Храбрый Братец Опоссум

- Как-то ночью, - сказал дядюшка Римус, посадив мальчика к себе на колени и задумчиво поглаживая его по волосам, - как-то ночью Братец Опоссум зашел к Братцу Еноту; опростали они большую миску тушеной моркови, выкурили по сигаре, а потом отправились погулять, посмотреть, как поживают соседи. Братец Енот - все трусцой да трусцой, Братец Опоссум - вприскочку да вприпрыжку. Опоссум до отвала наелся фиников, а Енот наглотался вволю лягушек и головастиков.
Гуляли они, гуляли. Вдруг слышат - где-то в лесу сама с собой толкует собака.
- Вдруг она кинется на нас, Братец Опоссум. Что мы будем делать? - спросил Енот.
Опоссум только усмехнулся:
- Ну уж я не дам тебя в обиду, Братец Енот. А ты что будешь делать?
- Кто? Я? - сказал Енот. Пусть попробует, сунется только - все ребра пересчитаю!
А собака увидала их и не стала тратить времени зря. Она и здороваться не стала.
Прямо кинулась на них - и все тут.
Братец Опоссум в ту же минуту осклабился, рот до ушей, и кувырнулся на спину, будто мертвый.
 

А Енот - тот мастер был драться. Подмял под себя собаку и ну трепать. Правду сказать, от собаки не много осталось, а то, что осталось, вырвалось - и наутек, в самую чащу, будто кто пальнул из ружья.
Вот Братец Енот привел свой костюм в порядок, встряхнулся, а Братец Опоссум все лежал как мертвый. Потом осторожно привстал, огляделся да как бросится бежать, только пятки засверкали.
В другой раз, как повстречались Опоссум и Енот, говорит Опоссум:
- Здравствуй, Братец Енот! Как поживаешь?
Но Енот - руки в карманы, здороваться не хочет.
- Ты что ж это нос воротишь, Братец Енот? - спрашивает Опоссум.
- Я с трусами и разговаривать не хочу, - отвечает Енот. - Ступай своей дорогой!
Опоссум разобиделся - страх.
- Кто ж это трус, нельзя ли узнать?
- Да ты, конечно, - говорит Енот. - Очень нужны мне такие приятели, что кидаются на спину и строят из себя мертвых, чуть дело дойдет до драки!
Опоссум, как услышал эти слова, ну смеяться, ну хохотать.
- Неужто ты думаешь, Братец Енот, что это я со страху? Не думаешь ли ты, что я испугался несчастного пса? И чего мне было бояться? Я ведь отлично знал, что, если я не слажу с этой собакой, ты-то задашь ей жару. Да я просто лежал и смотрел, как ты треплешь ее, и ждал, когда придет мой черед позабавиться.
Но Енот только нос наморщил:
- Рассказывай сказки, Братец Опоссум. Как дотронулась до тебя собака, ты сразу кувырнулся и прикинулся мертвым.
- Так ведь я говорю тебе, Братец Енот, что это совсем не от страху. Я одной только вещи и боюсь на свете - это щекотки. А когда эта собака ткнулась носом мне в ребра, я рассмеялся, и так разобрал меня смех, что вот не шелохнуть ни рукой, ни ногой! Конечно, ее счастье, что я боюсь щекотки, а то еще минутка, и я разорвал бы ее в клочья. Драки я не боюсь никакой, Братец Енот, но щекотка - это дело другое. С кем угодно согласен я драться, но только - чур - без щекотки.
 

- Вот с того самого дня, - продолжал дядюшка Римус, глядя, как завивается в кольца дымок из трубки, - и до сих пор так боится щекотки Братец Опоссум: тронь его только между ребер - кидается на спину и хохочет до упаду, так что не может шевельнуть ни рукой, ни ногой.
Comments