Главная‎ > ‎2012‎ > ‎

Июль

«Я в судьбах останусь цветами и небом…»

Отправлено 15 сент. 2012 г., 11:22 пользователем Iharo Ahanero

(Поэзия)

Несколько лет назад между мной и Анной Вартаньян, живущей в Гулькевичах, возник, как радуга после дождя, некий духовный мост, поддерживаемый телефонными звонками и интернет-контактами.
Впервые я обратил внимание на ее творчество, прочитав в туапсинской «Звезде Черноморья» несколько стихотворений Анны Евгеньевны. Впечатление отозвалось статьей в «Кубанском писателе», которая была благодарно воспринята ее «объектом».
Я понял, что у нежной и беззащитной души стихотворца и музыканта Ани Вартаньян есть огромная «надоба» (по выражению М. Цветаевой) в понимающих душах других людей. Неслучайно у нее сложилась многолетняя дружба с кубанским поэтом Алексеем Горобцом и, особенно прозаиком, поэтом и музыкантом, председателем нашей краевой писательской организации Светланой Макаровой. В родстве их душ ощущается нечто прямо-таки магическое. Анна Евгеньевна посвятила своему кумиру массу стихотворений, которые войдут в ее новую книгу «Радость негасимая…», а на стихи Светланы Николаевны написала и передала в издательство альбом песен.
Закат калиновой свечой
Горит над окликом тетради.
Я знаю, ты придешь еще –
Всего святого в жизни ради.

Нелегкая, но счастливая судьба выпала Анне Вартаньян. Многим обделена в земной жизни, она с избытком вознаграждена возможностью духовного творчества, вдохновенными поэтическими «полетами во сне и наяву».
Я в судьбах останусь цветами и небом,
По капельке в каждом, кто рядом прошел.
Мне этот секрет почему-то стал ведом,
Как хлеб, что положен с любовью на стол.

Стихи поэта всегда искренни, часто исповедальны, они родственны русскому фольклору, многие похожи на молитвы. Их лексика и образность свойственны только этому автору, они всегда узнаваемы, многие из них глубоко трогают читателя.
Я рад, что в качестве более опытного коллеги смог оказать некоторую помощь Анне Евгеньевне в работе над новой книгой, тем самым, заслужил право причислять себя к ее близким духовным друзьям.

Валерий Клебанов,
член СП России,
лауреат премии им. Александра Невского,
кавалер Золотого ордена
Международной Академии культуры и искусства.

Как уходящее солнце

Отправлено 15 сент. 2012 г., 11:19 пользователем Iharo Ahanero

(Проза)

Что ни говори, а река жизни течет в одну сторону. И ничего с этим не поделать.
- В старости, сынок, что за жизнь, э…, - говорит он мне и машет рукой. – Молодым надо жить, в молодости жизнь интересная, полезная. А в старости? Э… Сгорнуть всех стариков в одну яму…
- И кто ж это будет делать, молодые?
- Молодые, а кто ж еще?
- Тогда они, отец, совсем остервенеют. Они и так теперь не дюже жалостливые, а тогда вообще одной кровью питаться станут. Нельзя так. Надо, чтоб молодые жили со стариками, видели их, по крайней мере, и понимали, что сами будут такими же слабыми, больными.
- Та надо, - соглашается он.
- Старики, отец, это как уходящее на закате солнце. Завтра оно взойдет с утра новыми жизнями. Потом опять закатится, опять взойдет. И так всегда – одни уйдут, другие придут на белый свет, как утреннее солнце. А молодость – она как время до обеда. Туда-сюда, и уже обед… Ты лучше меня, отец, знаешь жизнь и то, чего она стоит.
- Та кажись знаю, - опять односложно отвечает он, вздыхает и добавляет, - Хорошо говоришь, сынок, уменно. Аж мозги мои седые зашевелились.
И он улыбается мне открыто, бесхитростно, всем лицом в белой щетине, кряхтит, охает, бурчит сам на себя: «Сгорнуть всех…,» и бредет на колченогих шатких ногах на порожки. Там старик любит посидеть и подымить во вред здоровью. Но курит редко, и медперсонал этой старой сельской больницы ветерана прощает. Его и так продержали двое суток в коридоре на топчане – думали, что на деда насела зараза (он весь в красных пятнах, будто обрызган киноварью), но оказалась болезнь не опасной, и старика определили в палату, и нас теперь двое. А старик, Андрей Кириллович Федорченко, инвалид Отечественной, 1925 года рождения, из тех, кто выжил в войну чудом и дожил до этого 2012-го, что тоже иначе как чудом не назовешь. Но, тем не менее, восемьдесят семь за спиной. И в свои годы он невысок, щупл – подросток подростком. «Пацан», как говорит про себя Кириллович. Наверное, потому и живет. С «бараньим» весом в старости жить легче. Но он и в войну такой был.
Солдатские версты Андрея Федорченко начались из родного Краснодара в 1943-ем. На Запад. На Восток по малолетству отступать не довелось. Но и в оккупированном родном городе он в погребе не сидел, выполнял поручения старших, зная город – узнавал, высматривал, что где делают враги, и докладывал. Такие действия разведкой называются. Тогда впервые его немец и подстрелил. Разрывная пуля попала в левую руку ниже локтя. В больницу с ранением не обращался – расстреляли б. Лечили дома, и к освобождению города был здоров. Офицер с большой шпалой в петлице, которому Андрея представили, спросил:
- С нами пойдешь фашиста бить?
- Пойду, - ответил юноша.
И не было никакого призыва, курсов молодого бойца и прочего. Одели, дали винтовку, поставили в строй – воюй, солдат. Пехота – мать родная. И всяко было рядовому Андрею Федорченко на войне: и страшно, и голодно, и холодно, и вошь заедала похлеще, чем блоха худую собаку – про все не вспомнить.
- Да и зачем теперь, я ж не в командирах был. Солдат, а солдатская доля – терпеть, воевать и умирать.
И он рассказывает мне то, что ему никогда не забыть.
…У белорусской границы перед наступлением их полувзводу (17 человек) приказали уничтожить танкетки. Причем днем. Дали каждому такую, как маленькие сардельки, обрезиненную взрывчатку. Нужно было ее бросить в баки танкеток, резина разъестся бензином и взрыв.
- Но там же столько охраны… - заикнулся старшина.
- Не разговаривать!
Поползли. Охрана заметила. Моторы взревели, и танкетки начали давить наших солдат. Андрею переехало гусеницей левую ногу под коленом и завернуло на правое плечо. Сознание он не потерял и видел, что танкетки развернулись додавливать. И ему как кто-то подсказал: он брал ладонью кровь из переломанной ноги и мазал себе голову, лицо, грудь. Стал окровавленный. Танкетка проехала мимо и автоматчики, сидящие в ней, его не добили. В той трагедии из семнадцати остался в живых он один – взводный пацаненок. «Давили нас, как мышат», - говорит дед Андрей.
Не истек кровью тогда солдат, не умер. Вены основные не порвались, врачи ногу собрали, срослась (колченогая, правда, стала), и пошел он дальше на Запад в 102-ой штурмовой дивизии прорыва фронта у Рокосовского. Дивизия эта в наступлении шла первой. После боев за Кинигсберг войска шли по-над Балтикой на Берлин и под Данцигом часть, где служил солдат, попала в сущую мясорубку. Немец бился ожесточенно – это была не чужая, а его земля. Там, под Данцигом, от взвода Федорченко осталось в живых двое. Андрея, как он говорит, спас командир роты. С пулевым ранением в голову, он его отправил с поля боя в санбат, сказав: «Иди, сынок, может, хоть ты живой останешься». И было это в марте сорок пятого. Андрей пошел. И попал под обстрел гаубиц. Слыша падающий снаряд, он свалился в неглубокую воронку, а ноги остались наверху. Сорок килограммов тротила рванули в нескольких метрах. Взрывная волна прошла над воронкой через его ноги. Когда очнулся, разглядел солнце и стволы пушек, направленные вверх. Подумал, что пролежал часа два, но оказалось, что уже другой день. Было абсолютно тихо, ноги не чувствовались. Сообразил, что надо ползти. Выполз и потерял сознание. Нашли его солдаты из другой части.
Контузия оказалась ужасной. Он оглох, почти ослеп, толком не соображал, и ноги одеревенели. Полный инвалид. И никто ему не мог сказать, отпустит ли его когда-нибудь контузия. Но живуч человек! Через десять лет ноги пошли, костылям была дана отставка, и солдат женился на хорошей женщине Марье Ивановне. До женитьбы он работал сторожем в бригаде колхоза «Коммунар» станицы Новоминской, а когда ноги стали ходить, сел на трактор. Марья Ивановна родила ему сына Анатолия, единственного ребенка, но в Афганскую Толя погиб. Сердце матери не сдюжило горя, и Андрей Кириллович остался, как и после войны, один. Потом, уже в старости, женился на женщине своих лет, Людмиле Васильевне, и теперь старушка ходит его проведывать.
- Дедулечка! Идите кушать, обед, - зовет его пухленькая молоденькая нянечка.
- Иду, - бубнит Кириллович с порожков. - То спать, то лежать, то есть – житуха…
-А Вы будете обедать? – спрашивает пухляшка меня.
Качаю головой. Я под капельницей, да и не хочется. А Кириллович кладет к тарелке с супом хлеб, обстоятельно вытирает рукой чистую ложку (фронтовая привычка, когда ложку носил в сапоге!) и зачерпывает варево. Ест и о чем-то думает. Глубоко, видать, копнул память. Жизнь-то ого-го какая! Не думал даже, что будет жить долго, а тут уже рукой подать до девяноста. Хлебает старый больничный супчик, думает и произносит:
- Ну и сказал ты про стариков… Солнце что они заходящее. Мудрено сказал, сынок. Может, оно и так, как сказал. Жизнь – она и светлой бывает. Только сам того света не видишь, другие замечают. Как я свои медали. Э… Старость… Сгорнуть всех…
И я вижу, как дрожит на его ложке капля.

Степан Деревянко,
станица Стародеревянковская

А. Горбунов, Послушник бога

Отправлено 15 сент. 2012 г., 11:17 пользователем Iharo Ahanero

Книжный мир

После смерти Иосифа Виссарионовича в его письменном столе был найден аккуратно сложенный, как бы для письма, лист бумаги, на котором его рукой были написаны стихи.
Поговорим о вечности с тобою:
Конечно, я во многом виноват!
Но кто-то правил и моей судьбою,
Я ощущал тот вездесущий взгляд.
Он не давал ни сна мне, ни покроя,
Он жил во мне и правил свыше мной.
И я, как раб вселенского настроя,
Железной волей управлял страной.
И лишь потом, весною, в 45-м,
Он прошептал мне тихо на ушко:

«Ты был моим послушником-солдатом,
И твой покой уже недалеко!»

Удивительное признание.
Вдумайтесь в поэтическую исповедь Сталина.
Он четко и ясно говорит, что всю жизнь ощущал
вездесущий взгляд того, кто управлял его судьбой. Он
всегда подчинялся ему, выполнял его волю, как
раб Вселенского настроя.
Кто организует и создает этот Вселенский настрой?
Никто другой не может им быть, кроме Бога, Создателя, Творца жизни! Как утверждает Библия: вся власть от Бога!
Так кем же был Иосиф Виссарионович? Рабом, Мастером, Бичом самого Бога?
Церковь сама ответила на этот вопрос благословением Патриарха Московского и Всея Руси Алексия 1 в 1953году. В поминальной речи он говорил о Сталине, как Святом мученике, покидающем земную юдоль.
Некоторые историки вполне серьезно считают, что Иосиф Виссарионович стоит у истоков возрождения христианства на Руси, которое по его инициативе началось в 1943 году
Так, в 1945 году Патриарх Александрийский Христофор писал: «Маршал Сталин, являясь одним из величайших людей нашей эпохи, питает доверие к церкви и благосклонно к ней относится... Маршал Сталин... имеет обилие божественной благодати и благославления, благодаря которому русский народ под его руководством с непревзойденным самоотвержением наносил сокрушительные удары вековым врагам».
- Сталин великий грешник, - предчувствуем яростное возражение некоторых верующих и неверующих, - на его совести много загубленных жизней. Спорить не будем: время Сталина было суровым и жестоким не только в СССР. Действительно, в двадцатые годы в тюрьмах и лагерях сидело много людей, были среди них и невинные, которых оговорили подлые люди. Но в тоже время нельзя согласиться с теми «историками» (среди них - Нобелевский лауреат Солженицын. Не случайно в его фамилии корневым словом является слово- «ложь». Соврет и не моргнет!), что упрямо твердят о неком архипелаге ГУЛАГе, в котором умирали миллионы людей. Хочу напомнить , что в те времена на тысячу человек населения заключенных в Гулагах США и ряда европейских стран было значительно больше, чем в СССР. И если учитывать, что в США перед мировой войной были арестованы и заключены в тюрьмах все японцы американского происхождения, а чернокожие были, по-существу, лишены элементарных человеческих прав, то пальму первенства по репрессиям того времени следует отдать США. Да и сегодня в США в тюрьмах и лагерях сидит более 2 миллионов человек, что почти в два раза больше, чем в республиках России... Конечно, эти цифры ни в коем разе не умаляют грехов нашей судебной репрессивной системы.
Мы верим: придет время и станет известно: почему и по чьей инициативе были тогда загублены многие жизни невинных, в основном, русских людей. Все тайное рано или поздно становится явным... И еще хочу напомнить праведникам-обличителям в злодеяниях Сталина, что святой Павел когда-то был Савлом и уничтожал христиан.
Образ И.В Сталина в глазах миллионов людей адекватно отвечал духу эпохи. Это был человек железной воли и дисциплины. Был он сыном сапожника и прачки из г. Гори, прошел путь революционера - подпольщика, побывал в царских тюрьмах и ссылках. Под руководством Сталина в кратчайшие по историческим меркам сроки было проведено коренное переустройство всех сторон общественно-экономической жизни страны, или, как тогда говорили, было осуществлено «построение социализма в отдельно взятой стране».Впервые в мировом сообществе им было создано новое Государство с новым типом общественно-экономических отношений, альтернативное рыночной, то есть капиталистической экономике Особое место он занимает в организации разгрома гитлеровской Германии и ее союзников, благодаря которому не только наша страна, но и весь мир был избавлен от угрозы порабощения и уничтожения целых народов.
То, что в неимоверно короткие сроки наша страна под руководством Сталина, путем умелой мобилизации и огромного напряжения народных сил разрушила монополию США на обладание ядерным оружием, также имеет огромное всемирно- историческое значение для сохранения мира на современном этапе.
Благодаря особенностям своего характера, бескомпромиссной личности он смог успешно выдержать жесткую линию на укрепление позиций нашего государства во внешней политике и противостоять многим попыткам извне ослабить СССР.
Огромная роль И.В Сталина в создании сочинского курорта. По-существу, современный курорт Сочи - его детище. Убедившись на собственном опыте в эффективности мацестинского лечения в 1929 году, Сталин стал инициатором создания - Всесоюзной здравницы. По его инициативе в Сочи был открыт институт курортологии, которому было поручено изучать действие минеральных вод на организм человека и разрабатывать эффективные лечебные методики. Всего за 10 предвоенных лет, в этот чрезвычайно короткий срок, лучшие архитекторы странсоздали на побережье инфраструктуру и около двадцати дворцов - здоровья, в которых, в основном, за счет государства, имели возможность отдыхать и лечиться круглый год трудящиеся страны. Так решалась одна из главных задач социальной политики СССР - оздоровление нации.
Иосиф Виссарионович перетряхнул всю гигантскую страну и вывел ее из отсталой аграрной в мощную индустриальную державу с солидной и эффективной экономикой, способной говорить на равных не только со странами Европы, но и с США.
Что характерное, положительное было в сталинскую эпоху? Прежде всего, это целеустремленность, настойчивость и динамизм в проведении намеченных преобразований, безусловный приоритет интересов государства, смелое выдвижение молодых кадров на руководящие посты, бескомпромиссное отстаивание позиций нашей страны на международной арене, а также существование тогда в сознании людей ощущения общенародного единства и доверие граждан к власти. И, главное, наличие четко сформулированных и понятных народу целей и задач стратегического развития страны.
В последние годы о Сталине, его деятельности опубликовано огромное количество противоречивых книг. Одни писатели-исследователи с желчью на устах доказывают, что был он исчадием ада, что сутью его деяний была жажда ни кем и ни чем не ограниченной власти. Эти «биографы» Сталина, в основном, космополиты, считали его антихристом. Большая часть исследователей его жизни не столь категорична, и в оценках и выводах, сообщает удивительные факты его деятельности, в которых он предстает требовательным, принципиальным и честным человеком, посвятившим свою жизнь созданию нового социалистического государства. Каждая эпоха имеет свои идеалы, своих вождей, свою экономику, свою культуру...
Давно известно: миром правит дух, порожденный жизнью и общей, объединяющей людей, идеей.
Идея начала XX века - социальная революция, дух этого времени - непримиримая борьба с противниками революции, с теми , кто хотел жить по-старому.
Вождями становились бескомпромиссные борцы социальной революции.
Таким вождем был Сталин.
Известный всему миру писатель, знаток человеческих душ, тонкий политический аналитик Герберт Уэллс, который в свое время не очень лестно характеризовал вождей пролетариата К. Маркса и В. Ленина, о Сталине говорил восторженно и уважительно: « Я никогда не встречал более чистосердечного, справедливого и честного человека, и своим потрясающим неоспоримым восхождением он обязан именно этим качеством, а не чему-то темному и зловещему..."
А вот мнение тонкого, вдумчивого и принципиального писателя Стефана Цвейга об эпохе Сталина, о России и ее людях того времени.
«Две недели пробыл я в России, не переставая ощущать тот внутренний подъем, этот легкий туман духовного опьянения. Но что же, что вызвало такое волнение? Вскоре я понял: дело было в людях и в порывистой сердечности, которую они излучали. Все, как один были убеждены, что участвуют в грандиозном, всемирно-историческом деле, всех воодушевляла мысль, что они идут на выпавшие им лишения и ограничения во имя высокой цели. Пришло опьяняюще-горделивое сознание, что они первые, они впереди всех. «Ех оrlепtе lих» («Свет идет с Востока» - с латинского) - они были уверены, что несут избавление. Истина - они узрели ее; им выпало осуществить такое, о чем другие мечтали. Какую бы мелочь они не показывали, глаза у людей светились, указывая на новостройку: « Это построили мы!»... окружая нас, они наперебой объясняли и показывали - они были рады возможности показать результаты своего труда...Покоряла именно эта молчаливая и вместе с тем порывистая сердечность, неизвестные у нас широта и тепло отношений, которые здесь воспринимались обостренно.»
Эти строчки написаны Цвейгом в 1929-30 годах. Из приведенных высказываний можно сделать лишь один вывод: «Да, в стране был культ, но этот культ личности был основан на любви и доверии Сталину, как к Великой личности».
Воодушевленным, узревшим истину, счастливыми деяниями своими народ при деспотии и тирании быть не может, каким называют сейчас время Сталина, так называемые писатели- демократы и публицисты типа Сванидзе, Познера, Дейча, Радзиховского, Швыдкого, Млечина, Армолинского и прочих кликуш- русофобов.
И вот парадокс: лучше всего - честнее и правильнее - о Сталине говорили его недруги, с которыми он вел непримиримую войну, которым не давал повода льстить или угодничать. Послушаем их.
«Это человек, сочетающий в себе громадную, неукротимую волю и необычайную широту натуры... Я считаю, что он является истинным представителем настоящей России, и я надеюсь, что мы, безусловно, будем очень хорошими друзьями с ним и с русским народом... Это человек умеет действовать. У него цель всегда перед глазами. Работать с ним одно удовольствие. Он излагает вопрос, который хочет обсудить, и никуда не отклоняется».
Франклин Рузвельт. Президент США. Важнейшие общественные и природные явления. Его надо знать - и в величии, и в ошибках, и в слабости.
Слово бывшему Председателю Союза писателей России, который, кстати, в сталинские годы был репрессирован, отсидел в Гулаге и "ошибки" свои смывал кровью в штрафном батальоне, слово Герою Советского Союза и патриоту России Владимиру Карпову: "Очень мудрый и прочный был человек. Да, культ личности был, но и личность была. Ах, как нашей многострадальной России-матушке сегодня не хватает такой личности"
(Из книги - "Генералиссимус")

Р.S
Два года назад по первой программе ТВ прошел конкурс «Имя Россия». Сотни тысяч телезрителей своим голосованием ошеломили «демократическое» жюри: из 500 имен россиян, вошедших в первоначальный список претендентов за Иосифа Сталина проголосовало подавляющее большинство, И как не пытались апологеты в лице Никиты Михалкова и других очернителей истории обмазать грязью имя вождя и его политическую деятельность, он занял почетное третье место из пятисот, уступив немного лишь Святому князю Александру Невскому и генералиссимусу Александру Суворову. Это, конечно, не случайно. Народ не забывает своих героев.

А.В Горбунов,
председатель Городского Совета ветеранов ВОВ, труда и правоохранительных органов.

Поэзия судьбы

Отправлено 15 сент. 2012 г., 11:12 пользователем Iharo Ahanero

(К 90-летию со дня рождения В.Г.Сааковой)
 
Валентина Григорьевна Саакова родилась 13 июля 1922 года в городе Моздоке (Северная Осетия) в семье артистов провинциального театра. Первые стихи напечатаны в 1935 году в городской газете, когда В. Саакова была еще ученицей.
Окончив среднюю школу, В. Саакова поступила в пединститут, затем перешла в Минераловодское педучилище, окончив которое, работала воспитательницей в детдоме, в сельском детском саду. Шла война, и стихи В. Сааковой печатались в военных газетах. Они стали основой первой книги «Жена солдата».
Выйдя замуж за вернувшегося с фронта школьного друга, В. Саакова разделила с ним нелегкую судьбу боевой подруги летчика, и жизнь военных гарнизонов отразилась в ее стихах, печатавшихся в журнале «Советский воин», в военных газетах, книгах, изданных Военным издательством, в сборниках солдатской поэзии "Слава, доблесть, любовь".
Образование продолжила заочно в университете г. Ташкента: недалеко располагался военный городок, где служил муж. Стихи В. Сааковой стали печататься в газете «Южный Казахстан», там же публиковались ее корреспонденции, рассказы на тему уже гражданской жизни края, в котором прожила с 1953 года до 1966 года. В 1962 году была принята в Союз журналистов СССР. Член Союза писателей СССР—России с 1966 года.
В том же 1966 году семья переезжает в г. Сочи, где проходили ранние годы детства В. Сааковой. Кубанский край, освященный впечатлениями детских лет, входит в произведения поэтессы, она печатается в краевых газетах, в журнале «Кубань», в городской газете «Черноморская здравница».
Краевая писательская организация командирует В. Саакову на уборку хлеба в ст.Динскую, и с этого начинается ее заинтересованное участие в жизни Динского района. Выходит книга очерков «Хлеб земли - хлеб души» в серии «Дни нашей жизни».
Много сил Валентина Григорьевна отдавала работе с молодыми и начинающими авторами, она долгие годы возглавляла литературные объединения «Аистенок» и «Ромашки, опаленные войной». Ушла из жизни 9 октября 2006 года.

Валентина Саакова - автор многих поэтических сборников. Все, что ею написано, проникнуто глубокой любовью к людям, жизни, своему дому. Каждая ее строка - это откровение, умение увидеть в знакомом нечто новое.
ИСТОКИ ЖИЗНИ
В наш трудный, 
В наш жестокий век
Душой скудеет человек,
Кому нужны стихов слова?
Но я, быть может, не права,
И, может, скромный голос мой
Вдруг постучится к вам домой,
Поймет беду,
Полечит боль, Напомнит:
В мире есть любовь...
Кричат стихи на площадях,
Грохочут на семи ветрах,
А я - стихи заговорю,
Как жизнь, с друзьями поделю,
И вам тихонько говорю:
- Кого люблю, тому дарю!

ЛЮБОВЬ - НЕ ВЫДУМКА ПОЭТОВ...
О, говорить ли о любви,
Когда земля опять в крови,
Когда еще гремят бои
И гибнут близкие твои,
Когда не звезды до зари –
В полнеба зарево горит?
Ты отвечаешь: говори,
Приказываешь: Говори!
О, говорить ли о любви,
Когда иссякли все слова,
Когда в печаль седой травы
Уже осыпалась листва,
И ветром дышат октябри,
И все, что было. - раздарил?
Ты отвечаешь: говори.
Приказываешь: Говори!
Придет пора, и стихнет бой,
И осень сменится весной.
Но если вдруг уйдет любовь
Осиротеем мы с тобой.
Пускай теплеют октябри,
Словами сердце озари,
И если боль,
И если бой –
Ты о любви мне говори.

* * *
Все, что положено, - то сбудется,
И прошлому забвенья нет:
Сильнее и нежнее любится
На рубеже останних лет.
Душа о годы больно ранится,
И в старость верится с трудом,
А юность навсегда останется
Твоим сверкающим крылом.
И с неба дальнего, высокого,
Там, где седые облака,
Все будет виться память соколом
И нашу юность
Окликать!

* * *
Когда устало страсти замолчат,
Я к твоему теплу приникну снова,
Коснусь губами твоего плеча,
Коснусь щекой седин твоих суровых.
Твое плечо –
Как доброе крыло:
Оно меня от всех невзгод укрыло,
Оно давало мне приют и силу,
Когда мне в жизни было тяжело,
И я всю жизнь плачу тебе долги,
А ты, быть может, даже не заметил,
Что у тебя нет преданней слуги
И друга нет надежнее на свете.

***
Я о земле тебе сказать должна:
Она прекрасней неба в час рассвета,
Черемуха озябшая влажна,
В седых лугах босое бродит лето,
Дрожит звезда над сонною рекой,
И песне соловьиной утро внемлет,
И в теплой колыбели дочка дремлет.
Скажи, ты землю видишь ли такой?
Она,
Тебя со мной соединяя,
Напоминает ли тебе –
Меня?

* * *
Любимый мой –
Обычный человек,
С привычными житейскими страстями,
Он словно путами земными стянут –
Он день-деньской своей заботой занят,
И где-то рядом существую я,
И жертвенно сквозь будничную замять,
Как горний свет, горит любовь моя.
И отблеск высоты в том горнем свете
Он, может быть, когда-нибудь заметит

НЕЗАКАТНОЕ СОЛНЦЕ МОЕ
(Памяти Вагро)
* * *
В эту ночь
У черты предельной,
Провожая в дорогу дальнюю,
Я пою тебе колыбельную –
Я пою тебе песню прощальную.
Пусть тебе высоко летается –
Это вечности крылья качаются
И уносят тебя в невозвратное,
А любовь наша не кончается:
Она - Солнце мое незакатное!

УЛИЦЫ ВОСПОМИНАНИЙ
Есть место в малой родине моей,
Где домик за калиткою дощатой,
Откуда счет моих ведется дней,
Где сердцу все и дорого, и свято.
О, город мой,
Сквозь быта суету
И в облике людей, спешащих мимо,
Твоей души провидеть высоту
Так радостно мне,
Так необходимо!
Мне каждая щербиночка твоя,
Как матери морщиночка, знакома,
И в общий облик твой умею я
Включить привычный лик родного дома.
Ты мне добра преподавал уроки,
Гостеприимно отворяя дверь, -
И как они сгодились мне теперь,
Твоих легенд, твоих сказаний строки,
И как в душе моей отозвались,
Соединив навечно даль и близь!

***
Старинный собор златоглавый, 
Шатер из раиновых куп, -
Гоненья, забвенье и славу
Ты видел на долгом веку.
Казалось, уже не воскреснут
Житейских понятий азы –
У колоколов провозвестных
Был вырван их вещий язык.
Но в мир возвращается снова,
На вечные круги своя,
Твое милосердное слово:
Взывает к добру Судия.
Зовет к милосердью прощенья
И молит нас честь оберечь,
И верится в душ очищенье
И в радость предбудущих встреч.
И, к прошлым ошибкам взыскуя,
Мы ищем молитвенных слов,
А голуби мирно воркуют
На райских высях куполов.
И в память о всех страстотерпцах
В терновых венцах лагерей
Несет Богоматерь младенца,
Похожа на всех матерей.

* * *
Полуразбитый глиняный кувшин,
Изделие безвестного умельца,
Хранит в себе нетленно часть души
Давно уже ушедшего владельца.
Читай таинственные письмена,
Означенные выцветшею охрой,
И слушай, как седая старина
Вдруг отзовется сокровенным вздохом
Хитросплетенья вековых дорог,
Светильники, хоругви и фузеи -
Кто б разобраться в тайне древней мог,
Когда б не вы,
Хранители музеев!
Спасибо вам -
Мой не прервется род,
В неведомые воды Леты канув,
Не превратится отчий наш народ
В не помнящих родства, слепых Иванов.
Заполнена истории скрижаль,
Мы к вечности сюда приходим в гости,
И пращуров далеких наших кости
Здесь, словно в усыпальнице, лежат.
И до тех пор покуда их хранят,
Простые не утрачивают вещи
Знаменье века и язык свой вещий,
И рукописи -
Не горят!

***
Пропали слова:
«Пожалуйста»,
«Будьте добры»,
«Извините» -
И в мире убавилось жалости,
Обессилело слово-целитель.
Не сравнивают любимую
С зарей,
Со звездою,
С горлинкой –
И люди проходят мимо
Печали, берущей за горло.
Слова бренчат, как железные,
Их больно и нудно слушать,
И только одна Поэзия
Врачует усталую душу.

***
Сквозь лет и разлук расстояние,
Сквозь жизни обыкновение –
Слышу твое дыхание,
Слышу сердцебиение.
Зори растают ранние,
Росы падут вечерние –
Слышу твое дыхание,
Слышу сердцебиение.
Э то - противостояние
Памяти и забвения...
Слышу твое дыхание,
Слышу сердцебиение!

ТОЛЬКО ВЕРА ОДНА И СПАСЕТ
Стихи должны быть, как молитвы
Без суесловья и тщеты,
С тревогой жизни нашей слитны,
Полны сердечной маеты.
Перед молитвой
Помолчу,
Тишь храма вздохом не нарушу
И от свечи зажгу свечу:
Святой огонь согреет душу.
Пустой мольбой не осквернюсь,
Пока свеча моя сгорает,
Я о тебе воспомню, Русь,
И о судьбе родного края, -
Любя и веря,
Помолюсь!
***
Я выросла в казачьей стороне,
С аулом осетинским сопредельной,
И голос матери украсил детство мне
Напевами казачьей колыбельной.
А добрый свет соседского окошка
Светился мне в вечерней тишине,
Где пела осетинская гармошка
О вольности, о счастье, о коне...
Я помню смутно: прадед или дед
Глядел в лицо мне, словно бы приснился,
Наряженный в папаху и бешмет,
Он нежно к русской женщине склонился.
Я помню терна дикого оском:
Нам привозили с дальних гор гостинцы
И, называя деда кунаком,
За русский стол садились кабардинцы.
Обед варила бабка не спеша,
Горел очаг в соседской половине -
И запах осетинского фыдчина
Мешался с сытным духом кулеша.
Опять друзей мне возвращает детство,
И я меж ними добрый мир творю,
И с девочкой, живущей по соседству,
На языке понятном говорю
У нас в дому не унижали матом
Соперника в пылу словесных битв,
И слово было истово и свято
Для будней, колыбельных и молитв.
Когда наш дом поганил сквернословьем
Забредший в гости пьяненький мужик,
То бабушка лишь хмуро сдвинет брови -
И сразу он прикусит злой язык.
За что ж тебя,
Родимая Россия,
Поганим нынче черною молвой
И пачкаем - могучий и красивый -
Язык российский первородный свой?
Как не кричать,
Как сердцем не терзаться,
Когда слова в кострищах лжи горят,
Когда и дети ныне матерятся,
И девушки «по фене» говорят?
Летаем в космос!
Расщепляем атом,
Умеем исцелять от слепоты -
Но почему же перегарным матом
Все эти дива приправляешь ты?
Луч промелькнет -
И отгорят закаты,
Одарит осень знобким ветерком,
И на все это -
Матом,
Матом,
Матом,
Смердящим, непотребным матерком?
Ужели поколенье виновато,
В крови и грязи доживая век,
Что на святое
Замахнулся матом,
Как топором разбойным, человек?..
Поэзия,
Той моды не приемля,
Блудливые не повторяй слова:
Грядущий день твоим сказаньям внемлет,
Твоим стихом История жива.
Ища слова для самовыраженья,
Не замути живой воды родник -
От словоблудия и вырожденья
Оберегай
Родной душе язык!

* * *
Все - кувырком
И наизнанку,
И выстрел прогремел вдали,
И сердце мечется подранком –
Не оторваться от земли!
Любви для смерти –
Много ль надо?
Она весь век - как на войне:
Прочтется ложь в прищуре взгляда
И -
Выстрел грянет в тишине.

***
Когда в урочный час мы жизнь итожим
И прошлое стучится у дверей -
Как мы душой становимся похожи
На терпеливых наших матерей!
Приобретаю мамины черты,
На жизнь гляжу все пристальней и строже.
Но если бы терпенье доброты
Могла бы унаследовать я тоже,
Чтоб дочери оно передалось
И мне в ее душе отозвалось!

* * *
Черемуха цветет в садах,
И небо от прохлады сине,
В черемуховых холодах
Девичья чистота России.
Я на любовь кладу зарок
И сердцем ощущаю грустно
Черемуховый холодок
Нерасцветающего чувства.
Пришла весна -Пришла беда,
На сердце непривычно пусто:
Моя черемуха - седа...
Черемуховы холода!

* * *
Век перьев и чернил
Давно прошел,
Хвалой не обделен,
Стихом воспетый.
В машинный век наш нет нужды поэтам
Гусиным медленно скрипеть пером
И нежной лирою звенеть при этом:
Машинку мы не зря приносим в дом.
Увы,
Мой механический Пегас,
Хоть праздно не сидим с тобой ни часа,
Недостижимо обскакали нас
Те,
Кто стихи чертал
Пером из крыл Пегаса.

* * *
Опустели качели:
Спать ушла детвора, ,
И забытая кукла лежит на песке
Опустела душа,
Словно детство ушло со двора,
Отзвук Детского смеха,
Словно эхо,
Звенит вдалеке.
Опустели качели...
Что ж ты, детство, -
Помедли еще,
Отзовись,
Помани,
И погладь меня теплой рукою,
И взметни на качелях в слепящую высь...
Уходящему детству вослед
Погляжу я с тоскою:
Опустели качели!
Зажигаются окна,
Глядят на меня из-под крыш,
Удивляются:
Что, мол, сидишь, припозднилась?
Но за куклой забытой
Бежит из подъезда малыш,
Словно детство вернулось,
Явило мне милость.

* * *
Увянет облетевшая листва,
На смену зову молодых страстей
Придет пора осенней доброте –
Уменью утешать и врачевать.
Но голоса еще тихи,
Ни суеты, ни суесловья
Не слышно в детской простоте...
Смотрю с заботой и любовью
На них, как на родных детей,
И так хочу поверить снова
В то, что история права,
И будет жить родное слово –
Пока Поэзия Жива!


* * *
1.
Я вновь к тебе пришла через года,
Мой край в короне золотой пшеницы,
Здесь строчкою судьбы легла моя страда,
Чтобы в стихи заветно воплотиться.
В знакомые я вглядываюсь лица,
Моля в душе:
Прохожий, оглянись,
Землячкою звала меня станица:
Здесь вкривь и вкось исписаны страницы
Той книги, что зовется - просто жизнь...
А я пришла, чтоб снова удивиться
Твоих просторов дивной красоте,
И, словно бы живой воды напиться -
К твоей душе душою приклониться
И у тебя учиться
Доброте!

2.
Разлуки вечной мне неведом страх:
Я верую в обещанные встречи
И знаю, что не только в небесах -
Мы продолжаем жить в земных трудах,
Что тяжко жизнь взвалила нам на плечи.
Не зря мне говорила мать:
- Трудись!
И вы в заветы вечные поверьте:
Лишь за труды вознаграждает жизнь –
Пусть поздно,
Пусть лишь даже после смерти...

3.
Над страницей - серебряный вечер,
Где-то песню девчата поют,
Милый друг, положи мне на плечи
Ты усталую руку свою.
Пусть уже никогда не растает
На висках белый снег седины,
Мы опять вечерок скоротаем,
Души нежностью прежней полны.
И покажется в лунном сиянье:
Возвращается, лишь позови,
Не прощанием,
Не поминаньем –
Продолжение нашей любви!


Помнит вся Россия

Отправлено 15 сент. 2012 г., 11:06 пользователем Iharo Ahanero

(К 200-летнему юбилею Отечественной войны 1812 года)

Исторические события имеют одно удивительное свойство. Чем дальше они уходят в глубь времен, тем более они романтизируются в восприятии потомков. Если Великая Отечественная война, словно незаживающая рана, еще болит и кровоточит в сердцах ее живых свидетелей, то Отечественная война 1812 года многим представляется красивым зрелищем:
Горит гусарский ментик,
Распахнутый с плеча,
В багрово-желтом свете
Последнего луча.

Помню, в школе нам говорили: «Мы победили в Великой Отечественной войне потому, что весь народ поднялся на защиту социалистической Родины». В 1812 году солдаты и крестьяне о социализме не слыхали. И все-таки даже царь признал эту войну народной, именно с его повеления она была названа «Отечественной». Помещики покидали усадьбы, не желая подчиниться узурпатору, а крепостные шли в партизаны, беря в руки «дубину народной войны». Сейчас некоторые западные историки говорят, что партизанская война не была изобретением русского народа, что опыт партизанщины скопирован ими у испанцев. Испанские партизаны, действительно, причинили много хлопот французам, за что им честь и хвала. Но откуда русскому мужику знать об испанском опыте партизанской войны?
Еще один миф заключается в том, что Наполеон обещал дать крепостным рабам волю. Тоже иноземная выдумка. Назовите хоть одного крестьянина, которого освободил Наполеон! Нет, не с помещиками воевал русский народ, а с жестоким и наглым завоевателем, оскорбившим Россию. После войны большинство партизан вернулись в помещичьи усадьбы, показав тем самым, что их целью был не бунт, а победа над врагом.
В ночь на 12 июня (по старому стилю) Наполеон форсировал Неман.
По четырем мостам, одному старому, у Ковно, и трем новым, только что возведенным, непрерывным потоком шла шестисот тысячная разноязычная рать. Немцы, итальянцы, голландцы, хорваты, швейцарцы, даже свободолюбивые испанцы, силой забранные на чуждую, непонятную им войну… В отличие от других походов великого полководца, французы на этот раз составляли меньшинство в армии, но это был цвет войска! Отважные, закаленные в боях, хорошо обученные, прекрасно экипированные солдаты готовы были умереть за своего императора по первому его слову. 
Благосклонно улыбаясь, Наполеон, стоял возле одного из мостов, где полк за полком, батарея за батареей, шла его гордость – непобедимая Старая гвардия.
– Vive l’Empereur! – приветствовали его герои Аустерлица и Фридланда, и он в ответ ласково махал им рукой.
Вместе с гвардией Наполеон перешел реку. Очутившись на берегу, он оторвался от свиты и, пришпорив коня, помчался вперед по прибрежному песку. Бескрайнее угрюмое пространство окружало. Сердце вдруг сжалось в тоске, но это длилось лишь мгновение. Он сумел справиться с собой, круто повернул коня и поскакал обратно к своим войскам…
В отличие от Гитлера, Наполеон не рассчитывал на блиц-криг. Учитывая огромные размеры и потенциальную мощь «варварской страны», он планировал завершить кампанию минимум за три года. В 1812 году он думал овладеть западными губерниями от Риги до Луцка, в 1813 году – Москвой, и только в 1814 году – Санкт-Петербургом. Такая постепенность позволила бы ему расчленить Россию, обеспечив тылы и коммуникации своей армии, действующей на огромных пространствах.
К началу войны русские войска оказались разделенными: 100-тыячная армия Барклая де Толли, вышедшая из Вильно по направлению к Дрисскому лагерю, 45-тысячная армия Багратиона, отступающая к Несвижу и армия генерала Тормасова (46 000 человек), стоявшая на Волыни у Луцка. Такая странная расстановка сил была следствием «военного таланта» императора Александра I. Наполеону ничего не стоило разбить неприятельские войска по частям, но его планы были сорваны военной тактикой русских полководцев.
Первая армия Барклая де Толли стояла в Витебске до последней возможности, пока еще оставалась надежда, что Багратиону удастся прорваться через Могилев и соединиться с основными силами русских. На рассвете примчался раненый адъютант с известием о том, что Могилев занят неприятелем, а Багратион, чудом ушедший от Даву, перешел Днепр и движется к Смоленску.
– Принять сражение в Витебске значит обречь армию на истребление, – сказал Барклай на военном совете.
Положение, действительно, становилось угрожающим. Французы расположились в тридцати верстах от Витебска, и весь день подходили новые дивизии. Наполеон жаждал сражения и постоянно посылал разведку, чтобы узнать, как дела у русских.
– Они у меня в руках! – говорил император, осматривая боевые позиции. – Завтра мы заставим их принять сражение. Послезавтра Александр будет умолять меня о мире!
Но перед самым рассветом от Мюрата прибыл гонец с оглушительным известием: Барклай ушел! Это казалось непостижимым. Не зажигая огней, стотысячная русская армия снялась с лагеря и покинула Витебск. Ушла под носом у неприятеля, бесшумно, как призрак...
Под Смоленском армии Барклая де Толли и Багратиона объединились. Город самоотверженно обороняли два дня, но генерального сражения снова не произошло. Барклай, привыкший поступать согласно рассудку, а не чувству, понимал, что неприятель рассчитывает получить под Смоленском то, чего не получил под Витебском, и дал приказ к отступлению.
В августе всеобщее раздражение Барклаем, «приведшим гостя к воротам Москвы», достигло предела. Не понимая глубины замыслов Барклая, общественное мнение требовало смены главнокомандующего. Не только армия, но весь народ поносил его почем зря: «Во всем виноват этот немец!» Барклай был шотландцем по происхождению, но это не имело значения. 8 августа главнокомандующим был назначен Кутузов. Восторженными криками «Ура!» встречали солдаты старого фельдмаршала в Цареве-Займище, спешно приводя в порядок мундиры и становясь в парадный строй. «Не нужно почестей! – сказал Кутузов. – Я приехал узнать, как чувствуют себя мои дети. Все ли здоровы, сыты?»
У деревни Бородино Кутузов остановил армию. Русские, наконец, повернулись к неприятелю лицом.
На рассвете 26 августа перед выстроенными в боевом порядке французскими войсками читалось воззвание Наполеона:
«Солдаты! Вот битва, которую вы так желали! Победа зависит от вас! Нам она необходима. Она даст нам обильные припасы, хорошие зимние квартиры и скорое возвращение на родину...»
– Vive l’Empereur! – привычно прокатилось по шеренгам войск.
В пять утра начался жестокий артиллерийский обстрел укреплений возле села Семеновского, которые впоследствии назовут «Багратионовыми флешами». Именно здесь Наполеон рассчитывал прорвать нашу оборону, а затем, смяв центр и правый фланг, опрокинуть русскую армию в Москва-реку.
С Шевардинских высот Наполеон наблюдал за битвой у Семеновского. Он расхаживал взад и вперед перед почтительно замершей свитой, небрежно отталкивая сапогом случайно залетавшие ему под ноги ядра. Его взгляд упал на маршала Даву.
– Почему до сих пор не взят левый фланг?
– Мы делаем все возможное, сир...
– Так сделайте невозможное! – отрезал император.
Маршал молча отдал честь и поскакал к Семеновскому.
– 57-ой гренадерский! – крикнул он. – В штыковую атаку, марш!
Еще не успев отдать этот приказ, он увидел, что Багратион опередил его. От русских укреплений отделился сомкнутый строй солдат-пехотинцев с ружьями наперевес. Казалось, весь левый фланг направил свои штыки на французских гренадер.
– Allons! (Вперед! – фр.) – крикнул Даву. – Не отстреливаться! Allons!
И гренадеры двинулись на флеши. Они шли, не обращая внимания на град пуль, косивший их сотнями. Ровными шеренгами, ряд за рядом шли они на смерть, словно на парад.
– Браво! Браво! – невольно воскликнул Багратион, отдавая должное мужеству врага.
И тут… осколок снаряда ударил его в ногу, раздробив берцовую кость. Он еще целую минуту держался в седле, стараясь скрыть рану от солдат, потом стал медленно падать с коня...
В считанные секунды русское войско пришло в замешательство. «Душа словно отлетела от всего левого фланга», – говорили впоследствии очевидцы. Французские гренадеры ворвались на флеши и штурмом овладели ими...
Теперь все орудия неприятеля повернулись к центру сражения – Курганной батарее под командованием генерала Раевского.
Оглушительные залпы орудий не утихали ни на минуту. Пороховой дым застилал глаза. Непрерывный град разрывных снарядов буквально косил людей с той и с другой стороны. Ядра взрывали землю, устилая ее трупами и грудами исковерканных орудий. Лошади, потерявшие наездников, табунами носились по полю.
Никто не думал о смерти. Генерал Милорадович под ядрами выбежал вперед, и, сев на траву, приказал адъютанту: «Принесите мне завтрак!».К вечеру, после ужасающей канонады, батарея Раевского была взята общим штурмом. Но у императора не было ощущения победы. На батарее его ждали только горы трупов и искореженный металл, а русская армия осталась на поле боя, готовая сражаться вновь. Наполеон первым прекратил огонь.
Кто же победил в самом кровопролитном сражении XIX века, которое мы называем «Бородинским», а все иностранные историки – «сражением под Москвой»? Французы твердо уверены, что именно они – победители. На это у них есть основания. Кутузов не стал отстаивать Москву и сдал ее без боя. Маршал Ней получил после Бородина титул “князя Московского”. В 1816 году Наполеон писал: «Московская битва – мое самое великое сражение: это схватка гигантов. Русские имели под ружьем 170 тысяч человек, они имели за собой все преимущества: численное превосходство в пехоте, кавалерии, артиллерии, прекрасную позицию. Они были побеждены!». Через год, в 1817 году Наполеон значительно увеличивает численность противника: «С 80-тысячной армией я устремился на 250 000 русских, вооруженных до зубов, и разбил их». Современные историки называют другие цифры: 135 тыс. при 587 пушках со стороны французов и 120 тыс. при 640 пушках со стороны русских. Уже находясь в ссылке на острове Святой Елены Наполеон даст мудрую оценку сражению под Москвой, во многом примирившую потомков участников Бородинского сражения: "Французы показали себя достойными одержать победу, а русские стяжали право быть непобедимыми».
К Наполеону у русских всегда было неоднозначное отношение. Во время войны народ называл его «антихристом». Придворное дворянство из патриотических соображений отказывалось говорить по-французски. Потом «императора французов» стали называть военным гением, отзываться о нем, если не с восхищением, то, по крайней мере, весьма сочувственно. Однако, ни Лев Толстой, ни Евгений Тарле, ни популярный писатель-историк Валентин Пикуль не считали его гениальным. Конечно, никто не спорит, что Наполеон – это не Гитлер… Но когда я читаю о том, что в подмосковном Троицке в рамках подготовки к предстоящему юбилею Отечественной войны 1812 года «энтузиасты» выступили с инициативой поставить памятник Наполеону, хочется напомнить циничные слова завоевателя перед нашествием на Россию:
«Я пришел, чтобы раз навсегда покончить с колоссом северных варваров. Шпага вынута из ножен. Надо отбросить их во льды, чтобы в течение 25 лет они не вмешивались в дела цивилизованной Европы. Балтийское море должно быть для них закрыто... Цивилизация отвергает этих обитателей севера. Европа должна устраиваться без них...».
Нет, видно, не зря существует известное ироническое выражение: «наполеоновские планы». И на вопрос о том, кто победил в Бородинском сражении, у нас, русских, свое мнение. Едва стихла канонада, наши солдаты поздравляли друг друга и говорили о победе, как о чем-то бесспорном. Ни один солдат не бежал с поля боя. Русская армия не отступила, не была сломлена и решительно собиралась завтра продолжить сражение. Но, посчитав потери, Кутузов отдал приказ оставить Москву. Сдачу древней русской столицы народ принял стоически, без ропота, как Божий промысел, и в конечном итоге был вознагражден за страдания. «Господня воля» принесла России освобождение!
Исход великой битвы решился не только на поле военных действий, но и в умах и сердцах миллионов русских людей, осознавших себя нацией, для которой нет ничего выше достоинства и свободы.

В. Юдин, Не увози, москаль, сало!

Отправлено 15 сент. 2012 г., 11:03 пользователем Iharo Ahanero

Не увози, москаль, сало! Самим мало..
(Путевые заметки)

Мои этнические корни русско-украинские, т.е. славянские, идентичные по историческим традициям, православно-христианской вере, культуре, языку, условиям бытования и т.д. как корням русским, так и украинским.
Мать моя всю жизнь прожила на Украине, там, на городском запорожском кладбище, и похоронена. Почти каждый год я езжу в Запорожье, чтобы почтить ее светлую память. А отец - потомственный казак покоится на моей малой родине - Кубани, основанной, как известно, запорожскими казаками еще во времена императрицы Екатерины Великой. Поэтому во мне все кипит, бурлит и неистовствует от возмущения, когда слышу из уст досужих теоретиков-«знатоков» национального вопроса вредные, пагубные речи о якобы «принципиальных различиях» русских и украинцев...
Мы - одна этно-генетическая и духовно-нравственная, неотделимая друг от друга плоть единой славянской семьи, с единым историческим прошлым и общим национальным корнем. Убежден, рано или поздно русским и украинским народам-братьям снова суждено будет тесно объединиться и счастливо жить в родном Отечестве.
...А пока я предавался столь важным историко-философским размышлениям, мой поезд остановился на каком-то глухом полустанке. Воцарилась мертвая тишина. Через минуту зло лязгнули двери тамбура. В притихший, будто испуганный, вагон по-хозяйски вошли крепко сбитые украинские парни в униформе. Громко затопали каблуки кованных армейских ботинок. Бесцеремонно заглядывая во все углы и щели, ощупывая сильными мясистыми руками чемоданы и сумки, привычные к своему делу таможенники пытливо вглядываются мне в глаза: зачем, мол, москаль, вздумал ехать из «своей» России в «нашу» ридну нэньку-Украину? Сало наше исты?! У нас и без тебя его нынче мало... Ага, гутаришь, могилку своей матери проведать. А зачем схоронил ее на Украине? Что, в твоей Рассей земли мало?..
Долго, нервно, вместо того, чтобы сладко почивать и видеть сладкие сны, в глухую полночь приходится давать честные «признательные показания» украинским таможенникам: что еду я на свою вторую малую родину-Украину с самыми благими намерениями, что даже в голове не держу тайком провезти через пограничный кордон наркоту и взрывчатку - Боже, сохрани и помилуй от этого тяжкого греха!! И совершенно не намерен вмешиваться во внутренние дела незалежной Украины, разве что везу в дорожной сумке несколько экземпляров моей новой книги, в которой описана трудная и героическая судьба русских и украинцев в тяжкую годину польско-шляхетской агрессии, объективно подтолкнувшей нас к объединению и историческому решению Переяславской Рады о навечном воссоединении Украины с Россией. Увы, праведные дела наших славных предков оказались слишком забывчивы...
После тщательного, придирчивого «шмона» и многочасового стояния на ночном полустанке заветное «добро» украинской таможни наконец получено. Нехотя дернувшись раз-другой, поезд стал набирать ход, весело застучали колеса. За окном вагона робко занималось раннее летнее утро, серый туман рассеялся, над горизонтом показался огромный малиновый шар восходящего солнца и стал величественно, грациозно подниматься. Через мгновение радостно полыхнули и брызнули во все стороны ярко-оранжевые лучи, окрасив в сказочно-романтический цвет безбрежную гладь украинских полей... На фоне вечной пробуждающейся природы наши житейские человечьи дела показались ничтожно-мелкими, суетными, пустыми.
Вагон тоже оживился, повеселел. Стряхнув с себя никчемный страх, осмелевшие пассажиры оживились, никто уже досматривать прерванные сны не хотел. Стали неторопливо доставать нехитрую дорожную снедь, охотно угощать друг друга, перекидываться шутками-прибаутками.
Мой сосед-добродушный усатый «хохол»демонстративно ставит на столик заветную пол-литровку синеватого украинского «первака» и озорно приглашает «по чуть-чуть отравиться». А после первой-второй рюмок спутники вконец расслабились, повеселели в ожидании встреч с родным домом, расхрабрились и уже не стесняются помянуть крепким словцом -жто по-русски, а кто на украинской мове - и осточертевшие русско-украинские таможни, и тех бесновато-жестоких, ныне ушедших в мир иной властолюбцев, кто бездумно, под пьяную рюмку развалил некогда великий Советский Союз, в котором не было и в помине меж нами никаких границ. То есть, формально-то на бумаге границы между республиками, конечно, были, но многие граждане даже не знали и знать не желали, где они проходили...
...Положив букетик цветов на могилу матери и поставив заупокойную свечку в православном храме, я, как обычно направляюсь к своим давним украинским друзьям-журналистам, казачьим атаманам, членам Русской общины, которые горячо интересуются: а что там, в России? Каковы политические перспективы грядущих, исторически судьбоносных не только для России, но и украинского государства парламентских и президентских выборов? Украинские друзья хорошо понимают: от будущего России впрямую зависит и их собственная судьба, будущее потомков. Почему олигархи-москали опять взвинтили цены на газ, нефть? Что сулит Украине вступление в Таможенный союз, куда так настойчиво ее зовут российские власти... Вопросам нет числа. Но и моих встречных вопросов не меньше. Когда же наконец русский язык станет у вас вторым государственным языком? Почему ваши власти беспрестанно повышают цену за аренду Севастополя? Отчего турпутевки в Египет и Турцию вдвойне-втройне-2
шляхетской агрессии, объективно подтолкнувшей нас к объединению и историческому решению Переяславской Рады о навечном воссоединении Украины с Россией. Увы, праведные дела наших славных предков оказались слишком забывчивы...
После тщательного, придирчивого «шмона» и многочасового стояния на ночном полустанке заветное «добро» украинской таможни наконец получено. Нехотя дернувшись раз-другой, поезд стал набирать ход, весело застучали колеса. За окном вагона робко занималось раннее летнее утро, серый туман рассеялся, над горизонтом показался огромный малиновый шар восходящего солнца и стал величественно, грациозно подниматься. Через мгновение радостно полыхнули и брызнули во все стороны ярко-оранжевые лучи, окрасив в сказочно-романтический цвет безбрежную гладь украинских полей... На фоне вечной пробуждающейся природы наши житейские человечьи дела показались ничтожно-мелкими, суетными, пустыми.
Вагон тоже оживился, повеселел. Стряхнув с себя никчемный страх, осмелевшие пассажиры оживились, никто уже досматривать прерванные сны не хотел. Стали неторопливо доставать нехитрую дорожную снедь, охотно угощать друг друга, перекидываться шутками-прибаутками.
Мой сосед-добродушный усатый «хохол»демонстративно ставит на столик заветную пол-литровку синеватого украинского «первака» и озорно приглашает «по чуть-чуть отравиться». А после первой-второй рюмок спутники вконец расслабились, повеселели в ожидании встреч с родным домом, расхрабрились и уже не стесняются помянуть крепким словцом -жто по-русски, а кто на украинской мове - и осточертевшие русско-украинские таможни, и тех бесновато-жестоких, ныне ушедших в мир иной властолюбцев, кто бездумно, под пьяную рюмку развалил некогда великий Советский Союз, в котором не было и в помине меж нами никаких границ. То есть, формально-то на бумаге границы между республиками, конечно, были, но многие граждане даже не знали и знать не желали, где они проходили...
...Положив букетик цветов на могилу матери и поставив заупокойную свечку в православном храме, я, как обычно направляюсь к своим давним украинским друзьям-журналистам, казачьим атаманам, членам Русской общины, которые горячо интересуются: а что там, в России? Каковы политические перспективы грядущих, исторически судьбоносных не только для России, но и украинского государства парламентских и президентских выборов? Украинские друзья хорошо понимают: от будущего России впрямую зависит и их собственная судьба, будущее потомков. Почему олигархи-москали опять взвинтили цены на газ, нефть? Что сулит Украине вступление в Таможенный союз, куда так настойчиво ее зовут российские власти... Вопросам нет числа. Но и моих встречных вопросов не меньше. Когда же наконец русский язык станет у вас вторым государственным языком? Почему ваши власти беспрестанно повышают цену за аренду Севастополя? Отчего турпутевки в Египет и Турцию вдвойне, втройне дешевле, чем на некогда легкодоступное простому человеку крымское черноморское побережье?..
Первая новость - суд над Юлией Тимошенко. О нем в украинской среде судачат много и противоречиво, будто иных, куда более жизненно важных проблем, и нет вовсе. Справедлива поговорка, что «кого Бог хочет наказать, того лишает разума». Совсем недавно имевший высокий рейтинг президент Украины Янукович его явно подрастерял, затеяв суд над Тимошенко и снова раздув газовую проблему. Конечно, любимица неуемных украинских либералов и западных покровителей, Тимошенко России не закадычный друг, а скорее недруг, и потому горьких слез по ней проливать не стоит. Что заслужила, то и получила. Но зачем обходиться с ней так глупо и грубо, и поднимать тем самым ее политический рейтинг, лепить из неистовой властолюбицы, имеющей двойное гражданство, жалкое подобие национальной героини Франции Жанны д’Арк?.. Разве нет на Украине других, более важных проблем, чем эта свара, которая уже в который раз демонстрирует государственную и управленческую бездарность местной элиты, коей не хватает даже простого благоразумия и элементарного прагматизма. А ведь пыжится строить самостийную и «цивилизованную» державу...
С русским газом вообще паранойя. Президент Янукович требует снизить договорную цену, так как она, мол, выше среднеевропейской. Верно, но из российской цены на газ 25% возвращается Украине за аренду Севастополя. Кроме того, Киев постоянно повышает тариф за транзит. Москва предлагает льготную цену в обмен на вступление в Таможенный союз России, Белоруссии и Казахстана или продажу ей газотранспортной системы. На это украинцы не согласны, понимая, что таким образом зависимость от России заметно усилится, А без российского газа, как говорится, «ни туды и ни сюды». Вот-вот заработает «Северный поток» в обход Украины, и ее трубопроводный шантаж сдохнет.
Одна надежда, что Европа милостиво поможет. «Украина, - заявляет премьер Азаров, - подпишет соглашение о зоне свободной торговли с ЕС до конца 2011 года» в уверенности, что «создание зоны свободной торговли позволит украинским производителям на равных конкурировать с производителями на европейском рынке» (Новый регион. 2.9. 2011). Размечтался... Никакого равноправия украинцам европейцы не давали и не дадут и выгодную торговлю в ущерб себе не позволят. О вхождении в Европейский Союз и говорить не приходится - не нужен Европе новый нахлебник и ненадежный партнер. Дай Господь, ей самой с «бодливой» и неспокойной Грецией разобраться.Так что очнитесь, г-н Янукович...
Разумно рассуждают здравомыслящие украинские политологи, общественные деятели, журналисты, финансисты. Согласно экспертам, вступив в зону свободной торговли, Украина потеряет минимум 5-6 млрд. долларов, тогда как членство в Таможенном союзе ей принесет такую же сумму. «Мы хорошо понимаем эту выгодную разницу, - говорит мой 4
собеседник, известный журналист-газетчик Антон Яворский, - но установка -«только в Европу» - накладывает вето на разумное решение».
Украинские политики антироссийской закваски, напротив, заворожены этой обманчивой установкой, ибо наивно считают, что только дистанцирование от России придаст Украине желаемую самодостаточность. Подобную одержимость активно поощряет Запад, для которого крайне нежелательно сближение Украины с Россией.
Впрочем, сам Янукович - вопреки предвыборным обещаниям - постоянно противится такому сближению. «Русский язык он государственным так и не сделал, - возмущаются члены запорожской Русской общины, - русские школы закрывают, русские кадры дискриминируют сидящие в руководящих креслах националисты. И этот абсурд, представьте себе, культивируют не только в западных, но и восточных областях Украины, где миллионы русских, а 75 - 80% населения, в том числе этнические украинцы, говорят или предпочитают говорить и писать только по-русски.
Доходит до смешного: русские кинофильмы можно показывать только дублированными на «мове»! Проводимая политика привела к тому, что не только русский, но и украинский электорат Януковича тает на глазах и его политическое будущее весьма непредсказуемо. Кремль тоже недоволен лицемерием и двуличием Киева. К сожалению, русские на Украине пока не в состоянии выдвинуть своего энергичного русского лидера для защиты своих интересов.
Хочется еще раз повторить, подчеркнули мои украинские собеседники: наилучшим для России решением было бы отделение - путем референдума - от Украины областей с преобладающим русским населением, т.е. Новороссии, Волыни, Крыма, Донбасса и левобережного края. «Киев тоже должен вернуться в состав России. Если этого не произойдет, то лет через 20 -30 нынешняя Украина сделается вместе с Польшей непримиримым нашим супротивником на западной границе. И тогда окончательно рухнет уже шаткий славянофильский миф о «славянском братстве», - пишет В.В. Бутаков (Правый взгляд, 2011, № 17, с. 8).
Годы, прошедшие после разорительного раздела СССР, с очевидностью еще раз доказали недееспособность украинской элиты и эфемерность украинской «незалежности». Страна чем-то напоминает Бельгию, которая тоже в начале XIX века отделилась от Голландии, но сегодня вот-вот поделится на фламандскую и валлонскую части, которые затем - на правах автономий - неизбежно воссоединятся с Нидерландами и Францией. Еще нагляднее послевоенная история обеих частей Германии - через 45 лет они вновь стали единым государством.

Владимир Юдин
г. Тверь

1-6 of 6