Отмена межкорейских переговоров с Сеуле

КОММЕНТАРИЙ

2013.06.14

 

     "К официальному заявлению ЦТАК от 13 июня 2013 г. по поводу отмены межкорейских переговоров в Сеуле"

 

Итак, 14 июня 2013 г. ЦТАК наконец-то опубликовало ожидаемое заявление представителя Комитета за мирное объединение Родины КНДР по вопросу срыва межкорейских переговоров в Сеуле, назначенных на 12-13 июня.

Несколько раз перечитывал я текст этого заявления, как на корейском языке, так и в сокращенном английском переводе. Читал и ничего не понимал: то ли у меня проблемы с корейским и английским языком, то ли текст составлен изначально в настолько витиеватом стиле, что его понять крайне сложно.

Попробую пересказать и прокомментировать самое важное из того, было указано в Заявлении. Возможно, что я что-то недопонял, и в дальнейшем мне придется исправлять текст настоящего комментария.

Итак, согласно Заявлению, когда речь зашла об утверждении состава делегаций на переговорах, Северная Корея предложила в качестве главы своей делегации Директора Секретариата Комитета за мирное объединение Родины, возможно совмещающего пост (?) секретаря Центрального комитета Трудовой Партии Кореи.

Удивленная южнокорейская сторона тут же понизила уровень главы своей делегации до Заместителя министра объединения, прокомментировав случившееся как «событие, идущие вразрез с нормами международного права» и т.п.

В ответ на подобную позицию Южной Кореи Северная заявила о том, что Южная Корея не понимает политической и государственной системы КНДР. Никогда ранее КНДР не отправляла на переговоры в качестве главы делегации секретарей ЦК ТПК.

Кроме того, ранее на межкорейских переговорах, где со стороны Южной Кореи главой делегации был Заместитель министра объединения, со стороны КНДР делегация возглавлялась 1-м Заместителем Директора Секретариата Комитета за мирное объединение Родины, поэтому уровень Директора Секретариата вполне соответствует уровню Министра.

Однако Южная Корея не согласилась с позицией Севера, объявив, что предлагаемого Севером руководителя делегации «трудно признать», что у него «странная должность» и т.п. (При этом ЦТАК не объяснило четко, в чем же южнокорейские власти увидели «странность»; не в высокой ли партийной должности?)

В связи с указанным выше встает вопрос, зачем КНДР понадобилось наставать на том, чтобы ее делегацию на будущих переговорах возглавил человек, которого Южная Корея заведомо не приняла бы как соответствующего уровню Министра?

  

С.О. Курбанов ©

 

Comments