Комиссия по славянским микроязыкам Международного комитета славистов / Commission on Slavic Micro Languages of the International Committee of Slavists

Александр Дмитриевич Дуличенко
† 4. ІІІ. 2026

Александр Дмитриевич Дуличенко, основатель и вдохновитель Комиссии по славянским микроязыкам Международного комитета славистов, скончался 4. ІІІ. 2026 года. Вполне уместно почтить его память на страницах «его» комиссии.

Александр Дмитриевич, в отличие от многих своих младших коллег, не имел той гладкой карьеры, столь типичной для современного академического мира: он пришел «извне» и в некоторой степени остался там, так как не работал в лингвистических центрах СССР (Москвa и  Ленинград). Он родился и вырос в небольшой деревне в Краснодарском крае, изучал русскую филологию в Туркменском государственном университете в Ашхабаде (Туркменистан), который окончил с отличием в 1966 году. После этого он начал преподавать в местной средней школе, но в 1968 году перешел на работу в Государственный университет имени Алишера Навои в Самарканде (Узбекистан). Спустя два года вернулся на прежнюю преподавательскую должность на несколько лет. В это время он, под руководством известного слависта Н. И. Толстого, написал кандидатскую диссертацию о русинском языке в Югославии, которую успешно защитил в Институтe славяноведения и балканистики АН СССР в 1973 году; одним из оппонентов был А. Я. Супрун. В 1976 году он был назначен в Тартуский государственный университет (Эстония). По советским масштабам это был маленький региональный университет, но университет с богатой историей, где в гуманитарных науках преподавали известные специалисты (И.А. Бодуэн де Куртенэ, М. Фасмер, в новейшее время Ю. Лотман и др.). Там он начал продвигаться по академической лестнице. После успешной защиты докторской диссертации по славянским литературным микроязыкам в Белорусской академии наук, где в состав комиссии вновь входили Н. И. Толстой и А. Я. Супрун, а также К. К. Трофимович и В. А. Дыбо, ему в 1981 году былo официально присвоено звание доцента, а в 1985 году — профессора. Он оставался в этом университете до конца своей академической карьеры, но в 1992 году перешел с кафедры русской филологии на созданную специально для него кафедру славянской филологии. Однако его преданность Тартускому государственному университету не означает, что он не преподавал в других местах. Как только позволяла политическая обстановка, он читал лекции и вел курсы за рубежом во многих университетах по всему миру, начиная, разумеется, с Югославии, где наконец смог посетить русинов и изучать их язык на месте. Ведь именно русины стояли у истоков его интереса к славянским микроязыкам. Он также был удостоен множества наград, среди которых  почетная докторская степень Трирского университета и престижная научная премия имени Гумбольдта. Этих почестей он удостоился за свое научное творчество.

Его лингвистические интересы были широки, но особенно выделяются две области: интерлингвистика и славянские микроязыки (микрофилология и микролингвистика по позднейшей терминологии). Я не могу оценить его работы по интерлингвистике: достаточно сказать, что он был опытным эсперантистом и опубликовал множество работ в этой области. Тем самым он оказал услугу и славянскому миру, представив проекты вспомогательных языков, предложенные славянами и/или основанные (по крайней мере частично) на славянских языках, которые до того в значительной степени игнорировались в интерлингвистике (см. его справочник, включающий более 900 проектов: Международные вспомогательные языки, Таллинн 1990).

Однако в данном контексте прежде всего заслуживает нашего внимания его деятельность в области микроязыков. Он разработал теоретические основания описания и анализа славянских микроязыков и сумел утвердить эту лингвистическую область в рамках славистики. Начав с одного конкретного микроязыка, а именно русинского, на котором говорят в бывшей Югославии и который уже был темой его неопубликованной кандидатской диссертации (Литературный русинский язык Югославии, Москва 1973 [еще без префиксоида микро-]), он расширил сферу своих исследований в докторской диссертации, посвящённой славянским литературным микроязыкам (Славянские литературные микроязыки. Вопросы формирования и развития, Таллин 1981). В моем личном экземпляре стоит его посвящение: «Дорогому коллеге этот давний и несовершенный труд. АД, Toulouse, 27.01.05». На самом деле эту книгу можно назвать «несовершенной» лишь с высоты сегодняшнего развития теории микрофилологии: в свое время она была настоящим новаторским трудом. До этого канон славянских литературных языков считался давно установленным (даже вопрос о сербохорватском языке еще не стоял на повестке дня), а на немногочисленные, известные тогда исключения (например, кашубский и резьянский) мало кто из славистов к тому моменту обратил внимание. Этим научным трудом Александр Дмитриевич создал не только новый лингвистический термин; он создал целую новую лингвистическую дисциплину в рамках иерархии «язык (Я) — литературный язык (ЛЯ) — литературный микроязык (ЛМЯ) — славянский литературный микроязык (СЛМЯ)». В последующие годы он уточнял теоретические основы этой дисциплины, не отказываясь при этом от обобщающего термина. Славянские микроязыки, как и сам термин, оказались наконец признанными в славистике (хотя в некоторых случаях и с неохотой), а некоторые из этих языков вошли в учебники и вводные курсы по славянской филологии. Знáком окончательного признания концепции славянских микроязыков в славистике можно считать создание Комиссии по славянским микроязыкам в рамках Международного комитета славистов (МКС) на XIV Международном съезде славистов (МСС) в Охриде в 2008 году в результате постепенной популяризации концепции, начавшейся с отдельных докладов в рамках ХІ Международного съезда славистов в Братиславе в 1993 году, а затем и секционных заседаний и тематических блоков на ХІІ съезде в Кракове в 1998 году и на последующих съездах. Неудивительно, что Александр Дмитриевич был единогласно избран первым председателем этой комиссии. На последнем конгрессе в Париже в 2025 году, в котором он уже не мог участвовать, он был назначен почетным председателем комиссии.

Но Александр Дмитриевич останется в памяти не только благодаря впечатляющему количеству собственных публикаций и многочисленным сборникам под его редакцией. Он был также талантливым преподавателем и лектором. Я помню его теплый и мягкий голос, а также ясное изложение фактов и теоретических концепций, что в значительной мере определяло высокий уровень его лекций и докладов. Кроме того, он написал множество учебников, по которым учились его студенты и которые зачастую оказывались полезными и для его коллег. Таким образом, он являлся прекрасным представителем гумбольдтовского идеала единства исследования и преподавания (Einheit von Forschung und Lehre).

Хотя память о нем как о преподавателе со временем угаснет (verba volant), его письменное наследие будет по-прежнему оставаться важным и влиятельным (scripta manent).

Роланд Марти

Поскольку в этом кратком некрологе было невозможно охватить все аспекты деятельности Александра Дмитриевича, заинтересованный читатель может обратиться к следующим публикациям за дополнительной информацией:

Ромаш Эрленд Романчик. Ординарный профессор Александр Дмитриевич Дуличенко: Биобиблиография, Вступ. статья А.Ф. Журавлева, под ред. О.В. Никитина, Тарту 2006.

Валерий Михайлович Мокиенко. Малые языки большого ученого, в кн. Микроязыки. Языки. Интеръязыки. Сборник в честь ординарного профессора Александра Дмитриевича Дуличенко. Под ред. А. Кюннана, В. Лефельдта, С.Н. Кузнецова, Тарту 2006, стр. 9-22.

Ромаш Эрленд Романчик (сост.). Основные даты жизни и научной деятельности проф. А.Д. Дуличенко. Там же, стр. 535-548.

Ромаш Эрленд Романчик (сост.). Избранные труды проф. А.Д. Дуличенко (1968-2005). Там же, стр. 549-576.

Олег Викторович Никитин. «... Я хотел бы издать третий том своих микроязыков»: (к филологическому портрету профессора А.Д. Дуличенко). Русин 65 (2021), стр. 206-229.