Я помню чудное мгновенье:
Передо мной явилась ты,
Как мимолетное виденье,
Как гений чистой красоты.
В томленьх грусти безнадежной
В тревогах шумной суеты
Звучал мне долго голос нежный
И снились милые черты.
Шли годы. Бурь порыв мятежной
Рассеял прежние мечты,
И я забыл твой голос нежный,
Твой небесные черты.
В глуши, во мраке заточенья
Тянулись тихо дни мои
Без божества, без вдохновенья,
Без слез, без жизни, без любви.
Душе настало пробужденье:
И вот опять явилась ты,
Как милолетное виденье,
Как гений чистой красоты.
И сердце бьется в упоенье,
И для него воскресли вновь
И божество, и вдохновенье,
И жизнь, и слезы, и любовь.
1825
I still recall the wondrous moment:
When you appeared before my sight
As though a brief and fleeting omen,
Pure phantom in enchanting light.
In sorrow, when I felt unwell,
Caught in the bustle, in a daze,
I fell under your voice’s spell
And dreamt the features of your face.
Years passed and gales had dispelled
My former hopes, and in those days,
I lost your voice’s sacred spell,
The holy features of your face.
Detained in darkness, isolation,
My days began to drag in strife.
Without faith and inspiration,
Without tears, and love and life.
My soul attained its waking moment:
You re-appeared before my sight,
As though a brief and fleeting omen,
Pure phantom in enchanting light.
And now, my heart, with fascination,
Beats rapidly and finds revived
Devout faith and inspiration,
And tender tears and love and life.
1825