PALACE IN TBILISI:IT'S PAST AND PRESENT

ДВОРЕЦ В ТБИЛИСИ: ПРОШЛОЕ И НАСТОЯЩЕЕ
 Photos: © n.mateshvili

История этого дворца начинается с  генерала князя П.Д.Цицианова, при котором началось его строительство. Архитектором дворца был Н.Семенов. В этом дворце жили все главноначальствующие  и наместники на Кавказе. При советской власти, в 30-х годах, дворец был отдан детям и стал называться Дворцом пионеров и школьников. Ниже очень немного об обитателях этого дворца на протяжении почти 120 лет. 


Князь П.Д.Цицианов


 

Генерал Павел Дмитриевич Цицианов (Цицишвили)

Был главноначальствующим в Грузии в 1802-1806 годах.

 Князь ЦициановПавел Дмитриевич — генерал от инфантерии, главнокомандующий в Грузии, астраханский военный губернатор, сын князя  Дмитрия Павловича, родился в Москве 8 сентября 1754 г. и по обычаю своего времени еще в детстве, семи лет от роду, был записан в военную службу — капралом в лейб-гвардейский Преображенский полк....Отличившегося во многих военных кампаниях генерала,  в 1795 г. , когда начались  военные действия с Персией, Екатерина II выбрала  в помощники главнокомандующему графу Зубову. Сохраняя звание шефа Санкт-Петербургского полка, Цицианов отправился в Закавказье и 1796—1797 гг. провел в Баку, где состоял комендантом крепости. Между прочим, тогда он познакомился и даже подружился с Гуссейн-Кули-ханом, впоследствии  вероломно лишившим его жизни.

Император Александр Первый отозвал назначенного Павлом I главнокомандующего на Кавказе Кнорринга и, 9 сентября 1802 г. назначил астраханским военным губернатором и главноначальствующим в Грузии князя Цицианова. 

Нынешний подъем Бараташвили был прорублен в скале солдатами Цицианова и носил название Цициановского .

 

 

 

 

Генерал-фельдмаршал граф Иван Васильевич Гудович

(1806-1809).

В 1806-1809 был назначен императором Александром Первым главнокомандующим в Грузии и Дагестане. Дорога, проложенная саперами генерала Ермолова к подножию горы Святого Давида (Мтацминда) , потом ставшая улицей, называлась улицей Гудовича (потом Чонкадзе)

 

Генерал граф Александр Петрович Тормасов

Главнокомандующий в Грузии и на Кавказской линии (1809-1811)

 

Граф Филиппо Паулуччи

Главнокомандующий на Кавказе в 1811-1812 годах.

О графе Филиппо Паулуччи можно прочесть в:

http://zhurnal.lib.ru/t/tegjulx_m/pers35-2.shtml

 

Генерал Николай Федорович Ртищев 

В 1812-1816 в Тифлисе

"Николай Федорович Ртищев, деятельность которого на Кавказе затмила фигура Ермолова, выдержал в этом регионе серьезную нагрузку. Ему удалось выиграть русско-персидскую войну 1806 - 1813 годов, подписать 12 октября 1813 года с Персией Гюлистанский мир, по которому она отказалась от притязаний на Дагестан, Грузию, Имеретию, Абхазию, Мингрелию и признала российские права на Карабахское, Ганджинское, Шекинское, Ширванское, Дербентское, Кубанское, Бакинское и Талышинское ханства. Успехи, достигнутые им, как писал известный кавказовед Ад. Берже, «были тем замечательнее, что высшее правительство наше, занятое политическими замешательствами в Европе и войною России с Наполеоном, естественно не могло уделять южной своей окраине того внимания, которого требовали обстоятельства времени. Все эти причины влекли за собою то, что Ртищев был, так сказать, предоставлен самому себе и тем средствам, какие находились в его распоряжении. И действительно, он не только не мог рассчитывать на новые подкрепления его войсками, но даже по делам меньшей важности, бывал вынужден приносить жалобы императору Александру на встречаемое к себе со стороны министров равнодушие». Правда, он приступил к цивилизованному обустройству Кавказа, стал превращать Тифлис - административный и политический центр Тифлис в европейский город, ввел в оборот российские ассигнации и многое другое".

 http://www.kavkazweb.net/forum/

«В последний год командования его случилось, однако, малоизвестное, но весьма любопытное обстоятельство, чуть-чуть не поведшее было к волнениям в самом Тифлисе. В крае учреждалась тогда особая грузино-имеретинская синодальная контора, долженствовавшая начать собой новую эру духовного управления в Грузии. По примеру московской синодальной конторы предполагалось в новом учреждении поставить на президентском месте императорский трон, но трона в Грузии не было, и возникла мысль поставить вместо него царское кресло, присланное Георгию XIII императором Павлом в числе прочих царских регалий. И вот в Тифлисе начали говорить, что синодальная контора будет представлять собой верховный суд, в котором, как выражается донесение Ртищева, "восстановятся прежние права и власть царская"...

Слухи и толки росли, и злонамеренные личности пользовались этим обстоятельством, проводя в народную массу мысль, что главнокомандующий уже ничего не значит, что есть выше его учреждение из местных духовных лиц, что, наконец, может возвратиться и царское правление. Ртищев, чтобы отнять самый повод к разговорам, приказал кресло в конторе не ставить. И когда жалобы на него по этому поводу в Петербурге не имели успеха, волнения и слухи мало-помалу прекратились.

....................................................................................................................................................................................................

Между тем долговременная служба, преклонные лета и болезнь заставили Ртищева просить увольнения от должности. Государь исполнил желание маститого старца, и высочайшим приказом двенадцатого октября 1816 года Ртищев отчислен по армии, а на его место главнокомандующим в Грузию назначен генерал-лейтенант Алексей Петрович Ермолов, начавший собой совершенно новый период кавказской войны». В.А.Потто. "Кавказская война".

 

Одна из улиц Сололаки носила имя генерала Ртищева, называлась Ртищевской. Потом она стала улицей Джапаридзе.

 

Петр Захаров-Чеченец. Генерал Алексей Петрович Ермолов

(1816 - 1827)

"В 1819 во время Кавказской войны русские солдаты в чеченском ауле  Дады-Юрт, предварительно подвергнутом артиллерийскому обстрелу, нашли мёртвую женщину и умирающего трёхлетнего ребёнка.Главнокомандующий генерал  Алексей Петрович Ермолов приказал армейским медикам сделать всё возможное, чтобы спасти ребёнка. Мальчик выжил и был отдан на воспитание казаку Захару Недоносову, у которого воспитывался до 1823.  По имени казака ребенок получил свою фамилию и отчество. Позже Пётр добавил слово «Чеченец» к своей фамилии.Затем его взял на воспитание генерал Петр Николаевич Ермолов. В раннем возрасте мальчик стал проявлять способности к рисованию. Уйдя в отставку и переехав с семьёй в Москву, Ермолов отдал своего приёмного сына на обучение к художнику-портретисту Льву Волкову. В  1833 году Петра Захарова зачислили вольнослушателем в  Петербургскую Академию художеств. В 1836  году он окончил Академию художеств, получил аттестат  и звание свободного художника.Затем, вплоть до своей ранней кончины в возрасте около 30 лет, жил в столице. В эти годы он стал академиком Императорской Академии художеств".

История чеченского мальчика послужила  Михаилу Юрьевичу Лермонтову для написания поэмы "Мцыри"

"Генерал Алексей Ермолов был личностью, безусловно, незаурядной. Его бесспорные успехи на Кавказе во многом объяснялись не только тем, что он хорошо ориентировался в обстановке и не боялся принимать самостоятельные решения, но и тем, что он оказался одним из немногих русских главнокомандующих на Кавказе, кто хорошо разбирался в психологии горцев и мусульман. Кстати, сам Ермолов очень часто и с удовольствием вспоминал, что ведет свой род от знатного татарского мурзы Арслана ( потомка Чингиз-хана), и свое поведение на Кавказе, образ жизни выстраивал подчеркнуто на восточный манер, прекрасно понимая, что за ним постоянно следит немало любопытных оценивающих глаз. Мало кто знает, но Ермолов, между прочим, за время своего пребывания на Кавказе был трижды женат на мусульманских женах, заключая с их родителями принятый там договор о временном браке, щедро расплачиваясь, как это было положено, дорогими подарками. Императорский двор на все это смотрел, как на очередную ермоловскую причуду. Главное, что с точки зрения христианской генерал при этом оставался холост. Когда пребывание генерала на Кавказе закончилось, мусульманские жены (с дочерьми от Ермолова) вернулись домой и благополучно снова вышли замуж. Троих же своих сыновей - Виктора (Бахтияра), Севера (Аллахияра) и Клавдия (Омара) Ермолов взял с собой в Россию, прекрасно воспитал и сделал образцовыми русскими офицерами"

http://www.abkhaziya.org/books/staraya_vojna.html

  Бахтиар (Бахтияр) – Ермолов Виктор Алексеевич (ум. в 1892 г.) – сын А. П. Ермолова от кебинной (взятой по договору о временном браке, подарках и т. д.) жены Сюйды, генерал-лейтенант.

Аллах-Яр (Алляшр) – Ермолов Север Алексеевич (1824–1894) – сын А. П. Ермолова от кебинной жены Тотай; в 1845 г. окончил Артиллерийское училище, поручик, адъютант московского военного генерал-губернатора, полковник.

Омар – Ермолов Клавдий Алексеевич (1823–1895) – сын А. П. Ермолова от кебинной жены Тотай; в 1845 г. окончил Артиллерийское училище, капитан, полковник, с 1883 г. генерал-майор.

 

Князь Иван Федорович Паскевич,

Граф Эриванский, светлейший князь Варшавский, генерал-фельдмаршал

(1827-1831)

Генерал Григорий Владимирович Розен (1831-1838)

"В начале октября 1837 года барон Розен встретил Государя на берегу Черного моря, в укреплении Редут-Кале, и оттуда, сопровождая Императора через Ахалцых и Эривань, проследовал в Тифлис, осматривая учреждения как гражданского, так и военного управления. Государь неоднократно выражал свое удовольствие барону Розену и в особенности обратил свое внимание на безукоризненное состояние военных госпиталей. Между тем, его ожидало большое горе: командир Эриванского полка флигель-адъютант полковник князь Александр Леванович Дадиан, женатый на дочери барона Розена, был уличен в злоупотреблениях, о чем и было доложено Государю. Император, во время парада 11 октября, вызвав перед строем князя Дадиана, в присутствии барона Розена, снял с него аксельбанты и тут же надел их на сына барона Розена — барона Александра Григорьевича (род. 12 декабря 1812 г., ум. 24 января 1874 г.), пожаловав его, таким образом, во флигель-адъютанты. 30 ноября 1837 года барон Розен, по прошению, был уволен от должности Командира Отдельного Кавказского Корпуса, но управлял краем, пока не прибыл новый командир корпуса — генерал-лейтенант Е. А. Головин".

 

Генерал Евгений Александрович Головин (1838-1842)

В честь него главный проспект носил имя Головинского

Генерал-адьютант Александр Иванович  Нейдгардт (1842-1844)

 

 

Князь Михаил Семенович Воронцов в молодости

Князь Михаил Семенович Воронцов. 

 

Князь Михаил Семенович Воронцов в бытность в Тифлисе (1844-1854)

"Представлялся главнокомандующему, - не помню хорошо, было ли это во вторник или субботу. Эти дни у князя Воронцова были приемными, и к полудню собирались в его дом, называемый «дворцом», военные генералы, гражданские чины первых четырех классов, начальники отдельных частей, тифлисские дворяне, разные просители и все штаб- и обер-офицеры, а также классные чиновники, прибывающие в Тифлис по служебным и частным делам. Последние, в числе которых и я находился, выстроились в шеренгу по старшинству чинов и- были представлены комендантом. Все прочее размещалось группами, где было удобнее и приятнее.

Это собрание тифлисских властей было шумно. Говор и смех не прекращались даже во время нахождения князя Воронцова в зале и более всего шумели адъютанты и состоящие при князе по особым поручениям. Это показалось мне странным, и я спросил у одного из моих знакомых: всегда ли приемы бывают так шумны и беспорядочны? На что и получил положительный ответ.

Князь Воронцов, переговорив о делах с кем нужно было и полюбезничав с кем желал, отправлялся в особую комнату, где принимал разных сословий просителей и просительниц, предварительно расспрошенных чиновником особых поручений. Тут присутствовали начальник гражданского управления - Щербинин и начальник главного штаба. Тут же находились словесные переводчики грузинского, армянского, татарского и персидского языков, на тот случай, если князю угодно было говорить с кем-нибудь из просителей или просительниц".

Княгиня Елизавета Ксаверьевна Воронцова, урожденная Браницкая.

Княгиня Елизавета Ксаверьевна Воронцова

 


Генерал Николай Андреевич Реад (1854 г)

"Реад состоял при главнокомандующем в качестве инспектора войск и, будучи старшим после него на Кавказе, готовился с отъездом Воронцова за границу, управлять краем. Это тот самый, когда-то красивый, но тогда удрученный не столько летами, сколько разгульною жизнью Реад, который известен был, как лихой кавалерист, волокита и bon vivant. Это тот самый Реад, который 4-го августа 1855 года в сражении на Черной речке был убит". ОЛЬШЕВСКИЙ М. Я. КАВКАЗ С 1841 ПО 1866 ГОД

 

Василий Тимм. Портрет графа Н.Н.Муравьева (1854-1856)

Из дневника Н.Н.Муравьева:

«1819 г. Тифлис.

1-го января. Я провел вечер на бале у Алексея Петровича. Бал был довольно пышный. Всего мне больше на оном понравились грузинки, которые удивили меня несказанною красотою своей.

2-го. я обедал у Алексея Петровича и после обеда сидел у него до шести часов вечера в кабинете. Мы разговаривали очень долго о новых колонистах (немцах, приехавших в Тифлис), которые сюда прибыли, о ереси их и о беспечности сих людей, о преимуществах, которых они требуют, и каким образом государь принял их. Алексей Петрович был очень любезен и ласков; он дал мне новые книги насчет Армении, привезенные ему из Парижа.

1822 г. Тифлис.

23-го [января]. Я был на званом обеде у Алексея Петровича по случаю прибытия сюда Гурияльского владельца, которого угощали. Он генерал-лейтенант нашей службы, имеет Аннинскую и Владимирскую звезды и носит генеральское шитье, эполеты и ленту на парадном одеянии своем. Он высокого роста, молод и хорош собою.

1826 г. [Сентябрь]. В Тифлисе было две невесты, на коих все обращали глаза: дочь покойного артиллерии генерал-майора Ахвердова и дочь совестного судьи Перфильева. Первая была скромная и весьма хорошо воспитанная девушка, но жила с мачехою своею, женщиною, которая по правилам своим пользовалась всеобщим уважением, но по смерти мужа своего, управляя оставленным имением сирот, по незнанию своему, почти совсем истребила оное. Как тому более всего способствовал род жизни, который она вела несообразно своему и их состоянию, то и можно почти сказать, что имение сие было промотано, хотя и без всякого дурного умысла со стороны  Прасковьи Николаевны Ахвердовой.но устремил мысль на нынешнюю жену свою, хотя и не чувствовал к ней сильной страсти и хотя мне несколько нравилась княжна Нина Чавчавадзе...»

Н.Н.Муравьев женился на Софье Ахвердовой. Ее матерью была княжна Юстиниани. «Мать ее, урожденная княжна Юстиниани, одарила ее этой красотой и такой величавостью, что ее прозвали Порфирородною» - из воспоминаний Харламовой, урожденной Ахвердовой. «Мы остановились в Сагореджи, где прекрасная красавица княжна Юстиниана, дочь князя Арбельянова, генерала на нашей службе, задержала нас на целый день. Оба рыцаря, разумеется, мгновенно втюрились в эту красавицу и в тщетных усилиях ей понравиться провели всю ночь в танцах» -из воспоминаний графа А.Х.Бенкендорфа.

 

 

 

Князь Александр Барятинский в молодости

 

 Александр Иванович Барятинский (1844-1854)

"Но если лето и осень 1858 года были жарки и сухи, сравнительно с другими годами, то январь и февраль были сравнительно холодны и изобильны снегом.

В Тифлисе морозы редко когда бывают свыше 5—8 градусов Реомюра и притом непродолжительны: а потому жители редко когда прибегают к теплой одежде, а тем более шубам. Изредка перепадающий в декабре и январе снег пролежит сутки, другие на  улицах, и если не будет сдут ветром, то растает от солнечных лучей.

Зима же 1858—59 годов проявила себя исключительно особенной. С конца ноября начались морозы, и начал перепадать снег. С последних чисел декабря не только берега Куры обмерзли, но по быстрому течению неслись тонкие льдины. 6 января, в день Богоявления Господня, население Тифлиса, вместо того, чтобы встретить этот праздник, по обыкновению на Куре под теплыми солнечными лучами, куталось от холода и резкого ветра в теплые пальто, плащи и даже шубы. Во второй же половине января выпал такой небывалый для Тифлиса снег, что город с его окрестностями покрылся белой пеленой и образовалась прекрасная санная дорога, державшаяся около полумесяца. Только немногие из тифлисцев, по неимению саней, воспользовались санным путем.

Зато наместник кавказский умел воспользоваться небывалой зимой, угостив на масленице чисто по-русски тифлисскую аристократию катаньем на санях и с ледяных гор, чем удивил не только тифлисский народ, но и самих участников этого громадного и неожиданного удовольствия.

Можете себе вообразить, какая «тамаша» произошла между тифлисским населением, когда более 50 саней, запряженных тройками с колокольчиками и бубенчиками, понеслись по Головинскому проспекту, Салалакам, Кукам и другим улицам Тифлиса. Заслышав стук копыт такого огромного числа лошадей и звон развешанных на них колокольчиков и бубенчиков, одни из мирных обитателей с изумлением подбегали к окнам, а другие, поспешно бросая свои занятия, выбегали на улицу и с выпученными глазами удивления смотрели на мчавшиеся мимо их сани. Толпы же уличных гуляк и мальчишек, едва переводя дух, или бежали за последними санями, или обегая переулками и знакомыми им проходами, громкими приветствиями встречали передние сани. И не будем удивляться такой тамаше, если припомним, что не только простой народ имел слабые понятия о санной дороге и езде в санях, но что из числа ехавших в них некоторые в первый раз совершали такую прогулку.

Немало труда и хлопот нужно было употребить на то, чтобы приготовить такое огромное число саней с троечною русскою упряжью и автомедонами, тем более, что по желанию князя-наместника такое катанье должно было сохраняться в тайне. Но по ловкости и распорядительности управлявшего почтовым ведомством Коханова, несмотря на короткий срок, сюрприз удался вполне. Много помогли сани, лошади и ямщики, находившиеся на почтовых станциях через Квинамский  перевал, что между Пасанауром и Казбеком, где приходится часто переезжать главный хребет на санях.

Вполне удалось и катанье с ледяных гор. Чтобы сохранить в тайне и это небывалое в Тифлисе удовольствие, горы были устроены в саду наместника, в котором оказалось и достаточное место в одной из аллей, и в изобилии лед в замерзших прудах. Катанье с гор в тихую лунную ночь, при 5—7 градусах мороза, при освещении разноцветными фонарями, развешенными фестонами по деревьям, и шкаликами, сгруппированными в звезды, пирамиды, щиты, и роскошном угощении, — показалось бы прекрасным и для искушенных в этом удовольствии.

Можете же себе представить, как оно восхитило, поразило, удивило тифлисцев, никогда не видавших у себя ледяных гор и не имевших малейшего понятия о катанье с них поодиночке в санках и гурьбой на коврах.

Далеко за полночь веселились собранные у князя гости, а толпы удивленного народа глазели через ограду сада на это небывалое веселье. Далеко за полночь раздавались взрывы хохота над неопытным или неловким возницей опрокинутых санок. Далеко за полночь слышались испуганные, прерывистые крики летевших с гор на коврах. Еще позднее кишели толпы народа вокруг сада и по Головинскому проспекту. Еще позднее раздавалось гудение зурны и бубна, смешанное с крикливым пением уличных гуляк".ОЛЬШЕВСКИЙ М. Я. КАВКАЗ С 1841 ПО 1866 ГОД.Тифлис и жизнь в этом городе в 1858 и 1859 годах.

Александр Иванович Барятинский


«Сам Александр (Барятинский) очень любил грузинок, которых считал эталоном женской красоты на Кавказе, и у него были с ними тоже весьма шумные романы, например, с княгинями Александрой Меликовой и Анной Мирской. Сейчас же "дело заключалось в романтических отношениях князя Барятинского с женою одного из состоявших при нем штаб-офицеров - подполковника Давыдова, известного в тифлисском обществе под прозвищем "Gramont". Эта молодая... женщина была дочь известной всему Тифлису Марии Ивановны Орбельяни. … князь Барятинский, знавший ее еще ребенком, продолжал называть ее "Лизой" и держал себя в отношении к ней как бы на положении старого родственника или попечителя над малолетней. Он всем говорил, что занимается докончанием ее воспитания и развитием ее ума чтением серьезных книг, для чего она и проводила у него целые вечера глаз на глаз. Странные эти педагогические занятия были известны всему городу, и, разумеется, было немало о них толков. Муж, человек весьма ограниченный и пустой, был в милости у фельдмаршала и надеялся, как ходили слухи, получить место генерал-интенданта. Временно ему даже поручено было исправление этой должности по случаю командировки генерала Колосовского в Петербург; но испытание это выказало всю неспособность его к занятию подобного места. Когда он убедился в несбыточности своих надежд, произошел гласный скандал между мужем и женой, которая бежала от него и скрылась неизвестно куда. Раздраженный муж сделался посмешищем всего города, выходил из себя, грозил ехать в Петербург, чтобы искать правосудия, и кончил тем, что вышел в отставку и уехал за границу, где уже находились в то время и жена его, и сам фельдмаршал".Милютин Д.А. Воспоминания. 1860-1862 

 

Великий князь Михаил Николаевич, младший сын императора Николая I

Во время его наместничества дворец был перестроен архитектором  Отто Симонсоном и приобрел современный вид.

Великая княгиня Ольга Фёдоровна  (1839-1891)— урождённая Цецилия Августа, принцесса и маркграфиня Баденская, после замужества и перехода в православие — российская великая княгиня. Почти двадцать лет вместе с мужем  прожила на Кавказе. В честь великой княгини Ольги Фёдоровны была названа одна из улиц Тифлиса — Ольгинская. У них было шестеро сыновей и одна дочь. Четверо из ее детей родились на Кавказе, а великий князь Александр Михайлович в Тифлисе, во дворце наместника.

 

Генерал князь Александр Михайлович Дондуков-Корсаков.

(1882-1890)

 

Генерал граф Сергей Алексеевич Шереметев (3 июня 1890 -6 декабря 1896)

Главноначальствующий на Кавказе

Князь Георгий Дмитриевич Шервашидзе, Тифлисский вице-губернатор (1893), а затем губернатор (1989-1897)  во время графа Шереметева, в будущем -  обер-гофмейстер Двора вдовствующей императрицы Марии Федоровны.

"Затем в половине 10-го вечера, вместе с Мехмандар-башами и Бухарскими нашими сановниками отправились в устроенный Генералом Шереметевым в честь нашу раут, где было собрано все высшее Тифлисское общество обоего пола. Генерал Шереметев, встретив нас на крыльце, проводил во внутренние покои дворца и там представил нас своей супруге и познакомил с другими дамами. Вообще при встрече нас Генерал Шереметев оказал нам большую почесть и выполнил в отношении нас в совершенстве все условия гостеприимства. Поместившись в предложенном нам кресле, слушали мы  музыку и пение певцов персиан на родном их, понятном для нас, языке. Все это нам очень понравилось, особенно было приятное зрелище, когда молодые стройные грузинские князья и княжны в своих нацинальных костюмах плясали лезгинку. Полюбовавшись некоторое время персидским концертом и танцами, по приглашению хозяйки дома перешли в столовую, где был сервирован роскошный стол с разнородными блюдами и сладостями. По окончании ужина, мы с позволения хозяина дома вышли на крыльцо и простившись с ним отправились в баню братьев Мирзоевых. В этой поездке сопровождал нас толмач-переводчик Асфендияров, доктор Писаренко и три человека из нашей свиты. В бане нас встретили с музыкою, которая продолжала играть все время до нашего выхода. Затем в полночь вернулись в наше помещение и до следующего утра спали покойным и безмятежным сном. В Тифлисе, в виде оказания нам особенной почести, по распоряжению Генерала Шереметьева, во всех наших прогулках и визитах, сопровождал нас эскорт из 10-ти человек казаков, а в ночное время они, не смотря на освещение города, провожали нас в отличие от других – с факелами, чем мы были очень довольны и благодарили за любезность наших Тифлисских друзей". Дневник Эмира Бухарского, 1894 г

Художник Л.Дмитриев-Кавказский. Эмир Бухарский Сеид-Абдул-Ахад-хан

 

 

 

 

(1905-1915)




Граф И.И.Воронцов-Дашков в молодости


"Скажу несколько слов о традиционных новогодних и пасхальных приемах, когда все залы дворца заполнялись гостями до отказа.

Нужно оговориться, что Наместник, гр. Воронцов-Дашков, своего жалования, если мне память не изменяет 17 тыс. (в месяц) совершенно не расходовал на себя. Он был очень богат, а его жена еще богаче, потому он от казны на себя ничего не расходовал. Жалование Графа шло в пользу бедных.

В эти дни столы ломились от груды всякой еды. Чего, чего только не бывало тут. Западные люди с ума сходили от “такого непроизводительного расхода”. Вино и шампанское из собственных садов лились рекой. Сотни людей никогда не могли одолеть и половины поданной еды и питья.

В пасхальный четверг во дворец приглашались воспитанницы Заведения Св. Нины, состоявшие в ведении графини Воронцовой-Дашковой, и кадеты Тифлисского корпуса. Молодежь этого дня всегда ждала с огромным интересом. Кроме угощения, для них устраивались концерты знаменитого хора Конвоя и балалаечников, а также танцы, игры и проч. увеселения".

Николай Бигаев. Последние наместники Кавказа. ( Командовал Конвоем наместника)

 

Вестибюль дворца

 

  

Здесь снимался знаменитый фильм " Кето и Котэ"



 
 
 
 
 
 

 

 

 

 

 

Персидский зал

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Великий князь Николай Николаевич (младший)
 
 (1915-1917)
 
 
Великая княгиня Анастасия (Стана) Николаевна
 
 
 
 

"Великий Князь Наместник дал обед во дворце в честь делегатов съезда по введении земского самоуправления на Кавказе. Накануне этого обеда управляющий двором Его Высочества генерал-лейтенант Крупенской пригласил меня к себе и заявил мне следующее: “Великий Князь не хочет, чтобы гостей его обслуживали за столом чужие люди, — лакеи. Он бы очень хотел, если это возможно, чтобы по Кавказскому обычаю казаки Конвоя угощали гостей за столом, подавая передаваемые им дворцовыми лакеями кушанья и напитки.

72 казака в красных черкесках, с закинутыми за плечи белыми башлыками, в чувяках и с бритыми головами, показали за обедом чудеса ловкости и умения угощать. Великий Князь пришел в восторг от казаков, приказал мне их построить сейчас же после обеда. Когда казаки были выстроены, Великий Князь вышел к ним и благодарил за лихость и помощь Ему в деле кавказского гостеприимства. Тут же каждому казаку было пожаловано по одному новенькому серебряному рублю.

Жизнь Наместника и его августейшего брата Великого Князя Петра Николаевича, жившего с семьей во флигеле дворца, протекала спокойно и без всяких официальных балов и вечеров.

 Обыкновенно к завтраку по праздникам и воскресным дням, а также в дни семейных праздников, приглашались: пишущий эти строки и младшие офицеры Конвоя по очереди. За завтраком собирались всегда до 40—50 человек. Большинство гостей составляли: огромная свита Великого Князя, случайные гости, представляющиеся, высшие чины военного и гражданского управлений и другие. Завтрак всегда был выдержанный, скромный, не бросающийся в глаза обилием и богатством. Великий князь считался самым бедным в доме Романовых. Вино подавалось обыкновенное белое кахетинское, которое вы всегда могли получить в каждом среднего достатка доме в Тифлисе.

Завтрак (или обед в таких случаях) накрывался в Персидском зале, а стол с закусками и белой водкой ставился в желтой гостиной. Здесь Великий Князь выпивал рюмки 2—3 водки; гости, пьющие водку, конечно, поддерживали, но случалось так, что наиболее застенчивые гости иногда оставались без водки, ибо у закусочного стола каждый наливал себе сам; каждый сам себе был хозяином. Мне часто случалось выручать робких, стеснявшихся подойти к бутылкам водки, которая почти всегда стояла, как назло, около Великого Князя.

Дисциплина и подтянутость в доме Николая Николаевича царствовали всегда и при всех случаях. Дамы не составляли в этом случае исключения. За закусочным столом Великий Князь всегда становился с той стороны стола, которая была ближе к столовой (к двери в Персидский зал); Великая Княгиня занимала место визави, а около нее группировались дамы.

Как только Николай Николаевич подавал сигнал (рукой, кивком или поворотом головы), дамы, испуганно следившие и ловившие этот сигнал, рысью бежали в столовую, чтобы не задержать лишнего мига Его Высочество, пропускавшего дам вперед".

Николай Бигаев. Последние наместники Кавказа.
 
 
 
 Последней обитательницей дворца была мать Иосифа Сталина, Екатерина Джугашвили, которую все в Грузии знали просто по имени - Кеке.
 

 А это комната, в которой она жила, на первом этаже. За шкафом видна заложенная дверь в сад. 
Из воспоминаний Светланы Алиллуевой, 1934 г.

«Она жила в каком-то старом красивом дворце с парком; она занимала темную низкую комнату с маленькими окнами во двор. В углу стояла железная кровать, ширма. В комнате было полно старух — все в черном, как полагается в Грузии. На кровати сидела старая женщина. Нас подвели к ней, она порывисто нас всех обнимала худыми, узловатыми руками, целовала и говорила что-то по-грузински… Я заметила, что глаза у нее — светлые на бледном лице, покрытом веснушками, и руки покрыты тоже сплошь веснушками. Голова была повязана платком, но я знала — это говорил отец, — что бабушка была в молодости рыжей, это считается в Грузии красивым».

 

 

Авторы сайта выражают благодарность директору Дворца молодежи господину Гие Шаламберидзе за предоставление возможности провести фотосъемку,

коменданту Дворца господину  Генриху Григоряну и всем сотрудникам за оказанное содействие.