Гипноз.Из истории спецслужб.

ЦРУ и контроль за разумом. Джон Маркс. Гипноз
Гипноз более чем какой-либо иной метод контроля над разумом захватил воображение общества и возбудил различные опасения. Люди издавна мечтали о возможности использовать мощные силы гипноза с целью заставить других выполнять их волю.
Когда руководители ЦРУ приступили к реализации этой мечты в начальный период холодной войны, они пытались, подобно современным свенгали, использовать гипноз, воздействуя на не подозревающие об этом жертвы.

Одна из групп экспертов-профессионалов утверждала, что гипноз приведет к важным прорывам в шпионаже. Другая же группа придерживалась прямо противоположного мнения. Люди из ЦРУ, которые в любом случае не доверяли полностью академикам, выслушивали обе точки зрения и продолжали поиск способов применения гипноза для решения своих задач. Для них гипноз был достаточно перспективным делом, поэтому его продолжали изучать, однако поиск ответов был таким опасным и ненадежным процессом, что и через десять лет после того, как стартовала программа, руководители ЦРУ все еще продолжали искать практические способы его применения.

Крайне заинтересовался гипнозом Морзе Аллен, руководитель программы MKULTRA, первым возглавивший исследования по управлению поведением. Он прочитал о гипнозе всю литературу, которую смог достать, а в 1951 г. отправился в Нью-Йорк, чтобы пройти четырехдневный курс обучения у известного эстрадного гипнотизера. Этот гипнотизер принял близко к сердцу легенду о свенгали и обрушил на Аллена рассказы о том, как использовал гипноз, соблазняя молодых женщин. Он рассказал Аллену, что однажды убедил загипнотизированную женщину в том, что является ее мужем и что она страстно желает его. Такой обман нередко встречается в секретных операциях. На Аллена гипнотизер произвел глубокое впечатление, и он сообщил своему руководству о том, что тот утверждает, будто «проводил примерно пять ночей в неделю вне дома, занимаясь сексом».

Помимо этого, эстрадный гипнотизер объяснил Аллену, как овладеть вниманием человека и загипнотизировать его. Тот вернулся в Вашингтон более, чем когда-либо, убежденный в выгоде внедрения гипноза в программу ARTICHOKE и в необходимости создания защиты от него. Получив разрешение, Аллен решил продолжить изучение гипноза в собственном офисе. По его просьбе молодые секретарши ЦРУ задерживались после работы, и он их гипнотизировал. С удовлетворением Аллен убедился, что может заставлять их выполнять свои распоряжения. Так, он заставлял секретарш похищать секретные документы (файлы) и передавать их совершенно незнакомым людям, нарушая тем самым основные правила секретности, принятые в ЦРУ. Он заставлял их совершать кражи и поджоги. По его приказу одна из девушек отправилась в спальню к незнакомцу, а затем уснула там глубоким сном. По мнению Аллена, «такие опыты с очевидностью показывают, что, загипнотизировав людей, их можно компрометировать и шантажировать».

19 февраля 1954г. Аллен смоделировал окончательный эксперимент с использованием гипноза: создание «маньчжурского кандидата», или запрограммированного убийцы. «Жертвой» Аллена была секретарша, которую он ввел в глубокий транс и приказал спать, пока она не получит другого распоряжения. Затем он загипнотизировал другую секретаршу и приказал ей убить свою подругу, если не сможет разбудить ее, сказав, что в этом случае «ее ярость будет столь велика, что она без колебаний убьет подругу». Аллен оставил рядом с ней револьвер, а о том, что он не заряжен, секретарша не могла знать. Хотя ранее девушка выражала страх перед оружием любого рода, она взяла револьвер и «выстрелила» в спящую подругу. После того как Аллен вывел «убийцу» из транса, у нее была явная амнезия и она утверждала, что никогда бы не выстрелила в человека.

Проведя такой эксперимент, Морзе Аллен довел испытания до предельно допустимой черты, но он не был удовлетворен и убежден в том, что гипноз привел бы к столь же наглядным результатам в реальных условиях. Он считал, что ему удалось доказать только одно: впечатлительная молодая девушка выполнит приказ начальника и совершит поступок, который, по ее мнению, не приведет к трагедии. Возможно, она настолько доверяла ЦРУ как организации, а Морзе Аллену как личности, что полагала, будто он не позволит ей поступить неверно. Обстановка, в которой проводился эксперимент, позволяла считать, что не произойдет ничего преступного.

В начале 1954 г. Аллен почти сумел провести критический эксперимент. Согласно сведениям, зафиксированным в документах ЦРУ, испытуемым должен был быть 35-летний образованный иностранец, работавший ранее на дружественную секретную службу, возможно, на ЦРУ. Затем он стал оказывать услуги секретной службе другого государства, чем вызвал недовольство ЦРУ. Там решили загипнотизировать его и запрограммировать на совершение убийства. Его должны были арестовать по меньшей мере за попытку убийства, после чего с ним следовало расправиться. В сценарии, представленном оперативниками группы ARTICHOKE, было несколько неувязок. Во-первых, предполагалось, что подопытный не будет осведомлен об их планах, а опыта погружения в транс еще не существовало. Во-вторых, в распоряжении группы ARTICHOKE был бы только ограниченный срок, поскольку подопытного предстояло похитить в общественном месте. Аллен понимал, что, возможно, потребуются месяцы усилий на подготовку этого человека к выполнению сложной секретной операции. Вероятность того, что он приступит к ее проведению всего лишь после одной команды, была весьма мала. Однако так велико было желание участников проекта ARTICHOKE приступить к эксперименту, что они были готовы рискнуть даже в таких неблагоприятных условиях: «Окончательный ответ заключался в том, что, поскольку успешное осуществление попытки убийства не играло существенной роли, при надлежащем одобрении руководства ARTICHOKE было решено провести запланированный опыт, несмотря на сложные обстоятельства и наличие серьезных помех».

Эта операция так и не была проведена. Настойчиво стремясь к ее реализации, Аллен пытался получить длительный доступ к таким подопытным, как двойные агенты и перебежчики, а ему разрешали работать с ними один или два дня. При этом не каждый двойной агент был пригоден для эксперимента. Кандидат должен был быть человеком. легко поддающимся гипнозу; помимо этого, он должен был относиться к людям, способным к частичному расщеплению сознания. Предполагалось, что он сможет вообразить себе некое состояние эго, например, представит себе воображаемого товарища детских игр и выстроит отдельную личность, неизвестную первой. Гипнотизеру предстояло общаться непосредственно с этим шизофреническим образованием, приказывать ему совершать конкретные поступки, о которых ничего не знала бы основная личность. Между обеими личностями неизбежно должно было происходить общение, особенно во сне; но если гипнотизер был достаточно умен, он мог встраивать в сознание гипнотизируемого оправдания и предохранительные клапаны, препятствующие совершению им непоследовательных поступков.

На протяжении весны и лета 1954 г. Аллен добивался разрешения на осуществление того, что он называл «окончательными экспериментами» с гипнозом, например, эксперимента по следующему сценарию:

Руководство ЦРУ должно было произвести вербовку агента в одной из дружественных стран, где можно рассчитывать на сотрудничество местной полиции. Связникам ЦРУ следовало научить этого агента выступать в качестве приверженца левых убеждений и сообщать о деятельности местной коммунистической партии. В процессе обучения умелый гипнотизер должен был гипнотизировать его под видом лечения (что являлось излюбленным прикрытием ARTICHOKE при гипнозе). Затем гипнотизеру предстояло сообщить агенту некую информацию и приказать забыть об этом приказе при выходе из транса. После надлежащей подготовки он должен был начать действовать в качестве шпиона ЦРУ. Далее от руководства ЦРУ в местную полицию должно было поступить сообщение, согласно которому данный человек являлся опасным агентом коммунистов, после чего его бы арестовали. Через свои каналы связи с полицией оперативники ЦРУ могли следить за допросами и даже направлять их. Таким способом они могли получить ответ на многие вопросы в отношении разумного «подопытного кролика», полагающего, что его жизни угрожает опасность. В частности, создателей программы ARTICHOKE интересовало, насколько прочной будет амнезия в случае применения пыток и можно ли прорвать ее с помощью наркотиков. В одном из документов ЦРУ отмечалась даже возможность использования другого гипнотизера, который должен попытаться снять приказ первого. Возможно, самый циничный элемент всей схемы присутствовал в конце сценария: «В случае, если агент признает свою связь с американской разведкой, мы: а) полностью будем отрицать это и рекомендуем его ликвидировать, или b) предположим, что агент был послан другой американской службой, и будем допрашивать его совместно с разведывательной службой данной страны».

По этому сценарию предполагалось провести полевые испытания летом 1954 г. Операция достигла стадии, когда из центра ARTICHOKE в Вашингтоне за океан поступило сообщение, что «для “окончательного эксперимента” назначены время, место и люди». Затем поступило другое сообщение, в котором выражалось сожаление «о недостаточном числе» испытуемых. И тут в документах появляются пробелы. В протоколах одного из совещаний рабочей группы ARTICHOKE записано, что некий высокопоставленный сотрудник ЦРУ (вероятно, руководитель центра ЦРУ в той стране, где предполагалось проведение экспериментов) имел определенные сомнения. Один из участников встречи, возмущенный препятствиями, заявил, что если этот человек не изменит своей установки, то руководители ARTICHOKE потребуют, чтобы сам директор распорядился продолжить эксперименты.

Хотя краткосрочные допросы ничего не подозревающих испытуемых с использованием наркотиков и гипноза (обработка по типу «А») продолжались, наиболее сложные эксперименты так и не проводились в рамках программы ARTICHOKE. К концу 1954 г. Даллес передал исследования, связанные с проблемами управления поведением человека, из рук Морзе Аллена Сиду Готлибу и людям из MKULTRA. Аллен прямо шел к созданию «маньчжурского кандидата», считая это вполне достижимой целью. Руководители MKULTRA были столь же сильно заинтересованы в управлении людьми, но они не очень-то верили в метод, разработанный Алленом. Для них «маньчжурский кандидат» был фигуральным выражением. Они не отказывались от мечты, но шли к ней более медленным шагом, надеясь на постепенный успех. Как отмечает Джон Гиттингер, специалист MKULTRA по гипнозу, «по конкретному индивиду прогнозируемый абсолютный контроль невозможен. Любой психолог, психиатр или священник может добиться контроля над личностями определенного типа, однако это не поддается точному прогнозу». Гиттингер добавляет, что не смотря на свою веру в возможность обеспечения контроля, он должен был дать «хорошую встряску» людям, желавшим проверить противоположные идеи.

К тому времени Готлиб и его коллеги работали над гипнозом в течение двух лет. Они провели несколько основных экспериментов внутри организации, как и Морзе Аллен, но главную часть работы передали молодому ученому из Университета штата Миннесота Олдену Сирсу. Чтобы разобраться в природе гипноза, Сирс, который позднее перешел вместе со своим проектом, связанным с ЦРУ в Денверский университет, использовал для проведения опытов студентов. Среди прочего он рассмотрел несколько проблем, которые могли послужить строительным материалом для создания «маньчжурского кандидата». Мог ли гипнотизер создать такую управляемую им личность? Можно ли было послать подопытного на задание, о котором он бы не помнил до получения сигнала от гипнотизера? Сирс, который позднее стал методистским священником, отказался обсуждать методы, которые он использовал при создании вторых личностей[1]. В 1957 г. он писал, что эксперименты, которые необходимо проводить, «невозможно было выполнить при университетах». В отличие от Морзе, он не хотел осуществления «окончательного эксперимента».

Милтон Клайн, психолог из Нью-Йорка, утверждающий, что тоже не хотел нарушать этические нормы, но уверенный, что к этому стремилось ЦРУ, служил в качестве неоплачиваемого консультанта у Сирса и при проведении других исследований ЦРУ. Результаты, полученные Сирсом и другими, не убедили его в невозможности создания «маньчжурского кандидата». По словам Клайна, «это не может сделать каждый, это нельзя сделать всегда, но это возможно».

Работавший ранее президентом Американского общества клинического и экспериментального гипноза, Клайн был одним из многочисленных внешних экспертов, с которыми вели переговоры Гиттингер и его коллеги. Другие консультанты со столь же впечатляющими званиями придерживались противоположных взглядов. Ни в одной из других областей науки о поведении человека не было такого расхождения по основным вопросам. Как говорит Гиттингер, «можно было найти эксперта, который соглашался бы со всеми. Поэтому мы и пытались учесть мнение всех».

Люди из программы MKULTRA говорят, что они получали чрезмерно большое число неожиданных предложений, связанных с проблемами использования гипноза. По воспоминаниям некоего ветерана, «оперативники просили нас о легких решениях. Поэтому у нас имелся список причин, объясняющих, почему нельзя использовать предлагаемые идеи. Затрачивалось много времени на сообщение молодому автору такого предложения о том, что оно не может быть принято и использовано в работе. Этот ветеран приводит следующий пример. Оперативники ЦРУ затрачивали много времени и денег на обслуживание тайников (потаенных мест для передачи почты, среди которых могут быть дупла деревьев) в Советском Союзе. В случае ареста почтальона существовала опасность, что он выдаст тайники. Поэтому люди из ЦРУ предложили, чтобы в TSS нашли возможность гипнотизировать почтальонов, что позволило бы тем выстоять на допросах и пытках.

Морзе Аллен стремился к проведению «окончательного эксперимента» с целью проверить, продержится ли гипнотически внушенная амнезия в случае пыток. Гиттингер говорит, что, насколько ему известно, такой эксперимент так и не был проведен. Он говорит: «Мне все еще хочется думать, что мы достаточно человечны и именно поэтому мы этим не играли». Такой эксперимент мог быть проведен, как и предлагал Аллен, с помощью дружественной полиции в такой стране, как Тайвань или Парагвай. Во всяком случае, в 1962 г.[2] сотрудники ЦРУ обсуждали совместную работу по гипнозу с зарубежной секретной службой. Нельзя сказать, пошли ли они дальше.

Допуская, что амнезия сохранится, этот ветеран MKULTRA говорит, что проблема заключалась в том, как «запустить» ее механизм. Возможно, что программирующей фразой может служить русское обращение «Вы арестованы», но как быть, если при аресте почтальона полиция не использует эти слова? Возможно использование физического ощущения при надевании наручников, однако такой же эффект может оказать и металлический часовой браслет. В соответствии с высказыванием ветерана, отвлеченно говоря, схема выглядела привлекательно, но на практике не удалось найти надежного способа запустить амнезию. И он говорит: «Вы вынуждены исходить из того, что при аресте будет что-то произнесено».

Руководство MKULTRA, включая Гиттингера, рекомендовало применение гипноза в полевых экспериментах по меньшей мере в одном случае. В 1959 г. важный двойной агент, работавший за пределами родной страны, сказал своему связнику из ЦРУ, что он боится вернуться домой, ибо опасается, что не сможет устоять в условиях жестких допросов, которые его правительство проводит в отношении возвращающихся на родину агентов. В Вашингтоне оперативники предложили руководству TSS использовать гипноз, поддержанный наркотиками, для закрепления установки агента. Они понадеялись на то, что смогут создать у него «способность или необходимую волю» выстоять в процессе допросов.

Руководитель MKULTRA (почти, наверное, Гиттингер) провел в течение двух недель ряд встреч с оперативниками и написал, что данный агент «лучше, чем любой другой человек» поддавался гипнозу, но его целью был уход из разведки. Дело в том, что агента «можно, вероятно, убедить хотя бы однажды вернуться в родную страну, применив какой-либо выбранный метод, в том числе гипноз, но при этом возможна его перевербовка». Руководитель MKULTRA далее заметил, что, скорее всего, гипноз не может вызвать «целесообразную с оперативной точки зрения» степень амнезии на события недавнего прошлого или на само гипнотическое воздействие, что, вероятно, агент может противостоять обычным допросам... если это будет ему выгодно».

Из центра MKULTRA все же рекомендовали ЦРУ, несмотря на сравнительно отрицательные перспективы гипноза, продолжить исследования. В этой операции присутствовал механизм проверки, поскольку прочность гипноза можно было проверить и до возвращения агента. Помимо того, люди из программы MKULTRA понимали, что «в этой операции можно было приобрести ценный опыт, который повысил бы возможности ЦРУ в последующих операциях». В результате гипноз будет применен не механически, а в качестве средства, способствующего мотивации агента.

Поскольку в предложенной операции предусматривалось использование гипноза и наркотиков, окончательное решение могло быть принято комитетом секретных служб высшего уровня, во главе которого стоял Ричард Хелмс. Разрешение не было получено.

В июне 1960 г. руководство TSS создало широкую экспериментальную программу по гипнозу совместно с руководством контрразведки ЦРУ. Во главе контрразведки стоял легендарный Джеймс Энглтон — прототип Сэксонтона — главного героя пьесы Летама «Орхидеи для мамы» — и Веллингтона в пьесе Виктора Марчетти «Канатоходец». Контрразведка возглавила некоторые наиболее секретные операции ЦРУ, включая нелегальные шпионские операции против американских диссидентов. Руководители контрразведки писали, что программа гипноза могла обеспечить «потенциальный прорыв в технологии секретных операций». Их договоренность с TSS состояла в том, что люди из MKULTRA разработают метод в лаборатории, а они займутся полевыми испытаниями.

Программа контрразведки преследовала три цели:

быстрое гипнотизирование не подозревающих об этом людей;

создание длительной амнезии;

внушение длительной и оперативно полезной постгипнотической суггестии*.

* Эффект постгипнотической суггестии проявляется в таком последующем поведении подвергшегося гипнозу человека, когда он, осуществляя внушенные ему поступки, не догадывается об их истинных причинах, одновременно приписывая себе более правдоподобные мотивы их совершения. — Науч. ред.

ЦРУ не публиковало информацию о полевых испытаниях по двум последним из перечисленных целей, которые, несомненно, являются строительными блоками при конструировании «маньчжурского кандидата». Руководители ЦРУ предоставили только один прошедший цензуру документ по первой цели — быстрому гипнотизированию.

В октябре программа MKULTRA предоставила 9 тыс. долл. внешнему консультанту на разработку быстрого гипнотизирования не подозревающего об этом человека. По словам Гиттингера, процесс состоял в том, что «к сидящему человеку неожиданно подходил гипнотизер, накладывал ему на лоб руку и приказывал заснуть». Этот метод фантастически срабатывал на некоторых людях, в том числе на совершенно нечувствительных к иным методам, и в то же время не действовал на других. Как замечает Гиттингер, который, по его словам, ничего не знает о полевых испытаниях, «точный прогноз был невозможен».

Испытание, упомянутое в единственном имеющемся документе, было проведено не ранее июля 1963 г. — через целых три года после начала экспериментальной контрразведывательной программы. ЦРУ утверждает, что в течение этого периода другие полевые испытания не проводились. По словам сотрудника ЦРУ, принимавшего участие в этом испытании, из центра контрразведки в Вашингтоне попросили центр ЦРУ в Мехико найти кандидата, пригодного для эксперимента с быстрым погружением в транс. В центре предложили не очень ценного агента, которого, как подозревали, завербовала советская разведка. Из Вашингтона прилетел сотрудник контрразведки, а из Калифорнии прибыл консультант по гипнозу. Под каким-то предлогом наш источник и другой связник привели этого агента в мотель. Сотрудник ЦРУ рассказывает: «Я сообщил ему, что начальник хочет его увидеть, дать ему больше денег». В соседней комнате ожидал консультант. В назначенное время оба связника осторожно усадили агента, а затем уложили его вместе со стулом на пол. Предполагалось, что в этот момент вбежит консультант и загипнотизирует агента. Но ничего не произошло. Консультант застыл, не в силах выполнить задание. Говорит сотрудник ЦРУ: «Вообразите себе наше положение. Мы объяснили агенту, будто услышали шум, испугались за него и уложили на пол, чтобы его защитить. Он так хотел получить деньги, что охотно поверил нашим словам».

Существует, конечно, огромная разница между ограниченной целью этой несостоявшейся операции и операцией, целью которой являлось создание «маньчжурского кандидата». Ветеран MKULTRA утверждает, что ни он, ни его коллеги не были заинтересованы в создании запрограммированного убийцы, поскольку знали, что это вообще не сработает, а также в связи с невозможностью осуществления полного контроля. По его словам, «если у вас стопроцентный контроль, то у вас будет и стопроцентная зависимость. Если что-то случится, а вами это не было запрограммировано, то у вас возникнет проблема. Если вы попытаетесь повысить гибкость, то понизится контроль. В той степени, в которой вы предоставляете выбор агенту, вы утрачиваете контроль». Он признает, что часами вместе со своими коллегами обсуждал все аргументы за и против «маньчжурского кандидата», добавляя: «Естественно, мы обсуждали вопросы, касавшиеся Кастро. Ставился вопрос о возможности довести человека до такого состояния, что он пойдет и убьет его». В итоге они пришли к заключению, что существуют более надежные способы убивать людей. Гиттингер заявил: «Поддающихся гипнозу людей можно заставить делать то же самое другими способами, и ничего нельзя добиться от не поддающихся гипнозу, поэтому все не имеет смысла».

Единственное преимущество при использовании загипнотизированного киллера заключается в том, что он не будет знать, кто приказал ему спустить курок. Однако, по крайней мере в случае с Кастро, кубинский лидер знал, кто преследует его. Помимо того, вокруг было много людей, согласных заключить контракт на убийство Кастро. По словам ветерана MKULTRA, «хорошо подготовленный человек мог выполнить это без всякого “шаманства”». Обращаясь к мафии в поисках исполнителя, руководители ЦРУ в любом случае получали киллеров с встроенным механизмом амнезии, который не имел ничего общего с гипнозом[3].

Ветеран MKULTRA приводит много причин, позволяющих думать, что ЦРУ никогда не пыталось реализовать операцию с использованием «маньчжурского кандидата», но признается, что точных сведений не имеет[4]. Проведение «окончательного эксперимента» во всяком случае сопровождалось бы невероятной секретностью. Однако представляется, что рассуждения, которые заставили Сида Готлиба рекомендовать испытание сильных наркотиков на не подозревающих об этом людях, должно было привести к осуществлению подобных экспериментов, если и не к попыткам создать «маньчжурского кандидата», используя некоторые строительные блоки или менее антисоциальные действия. Даже если люди из MKULTRA не считали, что гипноз может сработать успешно, это соображение не помешало бы им испытать ряд других методов. Руководитель мог даже исходить из необходимости принятия защитных мер: он должен выяснить, не смогут ли русские подсадить «спящего» киллера, не подозревающего о внушенном ему с помощью гипноза задании, подобного описанному в романе Ричарда Кондона.

Если сценарий с убийцей и представляется преувеличением, то Готлибу все же хотелось узнать, какие еще методы могли бы применить русские. Несомненно, он мог найти испытуемых, которыми было бы не жаль пожертвовать, подобно тому как он и Морзе Аллен уже делали в других экспериментах, связанных с управлением поведением. И даже если люди из MKULTRA действительно «удержались», то маловероятно, чтобы Джеймс Энглтон и его контрразведчики поступили бы подобным образом, если бы им показалось, что они находятся на грани «прорыва» и использования совершенно новой технологии ведения секретных операций.

Примечания

[1] Сирс по-прежнему утверждает, что полагал, будто имеет дело всего лишь с частным фондом (фондом Гешиктера), что он совершенно не подозревал об участии ЦРУ в финансировании его работы. Однако в одном из документов ЦРУ в проекте MKULTRA говорится, что он «знал о действительных целях проекта». Более того, Сид Готлиб привез его в 1954 г. в Вашингтон, чтобы продемонстрировать гипноз группе руководителей ЦРУ.

[2] В ответ на мое требование предоставить информацию в соответствии с Законом о свободе информации ЦРУ категорически отказалось предоставить доступ к документам, касающимся экспериментов с гипнозом и психоделическими наркотиками, проводившихся совместно с зарубежными разведками. Отказ был обоснован тем, что публикация таких документов раскрыла бы источники и методы разведок, запрещенные законом. Эксперимент с гипнозом так и не был проведен, согласно документу, который ЦРУ вынуждено было предоставить, объясняя свой отказ.

[3] Говоря о взаимоотношении между ЦРУ и толпой, автор, Роберт Сэм Энсон, пишет: «Это было неизбежно: джентльмены, желавшие быть киллерами, постепенно превращались в киллеров, желавших быть джентльменами».

[4] Ветеран признает, что ни один из используемых им против подготовленного убийцы аргументов нельзя применить к запрограммированному простачку (patsy), которого гипнотизер может провести через серию последовательных, но не связанных между собой событий: посещение магазина, разговор с почтальоном, драка во время политического митинга. Подопытный будет помнить все, происшедшее с ним; амнезия коснется только того факта, что гипнотизер приказал ему совершить эти поступки. В его жизни не будет несоответствия, которое могло бы развалить попытку гипнотизера создать вторую личность. Цель этих поступков состоит в том, чтобы оставить за собой след, который заставит администрацию поверить в то, что простачок совершил конкретное преступление. Слабость такого подхода состоит в том, что амнезия может не устоять при допросе в полиции, но это не сыграет существенной роли, если полиция не поверит в неправдоподобную историю о том, что его загипнотизировали, или если его расстреляют за попытку оказать сопротивление при аресте. Эксперт по гипнозу Милтон Клайн говорит, что может создать запрограммированного простачка за три месяца, а на подготовку убийцы ему потребуется шесть месяцев.
Источник нажать здесь
Comments