Дунино

 
декабрь 2009
(1 день)
 
Продолжаем знакомство с литературным Подмосковьем. Отправляемся в гости к Пришвину, в село Дунино Одинцовского района. Чтобы попасть в усадьбу, надо ехать по Рублево-Успенскому шоссе, изобилующему гаишниками, камерами и большими чёрными джипами. Сразу на съезде со МКАДа стоит доблестный служитель дорог, который почему-то регулирует движение на абсолютно пустом шоссе, создавая искусственную пробку.
У самого конца Рублево-Успенки ориентироваться надо по указателям. Проезжаем какие-то дома, санатории, попадаем в сосновую аллею, опять же по указателям вниз к усадьбе. Последний отрезок пути типично российский – узкий, разбитый, в ямах. Парковки у усадьбы нет, но маленький Моть легко помещается под ёлкой.

На калитке – расписание экскурсий и звонок, усадьбу охраняет весёлый пёс Бари, который старательно подставляет бока и уши через забор, чтобы его погладили.

До начала официальной экскурсии еще минут 20, поэтому мы идем знакомиться с окрестностями.
 
Часовня Архангела Михаила выстроена на средства местных жителей в честь Победы в Великой Отечественной войне 1941-45 гг. Именно в Дунино проходил рубеж обороны Москвы, поэтому каждый год в середине декабря здесь проводят реконструкцию Дунинского сражения. Местные поисковые отряды строят окопы и блиндажи.
В самой часовне пахнет деревом и свечками, она небольшая и уютная. Рядом – колодец, из которого местные жители набирают воду.
 

Возвращаемся к усадьбе.

Звоним в звонок, появляется смотрительница, пускает нас внутрь.
Дом построен в конце XIX века, его первые хозяева – финны, поэтому веранда сделана на сваях и имеет необычную для Подмосковья семиугольную форму.
Дом переходил из рук в руки, а Михаил Пришвин купил его в мае 1946 года в довольно потрепанном состоянии. Во время войны здесь был госпиталь. Большого труда стоило восстановить дом, но зато он стал настоящей летней писательской резиденцией на последние 8 лет его жизни.

Нам открывают дом, мы складываем в специальную коробочку деньги за вход (50 рублей со взрослого, фотосъемка разрешена), надеваем бахилы и заходим в музей. Площадь дома – со среднюю трехкомнатную квартиру, 75,4 кв.м.

 

Сначала мы выходим на веранду. Она открытая, летом здесь стояла плетенная мебель, пили чай и любовались окрестностями.


Самая большая и самая светлая комната в доме – столовая. За столом собирались гости.
В углу – диванчик, сделанный писателем из автомобильного сиденья.
У стены – сергиевопосадский буфет, около него – полочка с ключами.
На стенах – фотографии, сделанные самим Пришвиным, картины, в частности портрет его жены, которая, собственно, и основала музей.
Её комнатка – проходная, скромная мебель, на столе стоит пишущая машинка.
Вера Дмитриевна увлекалась садоводством, клумбы и сад были под ее началом. Из этой маленькой комнатки попадаем в кабинет писателя.
Вместе с Пришвиным в кабинете обитали его охотничьи собаки. Для них писатель сделал специальную лежанку с сетчатым матрасиком, чтобы шерсть быстрее высыхала.
На стене – охотничьи ружья.
В углу – тросточка-стул.
У окна – фотографические принадлежности. Из окон можно любоваться лесами, рекой…
 
В конце экскурсии – предлагают купить литературу, правда, совсем ненавязчиво.  Комната, в которой продаются книги, оформлена выписками из дневников Пришвина и его фотографиями.
 

Тут меня ждет неожиданное открытие – оказывается «певец природы» вовсе не чужд был политики.

                
       
Благодарим за экскурсию. Просим еще, чтобы нас пустили в гараж – посмотреть на последнюю Пришвинскую машину.

 

В гараже хранятся лыжи, надувная лодка, и. конечно, сама машина – в очень приличном внешнем состоянии.
 
Гуляем по территории усадьбы.
 
Под елками устроен «зеленый» кабинет – два пня – стол и стул.
 
Большой яблоневый сад, под деревьями – ульи.

 

Тут на территорию прибыла экскурсия числом 40 человек, а мы отправились домой.

 
«А не поехать ли нам через Можайку и родное А107?» – подумалось мне, но мы решили, что через Рублевку короче, и… через 15 км встали. Совсем. Прочно. Народ сначала выключал фары, потом двигатели, водители выходили из машин в близлежащий лесок, пассажиры тащились за ними следом. Через 40 минут такого стояния нервы мои не выдержали и я, развернувшись под прикрытием какого-то джипа, отправилась-таки на Можайку. В ту сторону всё ехало вполне бодро. Пересекли Голицыно, проехали мимо Больших Вязём (старший штурман с грустью вздыхал, что все кафе, где можно поесть  на левой стороне), свернули на А107…
Крюк получился километров 40, зато без пробок.
 
Общий пробег – 147 км. 
 

Есть вопросы, комментарии, дополнения? – Заходите в гостевую книгу!

Comments