Юбилейный триптих

ПОЭТ в РОССИИ - больше чем поэт

№41 (575)
от 27.10.2009

 
Юбилейный триптих
 
 

  Торжественный вечер в честь юбилея Пермского отделения Союза художников России удался на славу: его программа была легка и приятна, артисты выступали с редкостным подъемом, да и набор выступающих был самый «джентльменский» — органистка Евгения Камянская, певица Анна Барановская, «Хорус-квартет», Уральский камерный хор… Особенно «зажигал» оркестр русских народных инструментов: в его исполнении антракт из «Кармен» прозвучал, как настоящая этническая музыка, заставляющая вспомнить, что Кармен вообще-то испанка, а Хозе — баск.

Поздравительные речи были выдержаны в подобающем гладко-пафосном стиле. Представители Российского союза художников активно благодарили пермяков за участие в первой окружной выставке «Большая Волга», а также поделились планами: в следующий раз «Большую Волгу» будут принимать Чебоксары, затем — Саранск, а потом — Пермь. Вручили Пушкинские медали, присуждаемые за выдающиеся заслуги членам творческих союзов России. Правда, чувствовалось, что, выбирая кавалеров для награждения, руководство Союза художников в детали не вдавалось и явно ориентировалось на уже существующие чины и звания: медали вручили народным художникам Евгению Широкову и Александру Зырянову (других «народных» среди пермских художников пока нет), а также председателю Пермского отделения Союза художников России Равилю Исмагилову.

Поздравить пермских художников пришли руководители всех творческих союзов Перми, но со сцены выступил лишь представитель Союза писателей Игорь Тюленев. Он, разумеется, читал стихи, причем выбрал для этого не собственные произведения, а очень подходящее случаю стихотворение Заболоцкого «Любите живопись, поэты». Правда, Тюленев не удержался от того, чтобы не добавить кое-что от себя, и посетовал, что ни губернатор, ни министр культуры поздравить художников не пришли, потому что им «интереснее возиться на куче мусора, которую устраивает Шельман, то есть Гельман». Это, пожалуй, был самый острый момент за весь вечер. Впрочем, развивать тему не стали, да и обсуждать тоже. Царило удивительное единение, атмосфера всеобщей дружбы и всепрощения.

Скульптор Алексей Залазаев на вопрос: «Разве вы не вышли из Союза художников?» ответил: «Вышел, походил и обратно пришел».

На фуршете обсуждали многое, в том числе, например, Московскую биеннале современного искусства. Пермские художники не удержались от того, чтобы съездить посмотреть на экспозицию в Центре современного искусства «Гараж», и теперь расстраивались, что в Перми современного искусства такого уровня пока не увидишь.

Наконец, каждый гость вечера получил подарок — огромный альбом-антологию, в котором собраны произведения всех 139 членов СХ, проживающих в Перми, Краснокамске, Березниках, Чайковском и даже в поселке Полазна и на станции Чайковская.

Но главными событиями юбилея были, конечно, не официальные торжества, а выставки. Их открылось сразу три.

Главная — в Центральном выставочном зале. Здесь представлена живопись и графика «мэтров», составленная по тому же принципу, что и альбом: от каждого художника — по одной-две картины; главное, чтобы никто не был забыт. Этот принцип, конечно, не способствует созданию концептуальной кураторской экспозиции, зато, если присмотреться, сразу становится ясно, что представляет собой каждый художник, поскольку картины выбраны самые показательные, самые типичные.

Главный экспонат — суперклассическое полотно Евгения Широкова «Хлеб фронту», написанное еще в 1967 году. Более знаменитой из пермских картин может считаться, наверное, только «Первый успех» Петра Оборина: об этой картине в ЦВЗ показывают фильм на специально установленном экране.

Есть в экспозиции и другие хрестоматийные произведения — например, «На Масленицу» Людмилы Зарубиной или «На дальней станции» Максима Каеткина. А также три «нументальные» скульптуры Алексея Залазаева — две металлические и деревянный идол.

Чрезвычайно приятным и трогательным выглядит зал графики: чувствуется, что пермская графика долгие годы существовала в родстве с книжным издательством и многие художники до сих пор верны призванию книжного иллюстратора. Здесь есть свои «ударные» экспонаты — например, серия из четырех листов Михаила Павлюкевича, а также триптих Станислава Ковалева по мотивам произведений Данте. Приятно было убедиться, что «сказочник» Ковалев, несмотря на преклонный возраст, находится в достойной творческой форме, разве что на мир смотрит несколько мрачнее, чем раньше… Экспозицию украшают металлические звери Рафаэля Гусейнова, брутальные и полные экспрессии, а также фантастическая птица Рустама Исмагилова, когтящая металлическую змею, в прежней своей «жизни» — водопроводную трубу.

«Железяки» Рустама Исмагилова присутствуют на всех трех выставках, являясь своего рода фирменным знаком Пермского отделения Союза художников. Переезжая из одного выставочного зала в другой, невозможно не восхититься неистощимой фантазией и остроумием молодого скульптора, но самая эффектная «железяка» расположилась в Доме художника, где проходит выставка декоративно-прикладного искусства и театральной живописи. Скульптура называется «Игрушка для доченьки» и представляет собой роскошную корову с меланхолично опущенными ушами-лопатами, огромным дойным выменем и клеймом Cowboy Mike Jackson Style на перекошенной, покрытой железными ворсинками морде.

Экспозиция в Доме художника разительно отличается от выставки в ЦВЗ. Здесь антологический принцип решительно отвергнут: каждый из мастеров театрального и декоративно-прикладного искусства представлен не одной, а многими работами, и вся экспозиция устроена как большой спектакль со своей режиссурой и умело расставленными акцентами. Чувствуется, что экспозиционер Александра Пестова творила не в одиночку, а с помощью Михаила Павлюкевича и Юрия Жаркова. Оба художника не только помогали «срежиссировать» выставку, но и дали для нее совершенно эксклюзивные произведения.

«Спас деревни Сюзево» Юрия Жаркова — великолепный парафраз на темы пермской деревянной скульптуры, в высшей степени выразительное и полное скрытых смыслов произведение, а абстрактная черно-белая серия Павлюкевича — блистательный образец минимализма в живописи и пример удачного использования ассамбляжа, то есть включения в живописное полотно «посторонних» предметов и материалов.

Пермская деревянная скульптура, пермская символика — главная тема выставки в Доме художника. Один из витражей Равиля Исмагилова так и называется — «Пермская деревянная скульптура», а Вячеслав Смирнов на своем триптихе «Танец под дождем» изобразил пермского медведя в двух ипостасях — и в «жертвенной позе», и с Библией на спине. Керамистка Наталья Корчемкина изобразила женщину-птицу в скульптуре «Пермская богиня» по мотивам пермского звериного стиля. Исмагилов-младший соорудил из металлолома «Кудым-Оша» с выразительной медвежьей мордой. И это далеко не весь перечень пермских сюжетов выставки в Доме художника.

Наталья Корчемкина и Инна Рогова выставили несколько десятков совершенно новых скульптур и панно, которые вступают в диалог с батиками Ольги Субботиной, украшающими противоположную стену. В зале возникло как бы два «полюса женственности», между которыми скромно расположилась небольшая витрина с каменными зверями Анатолия Моисеевича и Анатолия Васильевича Овчинниковых. Витрина небольшая, потому что 1 декабря Овчинников-старший будет открывать в Доме художника персональную выставку, посвященную своему 70-летию, и разделит ее с другим юбиляром — акварелистом Константином Собакиным, которому исполняется уже 80!

Если после Дома художника посетить выставочный зал во Дворце культуры им. Солдатова, где открылась выставка молодежи, можно убедиться, что новое поколение пермских художников, так же как и старшее, не боится сложных технологий и материалов, а кроме того, так же любит медведей. Здесь самый примечательный экспонат — «Iron Пух» Алексея Татаринова — Винни-Пух, состоящий из множества тонких железных треугольников.

Молодежная выставка — самая пестрая, самая эклектичная и самая спорная из всех. Здесь собраны и спокойная академическая живопись, очень мастеровитая, особенно если речь идет о портретах Марии Юсуповой и Юлии Лушниковой; и целая серия очень спорных работ Ивана Лукиных, выполненных в жанре «гиперреализма»; и множество дизайнерских разработок и эскизов плакатов. Есть даже «тотальная инсталляция» «Парк фанерной скульптуры», созданная группой молодежи под руководством Юрия Лапшина.

После этой пестроты приятно отдохнуть на персональной выставке Констан-тина Николаева в галерее «Марис-арт», открытие которой удачно совпало с юбилеем Пермского отделения Союза художников. Экспозиция удивительно ровная — и тематически, и колористически. Большинство работ совсем новые и относятся к двум большим сериям — театральной и музыкальной.

В первой главный герой — Пьеро, который предстает вне традиционного амплуа. Вот, например, «Альбом Пьеро» — триптих, представляющий собой листы из семейного фотоальбома, и мы выясняем, что старший брат Пьеро — военный, а лучший друг главного героя — цирковой борец.

В музыкальной серии действие происходит в старой Перми, уже знакомой по многим прежним работам Николаева. Здесь оркестр играет «Встречный марш» на площади перед вокзалом Пермь II, еще не обезображенным реконструкцией, а по утренним улицам шагает «Отставной барабанщик»… Все это — в привычной «николаевской» манере, когда каждый предмет, изображенный на картине, будто растворяется в полутонах.