Беседы птиц

БЕСЕДЫ     ПТИЦ  -  2000 г.


ШИХАБ-АД-ДИН   СУХРАВАРДИ


(1155-1191) - иранский теолог-мистик, развил учение о мистическом озарении (ишрак), положившее начало особому направлению в суфизме, использовал в своем учении также мотивы зороастризма и герметизма.



«ЯЗЫК    МУРАВЬЕВ»

Вариации  Феано  -  11.12.00.

Хвала Аллаху,  Милосердному  Творцу,
В  Котором  все  тела  и  души!  Мир  Отцу!


Высокочтимый  Шейх,  чье  имя  Сухраварди,
Своим  вниманием  почтил  меня – песчинку
Земного  брега  бытия,  даря  росинку
Писания  древнего,  загадочного  Вар-ди…

Здесь - наставление  идущим  по  Пути.
От  глаз  чужих  оно  само  себя  хранит.
Для  непонятливого  сказка,  что  гранит,
А  понимающему  -  свет,  дабы  идти…

Речь  муравьев слышна  повсюду,  все  века.
Но эта  сказка  -  русло  притчb,  разговоров
О  неожиданных, простых,  как  будто,  спорах,
Приоткрывающих  завесу…  иногда…

Шейх  Сухраварди  мне  позволил  отклоненье
От  слов,  написанных  когда-то  им   самим.
Века  как  реки  утекли  путем  своим…
Читатель  русский  вновь прочтет  его  творенье.

Я  слов  нерусских  постараюсь  избежать,
Но  с  Божьей  помощью  ту  суть  отобразить,
Что  и без  слов  моих  живет  и  будет  жить.
Но…  так  чудесно  все  стихами  описать.



ЧАСТЬ  1       ЯЗЫК    МУРАВЬЕВ


Часть  быстроногих  Муравьев,  что  преуспели,
В  пределах   низших  царств  достигли  положенья,
Не  только  в  обществе  своем,  но  в  окруженье
Зверей  и птиц,  которых  слышать  уж  умели…

Решились  новые  Поля  отвоевать!
И  на  пути  своем  заметили  побеги,
В  которых  капельки  росы,  как  в  гнездах  неги,
Осели  утром…    -  Красота  -  не  описать!

Один  из  умных  Муравьев  спросил:  -  Откуда?
Собрат  ответил:  -  Им  начало  на  Земле!
Другой  вмешался:  -  Да  от  Моря  капли  те!
И  разгорелся  спор:  ну,  где  берется  чудо?


Умнейший  самый  так  сказал:  -  Да  погодите,
Ведь  вещь  любая тяготеет  лишь  к  началу,
Желая  страстно  возвратиться  вновь  к  причалу!
В  какую  сторону  влечет  их,  посмотрите!

Коль  ком  подбросить, он  на   Землю  упадет,
Поскольку  ком  земной стремится  к  мраку,  к  дому.
Его  начало,  всем  известно   -  дань  земному.
А  свет  Божественный  ко  свету  и  уйдет!

Необходимость  не  равняй  с  воображеньем.
Желанье  сущности  -  не  сущность, а  желанье.
Соединение  с  исходным  -  тайна  Знанья…
Коль  кто  без  крыл,  не  увлекайтесь  же  движеньем!

- А  саранча?  -  раздались тут же голоса.
-       Лишь  отрываться  научилась  от  Земли…
Но  говорили  о  росе  мы,  Муравьи!
Согрело  Солнце  воздух…  В  пар  ушла роса!

Тогда  и поняли  они,  что  свет  -  ко  свету!
Кого  захочет  Бог,  того  ведет  в  чертог,
И  вразумляет  всех  сравнениями  Бог!
Господь  -  предел  наш.  Слово,  доброе  от  веку.

...далее по оглавлению выше.
Полный текст переложения 
опубликовано в книге "Небеса Аттара" - раздел Книги о мудрецах.



Беседы птиц отражены в древнейших сказках 
«Хитопадеша» 
— сборник басен на санскрите в прозе и стихах, составленный в XII веке н. э. Представляет собой независимое переложение более древнего сборника рассказов, басен и притч «Панчатантра», т. е. «Пятикнижие», предположительно сформировавшегося в эпоху Гуптов (II-VI вв. н. э.). Рассказы из этой книги разошлись по многим странам.

Индия  - далёкая  страна.
В  сказках  же  индийских  - глубина.
Но  совсем  обычным  языком
В  них  всегда  ведётся  речь  о  том,

Что  зовётся  мудростью,  мой  друг.
Ты  же  нарисуй  смелее  круг,
Да  попробуй  смысл  его  извлечь.
Круг  -  единство  мысли,  нити  -  речь…


Часть 1


На  берегу  реки  из сказочной  страны
Большое  дерево  росло.  А  к  ночи  птицы
Сюда  слетались  отдохнуть  и  подкрепиться,
Да  рассказать   друг  другу  сказки  старины.


Однажды  Ворон,  по  прозванью  Легкокрылый,
Когда  кончалась  ночь,  а  месяц  укрывался
Уж  за  вершиною  горы,  вдруг  оказался
Над  неким  полем.  
Опечаленный,  унылый…
Он  Птицелова  разглядел,  чей  грозный  вид
Его  подобным  богу  смерти  представлял.
И  он  раздумывал: 
- Что  случай  предвещал?
Дурная  встреча  ведь  о  многом  говорит…


Что  день  грядущий  мне  готовит?   -  и  вослед
Он  за  Охотником  зловещим  полетел,
Борясь  с  предчувствием  беды:  
-  Где  тот  предел,
Что  отвратит  меня  от  сотни  тяжких  бед?
Нам  каждый  день  печалей  тысячи  грозят,
И  сотни  бед,  но  те  угрозы  -  для  глупца.
Ведь  не  коснутся   беды  эти мудреца.  -
Подумал  Ворон,  устремляя  вдаль  свой  взгляд.


А,  между  тем,  Охотник  рисовые  зерна
Рассыпал  в  поле,  а  затем  поставил  сеть.
И  стал  уж  на  небо  с  надеждою  смотреть:
-  Придёт  награда,  если  трудишься  упорно.

А  в  это  время  Царь  из  свиты  голубей,
Что  Пестрой  Шейкой  назван  был,  увидел  рис,
И  свите  так  сказал:   -  Не  стоит  мчаться  вниз,
А  то  от  жадности  поплатитесь  своей,


Как  было  с  путником,  польстившимся  однажды
На  изумительный  браслет.  Он  так  увяз
В  болоте  том,  что  дряхлым  тигром  съеден  враз…
И  тут  же  голуби  спросили: 
 
- Друг  отважный!
Как  это  было,  расскажи!  -  А  Царь  в ответ:

- Легко  в  беду  попасть,  коль  жадный  дух  объял.
Однажды  видел  я,  как  старый  тигр  стоял
На  берегу  с  травою  куша,  дав  обет…

Он  омовение  у  озера  свершал,
И  говорил:  
-  Не  хочет  кто-либо  из вас
Златой  браслет  из  лап  моих на  этот  раз?
И  жадный  путник  мысль  свою  не  удержал.

Подумал  он:  
- Когда  удача  -  хорошо.
Хотя,  когда  успех  сомнителен,  не  надо
За  дело  браться.  От  врага  одна  отрава.
От  капли  яда,  что  добавлена  в  вино,
Порою  можно умереть.  Но  ведь  всегда
Добыть  богатство  -  дело  риска!  И  добра
Ты  не  увидишь,  не  решившись  на  опасность.
А,  коль  останешься  в  живых,  пожнешь  приятность…


Но  прежде  надо  бы  проверить…  
-  Где  браслет?  -
Он  громко  тигра  так  спросил.  Тот  показал.
- Но  почему  ты  людям  ценность  предлагал?
Как  доверять  тебе,  коль  враг  ты  нам  навек?
Тот  отвечал:  
-  Я  омовенье  совершаю
И  раздаю  прохожим  милостыню,  знай.
Коль  я  состарился,  то  старость  уважай!
К  тому  же  сказано, что  жертва  -  путь  до  рая.


И  повторение  священного  писания,
Даренья  также,    да  и  самоистязанье,
Затем  правдивость  и  умеренность,  терпенье
И  нестяжательство  для  дароподношенья.

Вот  разновидности  пути.  Всего  их   восемь.
Четыре  первые,  бывает,  и  свершают
Лишь  для  обмана,  но  вторые - возвышают
Людей  великих,  имена  чьи  в  сердце  носим.


Я  нестяжателен,  хочу  отдать  браслет
Тому,  кто   с  лапы  заберёт,  хотя  молва
Из  тигров  делает  подобие  врага.
Молва,  что  торная  дорога,  не  совет…

А  я  читал  закона  книги,  вот,  послушай:
Как  самому  тебе  твоя  жизнь  дорога,
Так  и другим  созданиям  ценны их  года.
Не  назовёшь  же нестяжательного  врушей,

Когда  решаешь:  дать  кому,  иль  отказать,
То  ты  поставь  себя  на  место-то  другое,
Дабы  понять  причину  радости  иль  горя.
Я  вижу,  беден  ты.  Тебе  хочу  отдать.

И,  кроме  этого,   в писанье  говорится:
Тот  дар,  что  дарится  тобой  из убежденья,
Что  это  следует  дарить  без  достиженья
Ответных  действий, тот  воистину  годится.

Прими  златой  браслет,  но прежде  омовенье
Сверши  здесь  в  озере.  Прохожий  и  поддался
На  чары  слова,  и  в  болоте  оказался…
Затем  увяз  и  потерял  совсем  движенье.

А   тигр  ему:  
-  Теперь  я  вытащу  тебя!
Не  торопясь,  он  подошёл  к  нему,  схватил…
А  тот  подумал  на  остатке  слабых  сил:
- Коль  от  природы  зол,  иначе  и  нельзя…

...а дальше тут
Comments