(2010) Значит, пора



ТАК НАГЛО: ЗНАЧИТ, ПОРА


МИХАИЛ

Михаил возвращался поздним вечером по просёлочной дороге. Не по той, по которой он проездил всю жизнь на Украине, с ухабами, колеёй и вечной грязью, а американской. Даже описывать не нужно, какая это была добротная дорога, и ездить по ней было сплошное удовольствие. Он старался не разгоняться, что бы случайно не сбить оленя, или не переехать заблудившегося сурка или скунса. Белки, например, сами прыгали под колёса, но их тоже было ужасно жалко. Сколько раз Михаил тормозил и создавал аварийные ситуации из-за очередной сраной белки… "Эх, давить их надо, грызунов... но жалко". Даже пауков Михаил старался не убивать, а выносил из дому, причем зимой...Надо было бы паучкам дома дать перезимовать, но дети их ужасно боялись.

Михаил привычно поглядывал в зеркало заднего вида, хоть и остерегаться было некого, ибо редко кто ездил в столь поздний час по этой неосвещённой лесной дороге, предпочитая освещённое шоссе.

Михаил признался себе, что чувствует удивительное умиротворение и счастье. В жизни у него всё было совершенно неплохо, он ехал на своей любимой машине, по своей любимой дороге, со своей любимой работы, в свой любимый дом, к своим любимым людям. Он не мог пожелать себе или кому-то ещё чего- то лучшего.

Осознание счастья было настолько сильным, что в переживании этого чувства Михаил задел подол платья Нирваны. Это ощущение было лучше, чем секс, или чем влюблённость. Его тяжело было описать, его можно было только осознанно пережить.

Вместе с ощущением счастья пришёл и и испуг. Ибо Mихаил понимал, что если человеку уже и довелось пережить подобное чувство… ну,.. или дойти до него после цепи аналогичных переживаний, непременно ведущих к гранд-оргазму сего мироощущения, то с таким человеком может произойти одно из двух:
либо перед ним откроются Глаза Господни, либо тот предстанет перед Верховным Судом.

"Но мне же ещё рановато…" - подумал он, но страх и счастье одновременно заполонили его душу, и он понял, что мир вокруг него начинает меркнуть, изменяться… мир стал чернее. Постепенно вселенную начала поглощать чёрная пустота, заставив в зеркале заднего вида пропасть звёзды и лунный свет.

Тут раздался знакомый нечеловеческий голос "Значит пора".

Тьма поглотила машину, Михаила, и его дыхание. Он понимал, что голос прав! Ему было пора, но "что?", "куда?", "где?" - Михаил так и не понял. В последние несколько секунд своего я он попытаться вспомнить, откуда ему знаком странный Голос Пустоты. Он понял в последнюю миллисекунду, и это придало происходящему хоть какой-то смысл, которого Михаилу критически не хватало.

МИШЕЛЬ

"Я ненавижу вас. Как я вас всех ненавижу!" - Мишель хлопнула дверью, выбежала на крыльцо и села голой задницей на холодные ступеньки.. Она нервно вынула из кармана куртки помятую пачку сигарет, и пыталась закурить одну из них дрожащими руками.

Мать подошла к раскрытому окну и продолжила разговор изнутри, демонстрируя потрясающее самообладание и спокойствие. "Дорогуша, зачем ты мучаешь себя этой драматургией? Мы тебя с папой очень любим, ты это прекрасно понимаешь, но всё-таки, если ты желаешь жить под нашей крышей, ты должна хоть немного считаться с интересами семьи и с общими рамками приличия"

"Но я люблю его, мама!"

"Любовь -- это, конечно же, очень хорошо, но факт, что у тебя комната в родительском доме вовсе не означает, что ты туда можешь приводить мужика на постоянку"

"Мам, не говори мне, что мне делать, а что нет, чай я больше не маленькая"

"Не маленькая? Тогда снимай свою квартиру и делай с ней что хочешь, а лучше даже - пусть Ку-Клус-Клан твой снимает, и тебя к себе забирает, с нашей шеи."

"Ну что ты несёшь, мать? Мы же оба учимся, откуда у нас деньги на жильё? И зовут его - Клаус, ты прекрасно это знаешь"

"То-то и оно, доченька. Сидела бы и не рыпалась, а не качала права в чужом доме"

"Этот дом НАШ, мамуль"

"Не ВАШ, а мой и папин.. Твоего у тебя, Мишель, ничего нет вообще. Даже какашки, что ты какаешь у тебя не твои, а разве что - одни пуки, и то я в этом глубоко сомневаюсь"

"Ты утрируешь, мам"

"Я не утрирую, я всего лишь жажду увидеть хоть какие-то твои достижения, пока я жива."

"Вот родила бы я в прошлом году - было бы достижение"

"А брось ты, Господи, ну родила бы, и принесла, был свой плод любви ко мне с отцом под опеку. Само рождение ребёнка ещё не делает тебя хорошей матерью."

"Уйду, уйду я от вас"

"И уходи, нефиг фигнёй страдать"

Мать тоже курила. Был виден огонёк её сигареты, и между слов она делала частые характерные паузы и шумные выпускания дыма, что говорило об её нервозности..

Мишель была совершенно обескуражена. С одной стороны - любовь к родителям и нежелание что-то менять в своей жизни, с другой - любовь к Клаусу... Она надеялась что это была именно любовь, ибо сильнее она не чувствовала притяжения ни к одному другому мужчине. С третей стороны была ненависть к родителям, а именно к маме, ибо папа давно не имел веса в этой семье. Мать только говорила что "мы с папой то да сё", а на самом деле папа просто делал всю чёрную работу вроде заработка денег; куховарства и уборок, лишь бы мать оставила его в покое.

Как тяжело было становится взрослым, как не хотелось этого делать, как хотелось оставаться любимой дочкой ещё хоть какое-то время, капризным ребёнком, которому дозволенно исключительно всё.

Учёба и развлечения с Клаусом, казалось, занимают у неё всё её время. Идти устраиваться на низкооплачиваемую работу Мишель считала ниже своего достоинства, и к тому же, её холодная деловая логика, унаследованная от отца, напоминала ей постоянно, что ни одну подобную работу она не удержит более нескольких недель.

Безвыходность её ситуации раздражёно долбила по затылку и вызывала заметный зуд по всему телу.

Она понимала, что ничего не может сделать в этой ситуации. Ничего. Даже очередные попытки самоубийства ничего ей не дадут. А убегать из дому без денег и без каких-либо навыков, со шлейфом долгов из Университета,,, не имело совершенно никакого смысла.

Мишель ощущала себя тем птенцом, которого мать толкает к падению в пропасть, но который умудряется балансировать на краю той самой пропасти на одной лапе, на одном когте, и ощущение потери баланса сводило её с ума.

«А если я не хочу летать?» - задала Мишель себе немой вопрос.

Мишель заметила, что сигарета дотлела до фильтра. Девочка выплюнула её, закрыла лицо ладонями и зарыдала. Так сердечно и искренне Мишель не плакала никогда, она была ВСЯ в этом плаче, её естество пропало и утонуло в нём, и мир вокруг неё перестал доносить до неё смысл и логику. Она беспомощно падала в хаос, вращаясь по спирали в бездну беспомощности и любви.

"Значит, пора... Значит, пора…" - сначала шептал, но потом всё громче твердил ей невидимый голос. "Значит, пора... Значит, пора…" - голос всё разрастался, вибрировал спиралями мироздания, пока голос не заполонил алогичность и бездумность её бытия. Она отдалась ему без остатка, до конца так и не осознав, зачем она это сделала.

МИККИ

Год назад Стивен перешёл к ним в контору региональным менеджером. Сразу положил глаз на Микки. Наверное, всё-таки не потому, что Микки была какая-то особенная, а потому, что в её возрастной группе Микки была в конторе только одна. Стивену явно не нравились малолетки-стажёрки, куда милее были девушки уже созревшие... Микки не в первый раз чувствовала к себе такое внимание со стороны мужчины, и оно её всегда немного... настораживало.

Обладая тончайшей природной интуицией, она знала, что Стивену от неё, увы, нужен только секс. Совершенно не помогло, что тот был в её вкусе - подтянутый, обаятельный, далеко не дурак, модный и настойчивый.

Ох, как же он добивался её внимания! Цветы на День Секретаря, цветы на День Рождения, на День Святого Валентина, а уж сколько раз - "просто так"... Микки уже позабыла считать. И все букеты одинаково грациозны и одинаково не подписаны. Если бы она хотела, то, могла бы проверить, кто их заказывал и в каком цветочном, но ей этого и не нужно было и не хотелось делать - она знала, что дарил цветы именно Стив.

"Каков наглец" - думала она. "Перед всем честным народом устраивать такое преследование бедной замужней женщине?".

Она знала. Конечно же, она знала, что цветы именно от него, но после каждого букета возмущалась "для виду" хлопая дверью Рэнди в отделе кадров, выражая своё "фе". Это нужно было ей для поддержания своего имиджа главного ассистента вице президента корпорации, верной жены и любящей матери..

В то же время от этого внимания она млела, и хотела Стивена безумно. Факт, что тот женат и просто хочет воспользоваться ею для секса, ничуть не останавливал Микки. Ей было на данный момент наплевать, что будет до или после секса. Она просто его хотела. Точка.

Когда шесть месяцев назад шеф устроил "корпоратив" после очень удачного квартала, она специально не пошла, ибо знала, что напьётся (ей для этого было нужно очень мало) и потеряет над собой контроль. Бедному Стиву, может, её пыл будет по душе, а, может, и нет. Он ходил обиженный на неё несколько недель. Видимо рассчитывал на что-то с ней во время этой пьянки.

Но через две недели цветы возобновились, и Микки вздохнула с облегчением..

С самого начала им не удалось поговорить тет-а-тет, до, перевернувшего ей жизнь разговора две недели назад.

Две недели назад была запланированная учебная пожарная тревога. Причём Микки потом догадалась, КТО именно её запланировал, ибо обычно запросы на такие мероприятие проходили с пожарной части только через неё.

Микки отвечала за эвакуацию восточного крыла. Силой, выпихнув всех ленивых работяг на улицу, Микки отрапортовала эвакуацию восточного шефу по рации , и направилась на пожарную лестницу. За дверью её ждал... Стив. Он прижал её к стене, не просто руками, а всем телом. От неожиданности у Микки подкосились коленки. Вскоре до неё дошло, что тот целует её и расстёгивает верхние пуговицы её рубахи.

"Стив, Вы сошли с ума. Нас ждут на улице. Что Вы делаете?"

"Хочу убедить себя, что не совершаю ошибку"

"Какую ошибку?"

"Я выбил у шефа командировку с тобой в Канкун. Летим на семинар по Импульсному Маркетингу"

"Со мной?"

"Да с тобой, дурочка. Меньше всего мне хотелось бы там искать для себя другую девчонку"

"Так вот кто я для Вас? Подстилка в командировке?"

"Это да, но не только. Мне кажется, мы с тобой жутко похожи. Оба не хотели бы осложнять друг другу жизнь. Я тебе... доверяю. Может быть это и глупо, но... доверие это первое, что должно быть между любовниками, не так ли?"

"Так. Но, знаете, никто мне раньше не предлагал секс, и тем более не как тему для первого разговора"

"Это не просто секс. Это несколько дней в раю. Ты была в Канкуне?"

"Ещё нет. Нам с мужем не по карману"

"А теперь - поедем за счёт компании, и без мужа. Теперь - ты будешь этой поездки ждать, как Рождественского подарка".

"Каков наглец!.." - Микки осознала, что не отпускает его, а продолжает целовать, и чувствует его эрекцию внизу, рядом с ее вагиной. Он тронул её за промежность, задрав её бизнес -юбку, умело провёл пальчиком по клитору, отодвинув в сторону тесёмку от её плавок-невидимок, и Микки практически повисла в его объятиях.

"Хочу сейчас, Стиви..."

"Сейчас нельзя, уже давно пора бежать на улицу".

Он вынул платок из кармана, предусмотрительно вытер свои губы от её помады, проверил её лицо в поисках следов их бурной схватки, оправил её юбку, застегнул её рубашку, и, щёлкнув пальцами, показал на пожарную лестницу.

"Как он всё рассчитал", - думала Микки. "Поймать меня именно тут, на пяточке перед пожарной лестницей, где нет видеокамер, и когда никто сюда даже не вздумает зайти..."

Стивен был прав. Следующие две недели были подобны пытке. Муж среагировал на новость весьма недоброжелательно, так как три дня с сыном у него, мягко говоря, не вызывали восторга. Но, что поделаешь ,надо - так надо, и он со стоном недовольства дал Микки добро на поездку.

Летели они разными рейсами. Стив - на два дня раньше, чтобы провести в Канкуне выходные и подготовиться к её приезду.

После бессонной ночи, и четырёх часов тряски на маленьком Боинге, Микки, зажав в ручках паспорт, декларацию и адрес отеля, семенила по терминалу аэропорта Канкун.

Стивена у выхода не оказалось, но был опрятно одетый толстенький дяденька с её именем на пластиковом планшете. Оказалось, ей заказали лимузин. Микки улыбнулась, и уже не удивилась, когда консьерж открыл для неё комнату номера, и на неё вылилась прохлада охлаждённого воздуха, украшенная ароматами роз и орхидей.

Номер был уставлен цветами. Стивен был одет в модный белый костюм. Он отложил iPad в сторону, заплатил консьержу червонец, и закрыл дверь на замок, повесив на дверную ручку табличку "Не беспокоить".

Они слились в безумном поцелуе, который грозил Микки потерей дыхания…

Он прижал её к стене, всем телом, как тогда в первый раз, и её желание было в сто раз сильнее. Она безумно хотела его, как никогда и никого так внутри себя не хотела. Она шептала ему об этом, не стыдясь своих низменных желаний, и возбуждая его каждым своим словом. Он медленно раздевал её, осыпая обнажённые части её тела, заставляя её то расслабляться, то напрягаться в его руках. Ласки уже сводили её с ума, она потеряла какой-либо контроль над собой, позабыв об одиннадцати годах верности мужу, католическом благочестии, о том, что скажут о ней на работе, если узнают, обо всём, о чём сейчас не хотелось думать..

Она забылась, придя в себя только тогда, когда с неё была снята последняя часть её одежды, и когда он бережно отнёс её на кровать. Теперь она раздевала его, жадно осыпая поцелуями каждый целуемый квадратный сантиметр его смуглой кожи, чувствуя, как поёт в прохладном воздухе её обнажённое и истосковавшееся по нежности тело.

"Как я тебя хочу, милый, как я тебя хочу..." - простонала она ему на ухо, и он победно ухмыльнулся, тщательно стараясь скрыть напряжение на его красивом ухоженном лице.

Она не думала его просить выключить свет. Она хотела видеть всё: своё далеко не идеальное тело, животик и грудь, его безволосый торс, и его член, крупный, слегка выгнутый вверх, дрожащий от желания и от предвкушения наслаждения.

Стивен вошёл в неё медленно, но весь сразу. Электричество экстаза шоком прошло по всему телу Микки. Она знала, что сейчас кончит, и что этот оргазм будет настолько сильным, что она попросту не сможет оставаться тем человеком, которым была до этого момента… или до первого касания Стиви… или до того, как она поняла, что влюбилась в него… с первого взгляда.

Да, это была любовь! Да, этот самовлюблённый бабник был той половинкой, о встрече с которой она мечтала всю свою сознательную жизнь. Да, он, скорее всего, использует её, и выбросит как надоевшую зверушку…

Она понимала бессмысленность и одновременно, значимость происходящего. Она кончала, уже кончала, долго, громко, и до последней клеточки её неприкаянной души… Мозг давно перестал спрашивать ее, что она делает, а душа... Душа желала, чтобы Стив любил её так же, как любила его она, сама…Она вонзала свои ногти в его спину, содрогалась об него своим телом, хотела бить его, кусать или порвать на части. И тут начал кончать и он сам…она вторила качанием своих бёдер в такт его движениям, громко дышала и стонала , чтобы ему было приятней кончить…

Обессиленный, он рухнул рядом с ней, счастливой, победившей и влюблённой.

"Это был самый лучший трах, какой у меня когда-либо был, без пантов, Микки"

"Я знаю, Стиви... Я знаю"

Микки улыбалась, и в её душе пустили ростки и бурно цвели целостность и завершённость. Она нашла свою половинку, хоть та на данный момент ей и не принадлежала . Микки не знала, что будет завтра, захочет ли её Стивен или нет, вернётся ли она из Канкуна домой к мужу и сыну, или нет… Спросит ли её Стив, почему им вместе так хорошо, или не спросит, и что она ему скажет в ответ, или не скажет….

Её тупое счастье и удовлетворение её похоти затмили её внутреннюю вселенную, и её вселенная стала САМОЙ Микки. "Я - моя вселенная, мне в себе хорошо, я люблю, и мне наплевать" - Произнесла она мысленно, на что к своему сюрпризу услышала ответ, тихий и вкрадчивый - "Значит, пора",

"Пора так пора...” сказала уже вслух Микки и всё необъятное и недосягаемое, что раскрылось вокруг неё и у неё внутри померкло до боли в глазах, как после того, когда выключают или включают свет.

МАРГАРИТА МЮНСТР

Майкл удобно сидел в старинном плюшевом кресле в его приватной библиотеке, с чашечкой двойного эспрессо (и, конечно же, с напёрстком миндального ликёра, предусмотрительно влитого туда слугой) на блюдце рядом с турецкими сладостями. Он доброжелательнейшим образом разглядывал ножки журналисточки, которую к нему прислала CNN-Inetrnational. "Маргарита Мюнстр" - посмаковал он её в своём холёном рту, вместе с горьковато-сладким вкусом кофе. "Опять М, даже двойное М. Это судьба, друг мой" - продолжал он размышлять.

Маргарита опять инстинктивно подобрала под себя ножки, и, не выдержав затянувшейся паузы, продолжила интервью.

"Скажите, мистер Зубофф, правда ли, что первые добровольцы, испытавшие на себе Ваш Психоделически-Виртуальный Агрегат (ПВА), оказались в заведении для душевнобольных?".

"Конечно же - неправда. Наш Агрегат безопасен, как и психоделические препараты, с которыми мы требуем его использовать."

"К сожалению, у нас осталось совсем мало времени. Скажите, если Вы говорите, что Агрегат и Система вообще уже готова к массовому производству, то могли бы Вы продемонстрировать своему будущему потребителю безопасность системы, самому пройдя через один из, как вы их называете, Сценариев?"

"Безусловно. Могу и хочу вам сказать честно, что таки сегодня утром я прошёл не просто один Сценарий, а целых три. Как видите, я в добром здравии, жив и невредим".

"Вау, как интересно!. А Вы могли бы рассказать о содержании этих трёх Симуляций, или как уже стало их модно называть - СИМов?"

"Уж извините, ничего не могу рассказать. Мне категорически запрещено распространяться о сценариях ПВА. Одно скажу, была бы у меня необходимость в том, ЧТО эти СИМы способны передать зрителю вроде меня, то я бы после просмотра этих Сценариев стал бы совершенно другим человеком. Для остальных же любопытствующих я настоятельно рекомендую приобрести ПВА, купить План Обслуживания (ПО), или записаться в очередь, чтобы вкусить этот, как говорит молодёжь, "бесконечный кайф""

"Если я правильно припоминаю, ранние отзывы специалистов игроманов о Вашей Игровой Системе, то пользователю через Нейро-Виртуальное подключение даётся возможность побыть каким-то реальным человеком в специфической, личной, даже можно сказать, в приватной ситуации, и пройти через ключевой момент его жизни?"

"Да!"

"Объясните мне всё же, в чём заключается терапевтическое действие подобного СИМа?"

"Если отнестись к сеансам Агрегата как к сеансу гипноза, то польза будет налицо. Переживания Зрителя смотрящего СИМ настолько глубоки и сокровенны, что, они наотрез отказываются говорить о Сценариях сами, и жаждут повторения оных. И это отнюдь не, потому что ими подписано соглашение о неразглашении как часть ПО.

К тому же, если посмотреть на данное время препровождения как развлечение, то у любителей острых ощущений будут под руками сразу несколько десятков сценариев, которые они могут получить, в соответствии с оплаченным Планом, как в индивидуальном, так и в случайном порядке. Причём каждый месяц планируется создание двух-трёх дополнительных Сценариев, которые подписчики ПО получат совершенно бесплатно"

"То есть, Вы хотите сказать, что Нео-Серферы, а именно так Ваша компания прозвала Игроков Системы, могут получить любой из Сценариев, не смотря на психологическую тематику СИМа, и совершенно не зная, на переживания, какого ээээээ… персонажа и на какую ситуацию они попадут?"

"Совершенно верно. Отсюда и термин "Серферы", ибо подобно океанским серферам, эти игроки не знают, какой величины и какого характера волна их ждёт впереди"

"Но в отличие от реальных серферов, вашим Игрокам гарантирован адреналин, а возможно даже и оздоровительный эмоциональный шок"

"Безусловно, за это они и платят, покупая План Обслуживания. Этого они ждут и это они и получат"

"Что же, я надеюсь, что вскоре Ваша любопытнейшая разработка появится на прилавках магазинов. Пока же она только игрушка для богатых и знаменитых"

"Да, аппарат пока издаётся в ограниченных количествах, и требует настройки под нового владельца. Пользуюсь случаем, напоминаю, что аппарат будет работать только на сконфигурированного владельца или совладельца Плана Обслуживания. Требуется настройка на специфическое колебание волн мозга, как головного, так и спинного, и соответственно, составлена дозировка психоделических препаратов.

"Последний вопрос, господин Зубофф. Как именно были записаны Сценарии для СИМов? Действительно ли это и есть переживания конкретного человека?"

"Что вы, Маргарита. У нас нет технологий для записи подобных ощущений с реальной персоны. Сценарии основаны на переживаниях, т.е. На конкретных ситуациях, произошедших с теми или иными людьми, но являются запрограммированной симуляцией, с виртуальными актёрами, аудио-треком и прочими другими компонентами. Уверяю Вас - если Вы попробуете хотя бы один из Сценариев ПВА, то вы поймёте, что так красиво и эмоционально обычный человек просто не в состоянии переживать моменты своей жизни. Это сказка, красивая сказка, и я приглашаю Вас в неё поиграть прямо сейчас!" - Зубофф показал рукой на свой личный Агрегат и доверительно улыбнулся девушке.

"Что же, спасибо, Майкл, но с одной стороны, наше время истекло, а с другой стороны я немного обеспокоена по поводу элемента привыкания к ПВА и к препаратам"

"Милочка, Вы вырежете этот кусочек, ладно? По соглашения с CNN вы не можете публиковать какой либо информации о привыкании к Системе, договорились?"

"Да, я сделала заметку. Извините"

Маргарита выдержала короткую паузу, и, встрепенувшись, продолжила запись.

"Огромное спасибо" - репортёрша пожала Майклу руку, и повернулась лицом в камеру. "На этом наше эксклюзивное интервью с Майклом Зубофф закончено. Маргарита Мюнстр прощается с вами. До новых встреч. Это была презентация CNN-International"

МАЙКЛ.

Зубофф дождался пока слуга выпроводит оператора с журналисточкой и её ножками за дверь, кивнул ему с благодарностью, открыл коробку с кубинскими, отрезал конец у одной и шумно закурил. Он нажал на корешок книги переводного "Лабиринта Отражений" Лукьяненко, и один из шкафов превратился в огромную панель с мониторами. Некоторые из экранов показывали данные биржи, другие - новости из разных регионов планеты, на третьих было чёрно-белое изображение из видеокамер, расставленных по всей его усадьбе.

Майкл не включил свой личный ПВА. "Хватит, насмотрелся на один день".. Вместо этого он ввёл на подлокотнике кресла код для режима записи. Почувствовал два укола - один в шею в основании черепа и другой в бок - недалеко от позвоночника. Тонкая иголка на подлокотнике влила дозу психоделического препарата в его вену, после чего он почувствовал привычное прижигание алкоголем. Он вспомнил первых Носителей, и как Нано-Рекордеры и психоделические препараты были введены вручную, и улыбнулся.

Конечно же, он соврал журналисточке. Не мог же он раскрывать все секреты? Записывали всё полностью с живых носителей, и видео, и звук, и "спецэффекты"... Можно было бы, и записывать стационарным ПВА, но мало кто переживал что-то интересное, оставаясь в одном положении, например - будучи во сне. Сны записывались непонятными купюрами, отрывками, напоминающими ускоренную или замедленную запись, подтверждая, таким образом, гипотезы учёных, что сны не снятся нам в реальном времени, и не всегда имеют аудио трек.

Выход был один - записывать переживания мобильно и "вживую". Он закупил и запрограммировал специальные нано-рекордеры, которые, закрепившись в мягких тканях недалеко от головного и спинного мозга, считывали сигналы для агрегата, транслируя их на электронное записывающее устройство, расположенное в кармане или в сумке Носителя.

В результате, Носитель мог проходить с нано-устройствами несколько месяцев, периодически принимая психоделический препарат в предназначенных дозах , с огромной надеждой Майкла, что в жизни Носителя произойдёт нечто, заслуживающие внимания потенциального Зрителя Ощущений.

Майкл почувствовал привычное действие препарата и автоматически сказал: "Значит, пора…» +" .Эта фраза стала для него привычной за шесть месяцев монтажа Записей Носителей.

МАЙКЛ - ЗАПИСЬ.

На одном из мониторов Майкл увидел микроавтобус CNN выезжающий за ворота усадьбы, и только тогда он вздохнул с облегчением. Слава богу, они ничего не увидели, что не предназначалось для их глаз и для глаз общественности..

"Значит, слухи об инцидентах во время тестирования дошли до СМИ. Ай, как нехорошо, но... "чёрный ПиАр", это тоже ПиАр… "

Официально никто этих слухов не подтвердит. Всем вовлечённым в проект людям был предложен контракт по неразглашению и весьма соблазнительный гонорар…

Он переключил монитор на другую видеокамеру и теперь уже с высоты потолка комнаты смотрел на палату Трёх М.

Почему-то именно эти три совершенно разных человека: Михаил, Мишель и Микки (Сценарии которых он, кстати, и смотрел сегодня), не смотря на своё невменяемо состояние, срослись весьма плотно в одно звено, да так, что им разрешили находиться в одной палате, забыв о разнице полов и возрастов.

Почему именно эти трое из тридцати Носителей оказались в самом плачевном состоянии, и оказались в одной стае, Зубофф не знал. Но именно их три Сценария были самыми впечатляющими, и именно эта троица состояла из самых первых испытателя Агрегата в режиме записи.

Кто же знал, что сочетание, как оказалось, опасных доз Психоделических препаратов и Агрегата приведёт к подобному состоянию? Слава богу, все бумаги были вовремя подписаны, и все добровольцы получили пожизненное бесплатное содержание в восточном крыле его особняка, которое переоборудовали под миниатюрную психиатрическую клинику.

В палате Трёх М, Мишель как всегда плакала, грустная Микки расчёсывала волосы девочки, а диковатый Михаил бродил вокруг них кругами, и рычал, важно защищая их от хищников, за которых он принимал санитаров. Было интересно, что взяв на себя роль отца семейства, Михаил не пытался добиваться от "матери" Микки половых отношений, хотя с потенцией у него было всё в порядке. Часто камеры слежения ловили его по углам, занимающегося самоудовлетворением. Микки тоже не провоцировала секс, и вела себя вполне прилично.

Иногда плакала и сама Микки, тогда Мишель в свою очередь жалела её, и ласки были её отнюдь не сексуальными, а именно такими, какими бывают ласки между дочерью и матерью, или двумя сёстрами.

Эти люди были отброшены своими переживаниями практически на самое начало развития человека как личность. Судя по их попыткам к общению, наверное - к сознанию 12-14 месячного ребёнка. Всё же, это были люди, ограниченные, отрезанные от внешнего мира своей невменяемостью, но люди. Их любовь друг к другу была настолько трогательна и необъяснима, что ни у кого не возникало и мысли их разъединить.

Зубофф опять поймал себя на мысли, что смог бы написать не одну научную работу, или даже книгу, взяв за основу поведение этой троицы, но этого было бы это весьма неэтично и негуманно по отношению к там людям, которыми были эти трое когда-то..

"Господи. А что будет, если один из них захворает или помрёт? Ведь неизвестно, сколько может просуществовать человек без высших функций мозга" - Майкл продолжал затягиваться, выпуская на монитор сизые клубы дыма.

Нет, он не соврал Маргарет, что пострадавших тестеров нет. Среди тестеров никто не пострадал, разве что, у одной из девиц, как оказалось, слабонервной домохозяйки, расшалилось сердце после оргазмических переживаний Микки.

Пострадали Рекордеры. Пострадали Носители ПВА в режиме записи. Кто шёл первым, тот пострадал больше, попав в полностью атрофированное состояние, подобное состоянию годовалого ребёнка, но тем самым создав самые лучшие СИМы...

Кто шёл второй и третьей волной - пострадали меньше, и у них даже есть шанс на выздоровление. Тогда Зубофф уже начал регулировать дозу препарата.

Но сердце Майкла болело именно за Три М.

Какая суровая и жестокая цена за успех его проекта, и за его личное финансовое будущее.

Он утешал себя мыслью, что кому-то где-то когда-то будет лучше от использования ПВА, что терапевтические действия Сценариев это не туфта и не жизнь "понарошку" для неудачников и лентяев, а что-то хорошее, реальное… Возможность изменить жизнь в лучшую сторону, посмотреть на себя со стороны, побыть кем-то и почувствовать то, что иначе не было бы дано испытать никогда. …

"Это же лучше книг, лучше фильмов, или ролевых игр?" продолжал он уверять самого себя. "Лучше этого может быть только сама жизнь, но не у всех есть возможность жить так насыщенно, как жили Носители? Кто-то болен фобией общения, кто-то инвалид в заключение четырёх стен своего реала, а кто-то…Кто-то подсядет на агрегат и заменит свои переживания переживаниями других неординарных людей, блестящими осколками жизней полученных по Плану Обслуживания"

Майклу опять стало горько. Его разочарование и раскаяние были умножены препаратом в сто раз, и стали попросту невыносимыми.

"Может, зря я влил полную дозу препарата? Может, переживания первых Носителей были сильнее других, из-за остроты их восприятия мира, чистоты и силы их чувств, и только воля случая поставила их во главу очереди на безумие? Может, я имею такие же шансы сойти с ума, как и они, потому что моё переживание и раскаяние по мощи своей равносильное нирване Михаила, отчаянью Мишель и Любви Микки? Как бы я этого хотел - сойти с ума… Как я устал ото лжи и продолжения этого преступления!"

Исповедь отрешённости и раскаяния нахлынула на него, стимулированная психоделическим препаратом, и разнесённое эхом его бриллиантового ума по всем уголкам его казематов совести.

Он увидел и услышал, что у себя в палате Три М, дружно завыли как три кита. Это был вой призыва, чтобы заблудившийся четвёртый зверь из их стаи услышал их и нашёл их в Восточном крыле.

"Я схожу с ума. Этот Сценарий будет моим завещанием, моим достоянием… Возможно, он тоже кому-то поможет?" - Он улыбнулся добродушно, с иронией, как давно не улыбался собственной наивности и глупости.

Он вспомнил ЕЁ, ту, которой с ним давно уже рядом нет. Её улыбку, любовь и слова "Дорогуша, ты такой глупый! Вернее, такой умница, но всё-же совершенно глуп…За это тебя я и люблю"

Майкл в полудрёме положил заранее подготовленный оптический диск с завещанием сверху на клавиатуру ПВА, и не стал дожидаться контрольных слов выхода из СИМа "Значит, пора". Ведь их можно было добавить только после монтажа Сценария, а монтировать будет уже кто-то другой

12-15 Июня

 

Огромное спасибо за помощь связанную с публикацией и доработкой друзьям в СЛ:

Тест-прочтение:
Andy Graycloud, Ewiasa Dirval

Редакция и правка:
Tatiana Grantly (Особенный огромный поклон тебе, Танечка за проделанную работу).

Comments