Вижу, вижу лунный лук
Сквозь листву густых ракит,
Слышу, слышу ровный стук
Неподкованных копыт.
Что? И ты не хочешь спать,
В год не мог меня забыть,
Не привык свою кровать
Ты пустою находить?
Не с тобой ли говорю
В остром крике хищных птиц,
Не в твои ль глаза смотрю
С белых, матовых страниц?
Что же крутишь, словно вор,
У затихшего жилья?
Или помнишь уговор
И живую ждешь меня?
Засыпаю. В душный мрак
Месяц бросил лезвие.
Снова стук. То бьется так
Сердце теплое мое.
1915
I see, I see the crescent’s bow
Behind thick groves, shine out,
I hear, I hear the knocks below
Of shoeless hooves resound.
Don’t welcome sleep, - what, even you?
You can’t forget me yet,
And haven’t grown accustomed to
Your cold and empty bed?
At night, do I not call to you
With shrieking birds of prey,
And are they not your eyes I view
On pages dull and grey?
Beside the quiet house, stern,
As if some thieving stranger,
Did you believe that I’d return
Alive, per our arrangement?
I sleep. Into the stifling dusk,
The crescent casts a blade.
Another knock. And it is thus
My heart beats as of late.
1915