flowers in a veil
Of dust, the censer, and a trail
Of footprints leading far.
And staring straight into my eyes,
With threats of imminent demise,
There is a giant star.

1939