Австралийские казаки

Австралийские казаки. Революция в России явилась причиной, на основании которой австралийское правительство наложило эмбарго на русскую казачью иммиграцию, сохранявшееся с 1917 по 1921 годы. В это время большое число русских казаков в результате завершения Гражданской войны на Дальнем Востоке оказались в Китае в роли беженцев. Они осели в Харбине, Шанхае, Тяньзине и других городах, однако многие из них не смогли здесь устроиться и вынуждены были двигаться дальше в поисках своей судьбы.

Когда в 1922 г. запрет на въезд русских казаков в Австралию был отменён, начался новый приток выходцев казаков из России на пятый континент. За период с 1920 по 1940 гг. в Австралии осели около двух тысяч русских, из которых треть считала себя казаками. В основном это были Сибирские, Забайкальские и Уссурийские казаки, перебиравшиеся из оккупированной японцами Манчжурии через Китай. Письма казаков дают тому подтверждение.

Разумеется, иммиграционная политика австралийских властей, которая диктовалась экономической ситуацией в Австралии, также влияла на динамику въезда на пятый континент. Например, в годы мирового экономического кризиса – 1929-1933 гг. – квоты на прием иммигрантов были значительно урезаны. Вследствие всех этих факторов, вместе взятых, пик русской иммиграции в Австралию пришелся на 1925 г. и середину 1930-х гг. Русские казаки прибывали на пятый континент семьями или по одиночке, со средствами и без.

Среди русских иммигрантов второй волны одними из первых в Австралии оказались казаки: оренбургские, забайкальские, остатки Ижевского полка. Самой большой была группа из 66 уральских казаков, прибывших из Китая через Шанхай и Нагасаки в Брисбен 4 ноября 1923 года. Организованно, со своими полковыми знаменами, во главе с генералом B.C. Толстовым, который лично заплатил за их проезд. После получения благоприятных сведений от товарищей в Австралию стали перебираться другие группы казаков.

Кроме участников Белого движения и других сторонников прежнего режима, так или иначе пострадавших от революции и оказавшихся в роли беженцев, в Австралию в 1920-1930-е гг. приезжали русские, давно обосновавшиеся в Китае или родившиеся и выросшие там. Число их увеличилось после захвата Маньчжурии Японией и продажи КВЖД.

Главным центром русской иммиграции в Австралии был Квинсленд, где проживало около половины русско-австралийских казаков. В основном они располагались в (40%) в Брисбене. Остальные распределялись по штатам следующем образом: Новый Южный Уэльс – 31 % (3/4 из них – в Сиднее), Виктория – 9,6 %, Западная Австралия – 5,4 %, Южная Австралия – 3,5 %, Северная территория – 1,2 % и Тасмания – 0,6 %.

Как и в предшествующий период, большинству русских иммигрантов, начинавших свою жизнь в Австралии, пришлось заниматься тяжелым физическим трудом.

Казаки-уральцы, судя по их письмам, предполагали по возможности держаться вместе и осесть на землю, арендовав подходящий участок земли. Так они и сделали, заблаговременно купив на своё имя и на свои Деньги участок земли на окраине Брисбена. Однако созданное уральцами овощеводческое хозяйство не могло прокормить шесть десятков человек, и им приходилось уезжать на сезонные работы. В Квинсленде казаки работали на фруктовых фермах близ Брисбена за 10 шиллингов в день, с апреля по август собирали хлопок, а с июля до декабря рубили сахарный тростник, 46 получая 16-18,5 шиллингов за восьмичасовой рабочий день. Причем их артели били все рекорды – пригодилась военная тренировка и умение рубить шашками.

Но постоянную, столь же хорошо оплачиваемую, работу найти было очень трудно. Поэтому некоторые уезжали на заработки в Северную территорию на постройку железной дороги. Собрав нужную сумму, казаки выписывали свои семьи из Советской России или ездили в Харбин, чтобы жениться. Мечтой многих было, скопив 1000 фунтов стерлингов, необходимых для приобретения фермы, стать самостоятельными хозяевами.

Со временем мечта осуществлялась: приобретали уже возделанные сахарные плантации или целинные участки земли, которые правительство продавало за номинальную цену в Квинсленде и в Северной территории. Фермером-хлопководом стал и атаман Толстов. Казаки с семьями стали постепенно разъезжаться, и образовались новые центры казачьих поселений. Одним из таких центров, как сообщает Н.И. Дмитровский, стал небольшой городок в 380 километрах к северу от Брисбена Кордальба, где в 1924-1934 гг. (вместе с примыкающим районом) проживало около полутораста русских, 45 семей, половину из которых составляли уральские казаки. Для поддержания и сохранения общности казаков в этом городе в начале 1930 г. была учреждена общеказачья станица.

Но постепенно, с начала 30-х годов русские стали уезжать из Кордальбы на север, где можно было по низкой цене купить большой участок земли, и к концу десятилетия здесь осталось всего пять русских семей. Общеказачья станица Северного Квинсленда, просуществовавшая со второй половины 1929 до середины 1930-х гг., была основана в Талли (225 км к северу от Таунсвилля), но с 1930 г. главным центром казачьей общественной жизнь становится Брисбен, где также была учреждена станица.

Comments