# 0001 2011 год. Июнь. Отказ от гражданства Украины.

«Гражданство Украины - правовая связь между физическим лицом и Украиной,
которая находит свое проявление в их взаимных правах и обязанностях»
   
Статья 1. Определение терминов.    

Сначала немного видео:

YouTube Video

YouTube Video


Меня зовут Александр Медник. Мне 50 лет. Я живу в г. Днепропетровск, Украина.

Я не журналист и не экс-премьер министр, я - обыкновенный человек и поскольку беззаконие и произвол, носят, на Украине, массовый характер, значит эти самые беззаконие и произвол, в отношении меня, никого не интересовали и не интересуют.

Примерно с 1992 года я стал подвергаться преследованиям, в результате чего, в 1995 году я, без достаточных оснований, был арестован и находился под стражей 111 суток, часть из которых, после окончания санкции на мой арест.

Затем, в 2000 году, пытаясь уехать на Запад, я получил справку о «судимости», хотя, никто и никогда не предъявлял мне никакого обвинения и я никогда не был в суде, и из-за этой справки, в течение многих лет я не могу легально покинуть Украину – «судимость» закрыла мне дверь в Свободный мир.

Не имея никаких юридических знаний, я пытался «договориться», найдя какого либо адвоката или продажного чиновника, чтобы он взял взятку и дал бы мне возможность просто уехать, покинуть эту проклятую страну - Украину, но все мои попытки ничем не заканчивались.

Начиная с 2006 года, я сам стал немного разбираться в юриспруденции и сам стал писать заявления о беззаконии, последовательно, обращался в милицию, органы прокуратуры, суд, к украинским властям, к президенту Януковичу, во всевозможные организации, декларирующие себя, как правозащитные, а так же, к самим правозащитникам, я обращался в средства массовой информации и... никакого результата я не добился, да что там, результата... мне просто не отвечали на мои обращения, вот и всё. Нет никаких обязательств ни у правозащитных организаций, ни у прессы, по защите прав человека. На основании своего жизненного опыта я сделал вывод, что две действительные функции, которые они выполняют на Украине – это получение соответствующих грантов и создание видимости борьбы с беззаконием, что на саму проблему защиты прав человека, в общем случае, никакого влияния не оказывает, а в таком, полицейском государстве, каковым является Украина, выполняет совершенно противоположную функцию, ещё более покрывая беззаконие, ещё более развязывая руки всевозможным полицейским структурам.

Будучи, в течении всей жизни, лишённым своего неотъемлемого права на квалифицированную юридическую помощь, все эти годы я пытался найти адвоката, защитника, но любого адвоката, к которому я обращался, на Украине, интересовали только два вопроса: кто мои враги и где, сколько и какого, у меня имеется имущества.

Я не доверяю адвокатам на Украине: меня арестовали в присутствии одного из таких адвокатов, а другой, такой адвокат, потребовал, чтобы я написал расписку о том, что не имею претензий к тем, кто заказал уголовное дело против меня и разворовал имущество моей фирмы.

Я обращался и к зарубежным адвокатам, известным своими громкими делами и заявлениями, в Израиле и в России, но как только произносилась волшебная фраза «права человека», я, немедленно, получал напутственный совет и... отказ.

В качестве эксперимента, 21 и 22 июня 2011 года, я обратился во все адвокатские конторы, находящиеся центре Киева, поблизости от офиса Н. Карпачёвой, но как только я произносил слова - «права человека», мне заявляли: «Мы такими делами не занимаемся».

В общем, 21 июня 2011 года, утром, приехав в Киев, я пришёл на ул. Институтскую 21/8, в офис Уполномоченного Верховной Рады Украины по правам человека, Н. Карпачёвой, пришёл по вопросам связанным с многолетним нарушением моих прав: незаконным арестом, незаконным, в пыточных условиях, содержанием под стражей и последующим, 19-ти летним преследованием, с целью принудить меня самого, самостоятельно, признать себя виновным, без доказательств моей вины, самостоятельно, признать самого себя судимым, без суда и без приговора, а так же, погружая меня, всевозможными, известными со времён инквизиции, Гестапо и НКВД, способами, в страх, вынудить меня бежать в другую страну, бросив всё, что у меня есть, украинским милиционерам, или же лицам, которых украинские милиционеры, на протяжении ряда лет, предлагают мне, в качестве субъектов, которым я, по мнению украинских милиционеров, мог бы довериться.

Сначала, в холле здания на Институтской, примерно 30 минут, я наблюдал сценку, разыгранную оперативниками, поехавшими следом за мной из Днепропетровска, сопровождать меня, чтобы я, ни дай бог, без их контроля, никуда не зашёл и ничего лишнего не наговорил, а затем, меня принял Павел Филимонович Евтушенко, который, не пожелав ознакомиться с имеющимися у меня доказательствами фактов беззакония и запугивания, в процессе беседы, заявил мне, что если представителям власти, каким угодно способом, т.е. оказанием на меня физического и психологического давления (ст.40 Уголовного Кодекса Украины), удалось воспрепятствовать мне обращению в суд, для защиты и восстановления моих прав, то значит, я сам и виноват, во всём том, что со мной происходит.

Столкнувшись с таким, откровенным цинизмом, демонстративным пренебрежением к моим основным и неотъемлемым гражданским правам, в государственной организации, объявленная и декларируемая функция которой – защищать эти самые права, а не бесправие, я принял окончательное решение – отказаться от гражданства Украины.

В статье 1 Закона Украины «О гражданстве Украины» термин «гражданство Украины» определяется, дословно, как «правовая связь между физическим лицом и государством Украина, которая находит свое проявление в их взаимных правах и обязанностях».

Из прилагаемых мной документов видно, что на Украине у меня нет и никогда не было, никаких прав, а у государства Украина, нет и никогда не было, никаких обязанностей передо мной. Между человеком, Александром Медником и государством Украина никогда не существовало правовой связи. Государство Украина с позиции хозяина – рабовладельца, на протяжении все моей жизни, абсолютно произвольно, жестоко и цинично распоряжается мной, моей жизнью и жизнями тех, кто мне дорог. Что же касается принадлежащего мне имущества, то оно, на протяжении всей моей жизни, подвергается непрерывному разграблению и демонстративному уничтожению, а милицейские провокаторы монотонно навязывают мне мысли о том, что в связи с тем, что я – еврей, то всё моё имущество принадлежит не мне, а украинцам, а я распоряжаюсь им лишь временно, пока оно, по исконному, историческому праву, не перейдёт своим «законным» хозяевам.

Исходя из определений Закона Украины «О гражданстве Украины» я сделал вывод, что являлся гражданином Украины лишь формально, а не объективно. Объективно же, для Украины, я не являюсь ни гражданином, ни субъектом права вообще, потому что, как видно из прилагаемых документов, беззаконие, в отношении меня, носит многолетний, всесторонний и произвольный характер.

Я заявил об этом Евтушенко, но он сказал мне, что в нашей стране, Украине, такие вопросы решает только один человек и многозначительно показал глазами вверх.

На следующий день, 22 июня 2011 года, я, письменно, поставил в известность офис Карпачёвой о том, что я отказался от гражданства Украины и уехал в Днепропетровск.

Через 2 дня, 24 июня 2011 года, я обнаружил в своём почтовом ящике ответ, в котором, государственные служащие, прямые и непосредственные обязанности которых – защита прав человека, нарушив, прежде всего ст. 3 Конституции Украины, отказавшись принимать к сведению сообщение о моём волеизъявлении, не быть гражданином Украины, поставили меня в известность о том, что я – раб.

Игнорирование прямого заявления человека об отказе от гражданства – фактически является признанием рабства.

В Законе Украины «О гражданстве Украины» не предусмотрена процедура отказа от гражданства, по инициативе человека, а это грубое нарушение основных, неотъемлемых прав и свобод человека, закреплённых за каждым человеком, устанавливающими право, документами ООН.

Кроме того, ответ Уполномоченного Верховной рады Украины, нарушает статью 19 Конституции Украины: «... Никто не может быть принуждён выполнять то, что прямо не предусмотрено законодательством.» и кроме того, провозглашает президента Украины В. Януковича - рабовладельцем, у которого, якобы, нужно выпрашивать или выкупать свою свободу.

Но, в общем, сами факты прямого нарушения Конституции Украины и открытого признания рабства в заявлении омбудсмена украинского парламента, достаточно полно характеризуют состояние с правами человека на Украине.

Я – не раб, я не принадлежность чего бы то ни было, в том числе и Украины, и гражданство Украины – не синоним рабства, не рабская, против моей воли, зависимость меня от Украины, не пожизненное моё поражение в правах.

Формальной повод, ведущейся ООН борьбы, против лиц без гражданства, не может препятствовать мне в отказе от гражданства, потому что ни один документ ООН, ни какая либо часть такого документа не могут быть истолкованы или же использованы, как повод или основание, для ограничения прав человека, о чём прямо и непосредственно написано в любом таком документе.

https://goo.gl/fMXazn

Копии документов