Троицкая крепость

Григорян М.Е., Решетников В.К.- История архитектуры и градостроительства

ОСНОВАНИЕ ТРОИЦКА НА ТАГАН-РОГЕ

Организатором и главным действующим лицом в деле строительства Таганрогской крепости, гавани и флота был Петр I. «Имея известную теоретическую подготовку и опыт войн, - писал В. В. Яковлев, - Петр в полном смысле слова представлял собой крупного инженера, с широкими взглядами на дело... он изучал на самих местах немецкие и голландские крепости, беседовал с учеными инженерами этих стран, усваивал сущность их взглядов, относясь к ней в то же время критически...». Прекрасно понимая значение крепостного строительства на рубежах молодого Российского государства, Петр уделял огромное внимание изучению теории и практики фортификации. В годы его царствования на русский язык был переведен ряд трудов знаменитых инженеров того времени с подробным описанием опыта сооружения крепостей, способов их осады и обороны. Эти книги давали представление об общем состоянии фортификации в Европе на рубеже XVII-XVIII веков.

В таганрогском крепостном строительстве на побережье Азовского моря отчетливо проявилась связь архитектурной теории с инженерно-техническими проблемами и точными науками первой четверти XVIII века. Работы, развернувшиеся в Приазовье, велись на основе личных указаний Петра I, осуществлявшего постоянный, порой очень жесткий, контроль за деятельностью инженеров и строителей. Многочисленные письменные источники того времени свидетельствуют о пристальном внимании, которое он проявлял к строительству нового города, и позволяют утверждать, что Петр принимал активное участие в создании проектного плана Таганрога.

Предметом особой заботы государя в начальный период строительства были гавань и крепостные сооружения, огромная роль в создании которых принадлежала иностранным инженерам, обладавшим глубокими познаниями в области фортификации. Одним из них был австрийский специалист Эрнст-Фридрих фон Боргсдорф - первый наставник молодого Петра в фортификационной науке и автор первого проектного плана Таганрога.

Проектирование Троицкой крепости Петр I поручил Боргсдорфу вскоре после взятия Азова (1696). Выбор этот, по всей видимости, не был случаен, поскольку барон фон Боргсдорф был не только инженером-практиком, но и автором двух теоретических трудов, подготовленных им в 1696-1697 годах и позднее напечатанных по распоряжению Петра в Москве: «Побеждающая крепость» и «Поверенные воинские правила» - первые сочинения по фортификации, написанные в России, на основе русского боевого опыта.

В книге «Побеждающая крепость», подаренной Боргсдорфом Петру и приуроченной к «счастливому поздравлению славной победы над Азовом», изложены основные принципы обороны крепостей. Здесь содержатся двенадцать так называемых «главных правил» строительства оборонительных сооружений, при выполнении которых крепость могла бы отбить любую атаку и выдержать продолжительную осаду, «обессилив в конечном итоге жестокость неприятеля». Именно на эти правила и опирался цесарский инженер Боргсдорф при проектировании Таганрогской крепости.

К преподнесенной государю рукописи были приложены оригинальные чертежи, один из которых представляет особый интерес, поскольку устанавливает черты несомненного сходства с проектом «крепости и гавани у Таганрога», присланным Боргсдорфом Петру I в 1698 году и опубликованным в путевом «Дневнике австрийского дипломата И.Г. Корба (илл. 1, 2). В обоих случаях мы видим полуциркульное начертание внутреннего пространства будущего города, ограниченного оборонительными сооружениями, разбивку городской территории на кварталы геометрически правильной формы, наличие центральной площади и шести малых площадей, радиальную систему улиц, соединенных полукольцевыми магистралями, одинаковый рисунок крепостной ограды, состоящей из пяти бастионов и двух полубастионов, идентичную систему наружной обороны (за исключением дополнительных укреплений в виде шести равелинов, отсутствующих на плане Таганрогской крепости). Также в обоих чертежных листах показаны расположенные по центральной оси каждого бастиона пороховые башни, которые в военное время должны были использоваться вместо кавальеров для установки пушек, а в мирное - для хранения воинских припасов. Таким образом, книгу Боргсдорфа можно считать в каком-то смысле своеобразной «пояснительной запиской» к проектному плану Троицкой крепости, основанному на классических канонах фортификационного искусства лучших инженерных школ Западной Европы.

Следует также отметить, что на проектном чертеже из «Дневника» И.Г. Корба уже показаны береговые полубастионы и орудийные батареи на молах гавани, но еще отсутствует укрепленная линия, идея которой получила зримое воплощение в 1702 году Впервые она была обозначена Боргсдорфом в 1697 году в одном из чертежных листов, иллюстрировавших его книгу «Поверенные воинские правила» (илл. 4). Здесь, помимо самой крепости, очертаниями напоминающей таганрогскую, показана эшелонированная система обороны города со стороны поля, состоящая из двух укрепленных линий. Одна из них представлена в виде земляного вала, укрепленного редутами, а другая, более мощная, - в виде такого же вала, но усиленного по краям четырехсторонними шанцами. Это проектное предложение было в дальнейшем частично использовано при устройстве укрепленной линии, располагавшейся в четырех верстах от Таганрога и предназначавшейся для защиты строящегося города от набегов татар. Оборонительная линия в виде земляного вала с бастионами шла через весь полуостров, в оконечностях ее были устроены небольшие крепостцы: четырехбастионная Павловская на берегу реки Миус (своей формой она напоминала крепости голландской школы) и трехбастионная Черепахинская - на берегу Азовского моря (илл. 3, 5-7). Как сообщал в октябре 1702 года Ф. Апраксин в одном из своих писем Петру I: «На Миусе, Государь, город четвероугольной, такодже и у моря треугольник, между ими линия, за помощию Божиею, зделана изрядно». Укрепленная линия и уже существовавшие к тому времени морские оборонительные сооружения вполне обеспечивали надежную защиту Таганрога и давали возможность без помехи продолжать начатое в 1698 году строительство центральной крепости и города.

https://lh3.googleusercontent.com/-7y4iE-UxKzk/Vy7QfGRVuyI/AAAAAAAAKE4/FnpBdOyKVaYqYJUz25qxxliXqiaQdysDACCo/s1600/Greg_1.JPG
Илл. 1 Э.-Ф. Боргсдорф. Чертеж из книги «Побеждающая крепость». 1696 г.

 

К сожалению, сведения о подготовительных работах, которые должны были предшествовать началу этого строительства, не обнаружены. Однако с достаточной степенью уверенности можно утверждать, что производились они тщательно и в полном объеме. Суть их, разумеется, в самых общих чертах, заключалась в размерении территории будущего города и основных его сооружений, в определении мест для размещения церкви, приказной палаты, царского и воеводского дворов, складов, казарм, жилых строений, а также в составлении подробных чертежей будущего города и детальных «росписей», являвшихся основой проектной документации. Только после этого проект мог быть представлен, а затем утвержден царем или Пушкарским приказом.

Очевидно, что все требования тогдашнего законодательства были выполнены к осени 1698 года, а спустя полгода, в июне 1699 года, Петр I смог увидеть небывалые по масштабу строительные работы, возглавлявшиеся, как и прежде, бароном Боргсдорфом. Тогда же адмирал Крюйс сделал запись в своем походном журнале, что «крепостные стены еще не выведены, но берег унизан грозными батареями, под прикрытием которых флот мог стоять защищаемый от ветра искусственными молами».

https://lh3.googleusercontent.com/-s3-tZwfx31Y/Vy7QqSX9f1I/AAAAAAAAKLw/s5YMIEgSDLYkV1kHdIZNQMcSxo9tEqAggCCo/s1600/Greg_2.JPG
Илл. 2 Э.-Ф. Боргсдорф. План крепости и гавани у Таганрога. Проектный чертеж. 1698 г.

 

В это время Э.-Ф. Боргсдорф, вероятно, уже готовился к отъезду на родину. Вместо него на строительстве крепости был оставлен инженер Кристиан Руэль, а устройством гавани еще с 1698 года занимался итальянский капитан, венецианец Матвей Симонт, направленный в Таганрог по просьбе Боргсдорфа*. Вернувшись в Вену, барон Боргсдорф не прекращал проектные работы и в ноябре 1699 года прислал в Пушкарский приказ чертежи и письма, адресованные К. Руэлю и М. Симонту. Не прекращалась, по-видимому, и его переписка с Петром I. Так, например, в апреле 1700 года барон напоминает А. А. Виниусу о необходимости скорейшей передачи своего письма государю, а сам Петр просит Виниуса прислать ему письма Боргсдорфа «как можно скорее».

https://lh3.googleusercontent.com/-rPbuyEGcTDE/Vy7Q2GhTPhI/AAAAAAAAKS4/nOy7pNCZzJE9iiLGku8bToi_V_Za0Pk2wCCo/s1600/Greg_3.JPG
Илл. 3 Павловская крепость. Ростовская область, с. Гаевка. Аэрофотосъемка.

 

В августе того же года, в связи с отъездом Руэля в Москву, главным смотрителем работ в Таганроге был назначен голландский инженер Рейнгольт Трузин (Яган Регузин), составивший в сентябре 1701 года «Исправной чертеж и размер строения нового города что на Таган-Рогу на Азовском море строят...», экспликация к которому сохранилась в фондах архива военно-морского флота. По всей видимости, чертеж Трузина, прилагаемый к годовому отчету о проделанной работе, фиксировал сложившуюся градостроительную ситуацию, в основе которой лежали проектные наработки и чертежи барона Боргсдорфа - первого строителя Таганрога, роль которого до сих пор незаслуженно остается недооцененной.

https://lh3.googleusercontent.com/-IhUv8GWyMhI/Vy7Q7JVnsPI/AAAAAAAAKVs/I4Zuu4RRjFUhQFj1OgOQmj3Q1tSw-ZCqACCo/s1600/Greg_4.JPG

Илл. 4 Э.-Ф. Боргсдорф. Система обороны крепости с использованием укрепленных линий. 1697 г.

 

К моменту прибытия в Таганрог Рейнгольта Трузина крепостная ограда уже получила свое воплощение, а в городе появились основные административные и жилые строения. Трузину же высочайшим распоряжением было указано строить город по чертежу, «каков дан инженеру Крестьяну Руэлю, а достраивать ныне по письмам Эрнста Фридриха» (т. е. Боргсдорфа). Таким образом, совершенно очевидно, что «исправной» чертеж Трузина не являлся проектным чертежом, как ранее неоднократно указывалось в литературе, и не вносил ничего принципиально нового в процесс создания Таганрога. К тому, что «город был задуман как сложный организм, с системой площадей и распределением территории для военных объектов, общественных зданий и жилищ», Трузин имел весьма опосредованное отношение. Замысел города созрел гораздо раньше, и у истоков его стояли барон фон Боргсдорф и сам Петр I. И, видимо, не случайно в грамотах государя Боргсдорф всегда уважительно именовался не иначе, как «Эрнст Фридрих».

https://lh3.googleusercontent.com/-TaLpI-Fqxd4/Vy7Q8h3XzhI/AAAAAAAAKWc/x8xz0C4iYZIYsk3jwrmDwX5VFUMHZan9QCCo/s1600/Greg_5.JPG

Илл. 5 План городка Павловска.                   Илл. 6 План городка Черепахина.

          Фрагмент карты 1736 г. РГВИА.                 Фрагмент карты 1736 г. РГВИА.

 

https://lh3.googleusercontent.com/-J_fniMqL__E/Vy7Q9doX4uI/AAAAAAAAKXI/siDlJbM8p-8Wjv_WRQwArcoYhDsYaKbAQCCo/s1600/Greg_6.JPG

Илл. 7 План укрепленной линии между городами Павловском и Черепахиным. Фрагмент карты 1736 г. РГВИА.

 

Архивные источники свидетельствуют о том, что к 1701 году (т. е. к моменту составления Трузиным «Исправного чертежа» - и спустя всего три года с начала строительства Троицка!) город и крепость уже приобрели свои характерные черты. Несмотря на то, что подлинных чертежей начала XVIII века не сохранилось, уцелевшие в архивах многочисленные планы Таганрогской крепости, восстановленной в конце столетия по прежним линиям, позволяют судить о ее внешнем облике, составе укреплений и городских строениях. Основываясь на этих позднейших графических документах, можно сделать вывод о том, что общий контур и состав земляных укреплений Троицкой крепости были довольно значительно изменены по сравнению с первоначальным проектом Боргсдорфа: теперь они состояли из четырех бастионных фронтов, двух полубастионов и четырех равелинов, находившихся за контр-эскарпом и усиливающих систему наружной обороны крепости (илл. 8, 9, 12).

https://lh3.googleusercontent.com/-JAHhYF5fjvw/Vy7Q-a9spLI/AAAAAAAAKX0/aTOmq1yphHEO-PNjHTCHTO8UQIITqkHGACCo/s1600/Greg_7.JPG

Илл. 8 План Таганрогской крепости. Фрагмент карты 1736 г. РГВИА.

 

Илл. 9 Схема плана Таганрогской крепости. Вторая половина XVIII в. По материалам РГВИА.

 

https://lh3.googleusercontent.com/-oQ3OexoQemQ/Vy7RACIWXrI/AAAAAAAAKZM/79y8BYCfvc80iYePNOuhG4PFDfXWdXihgCCo/s1600/Greg_9.JPG

Илл. 10 План Таганрогской гавани 1704 года.

 

https://lh3.googleusercontent.com/-iuhOqBL9Pzs/Vy7QfMLYvaI/AAAAAAAAKE0/C4Bk3l34mKsXND6JtOCZWHvLIibGaF_RACCo/s1600/Greg_10.JPG 
https://lh3.googleusercontent.com/-s1YEAKuZnhQ/Vy7QgVtBGBI/AAAAAAAAKFk/dcjgq3xLehEpQskMav8RkMuGV7oqCWgnQCCo/s1600/Greg_11.JPG

Илл. 11 Медаль на основание Таганрога. Серебро. ТГЛИАМЗ. Золотая медаль, предназначенная для М. Симонта, была изготовлена в единственном экземпляре. Серебряные медали были вручены инженерам, архитекторам, офицерам и матросам, работавшим на строительстве гавани.

 

СОГЛАСНО ОПИСИ, К 1701 ГОДУ В ГОРОДЕ ТРОИЦКОМ НА ТАГАН-РОГЕ УЖЕ БЫЛИ ВЫСТРОЕНЫ:

Государев дворец.

Другой Государев дворец старый.

1 двор губернаторский.

1 двор товарищей.

2 двора дьячных.

3 двора полковничьих.

4 двора майорских.

44 двора офицерских.

1 двор протопопов.

2 двора поповых.

1 двор церковных причетников.

1 двор просвирницин.

8 дворов подьяческих.

1 двор провиантского подьячего.

3 двора Анисима Молярова с учениками.

56 дворов иноземских.

21 двор русских матросов.

6 дворов артиллерийских служителей.

3 двора каторжных невольников.

 За городом:

В солдатском полку господина

полковника Измайлова 213.

В полку господина полковника Сухотина 699.

Пушкарских 119.

123 двора посацких.

В пахотной слободе 41 изба.

 Всего 1357 дворов...

Крепостные сооружения:

2 целые кавалеры насыпаны до битья стены и бруствера, а под ними по 2 пороховых погреба.

2 полу кавалера в сажень высотою.

4 полумесяца в готовности.

Гласы сделаны и палисады поставлены.

Главный вал вышиною 24 фута, изнутри вышиною 20 футов.

Головной ров выкопан глубиною 14 футов.

Кругом города 8 фасов, шириною в фасе 14 сажень, длиною по 50 сажень...

206 жилищ шириною по 5 сажень по 2 фута. И оного города с лица мерою 960 сажень, а внутри подле казарм 400 сажень...

Орудия:

...Всего вышеписанных пушек по городу и на полумесяцах, и на каземате по местам, по готовым батареям и которые батарейные в готовности 237 пушек...

Гавань:

Гавани мера 189 сажень с полусаженью, с другой стороны от Азова 202 сажени без пол­аршина. Длина от моря 488 сажень. На той гавани поставлено всего 90 пушек.Население:

В Троицком же всякого чина людей июля по 15 число 1701 года служилых 5660 и в их семьях 2734 человека.

 

Перед главным крепостным валом, имевшим в высоту более семи метров, находился дополнительный пониженный вал (фоссебрея), за которым располагался прикрытый путь. Под укреплениями находились каменные пороховые погреба с каменными же сводчатыми перекрытиями, казармы и оборонительные казематы. Крепостная ограда, обведенная рвом четырехметровой глубины, охватывала город с трех сторон. Спланированная таким образом крепость могла полноценно защитить себя от нападения со стороны поля. К началу XVIII века ее гарнизон состоял из 5660 ратных людей, а на бастионах и в гавани было установлено 327 пушек, что успешно решало и задачу береговой обороны.

Таганрогская гавань, за строительство которой Матвей Симонт был награжден в 1709 году золотой памятной медалью с изображением контуров крепости и надписью, что она «дана ему за труды гавана», была предназначена не только для стоянки флота, но и являлась мощным оборонительным сооружением (илл. 10, 11). Посетивший Таганрог немецкий генерал X. Г. Манштейн в своих записках о России свидетельствовал, что «все, видевшие эту гавань сознаются, что это одна из лучших гаваней Европы...». Помимо орудийных батарей, установленных на гаванных молах, со стороны моря «новопостроенный» город защищала также цитадель «Черепаха» - первый в России морской форт на искусственном основании, послуживший прообразом будущих морских оборонительных сооружений Кронштадта (илл. 10).

 

ЦИТАДЕЛЬ «ЧЕРЕПАХА»

Фундамент цитадели «Черепаха» был составлен из 30 ящиков-ряжей, рубленных из бревен и заполненных камнем. Длина его достигала 27 саж. 2 арш., ширина - 17,5 саж. На основании, имевшем овальную форму, располагалась бревенчатая изба, крытая камышом, имевшая в высоту около 6 метров. Изба предназначалась для размещения пушек и гарнизона. В 1702 году Ф. Апраксин писал Петру из Воронежа: «Цитадель, Государь, перед гаванью офондаментован, из воды вышел футов 5, и возможно на том основании поставить 100 пушек». Позднее Петр I велел заменить деревянный сруб на каменное сооружение: в 1705 году «по имянному де указу Великого государя велено на цитадели построить каменную крепость». К этому времени в северных землях уже возникла идея строительства каменных крепостей, что, по-видимому, и нашло свое отражение в соответствующем указе Петра. Известно, что к указу прилагались чертежи. Опыт строительства «Черепахи» был творчески использован при возведении Кроншлота на Балтике в 1704 году. Обе цитадели имели схожие конструктивные особенности и почти ни в чем не уступали друг другу.

 

Застройка самого города Троицка на Таган-Роге была упорядоченной уже с момента его основания. Строить здания разрешалось только по утвержденным проектам и в специально отведенных местах. При этом особое внимание уделялось застройке кварталов, находящихся вблизи центральной площади, где размещались «великого государя новопостроенные хоромы», дом воеводы, приказная палата, дворы офицеров и т. д. На другой площади - Соборной, обращенной в сторону моря, - возвышалась каменная Троицкая церковь (1704-1706), сменившая первую деревянную церковь, освященную в 1699 году в присутствии Петра Великого. Этот храм был главным в городе (соборным) и обслуживал преимущественно гарнизон крепости. Также в источниках имеется упоминание о церкви Успения Пресвятой Богородицы, о строительстве которой солдаты подавали челобитную в Приказную палату. В кварталах, расположенных вдоль крепостной ограды, были выстроены дворы артиллерийских служителей, солдатские казармы, пороховые погреба и склады; магазины для хранения различных припасов размещались частью вблизи гавани, частью около крепостных стен.

Наиболее значительным и интересным нововведением (по отношению к традициям, сложившимся в русской градостроительной архитектуре допетровского периода) стало применение лучевой системы расположения улиц, из которых средняя была ориентирована на центральный бастион крепостной ограды, а две боковые направлены к крепостным воротам: Архангельским (северным) и Никольским (южным). Улицы-лучи переходили за крепостной оградой в подъездные дороги, вдоль которых располагались полковые и ремесленные слободы с регулярной прямоугольной планировкой. Заключенные между улицами-линиями кварталы делились на участки, отдававшиеся под застройку. Улицы и участки имели геометрически правильные очертания, а в центре слободы, как правило, размещалась «соборная» площадь с деревянной церковью. В архивных источниках упоминаются как минимум две деревянные церкви в солдатских слободах: Казанской Богородицы (освящена 6 июля 1704 года) и Андрея Первозванного (освящена 9 июля 1704 года). Сохранились и общие их описания: церковь во имя Казанской Божьей матери была построена из соснового леса, крыта тесом, имела алтарь и трапезную; перед наружными дверями были срублены пятиугольные брусчатые рундуки. Длина основного пространства храма составляла 3 сажени, трапезная достигала 4 саженей без одного аршина. Церковь во имя св. апостола Андрея Первозванного была аналогична по устройству, материалу и покрытию.

 

ПРОШЕНИЕ О СТРОИТЕЛЬСТВЕ ГРЕЧЕСКОЙ ЦЕРКВИ

До нашего времени дошло интересное письмо, написанное на греческом языке капитаном морского флота Стаматием Камером, датированное 3 мая 1704 года, в котором мы впервые встречаемся с упоминанием о том, что иностранцы, задействованные Петром на военную службу и строительные работы, желали иметь на территории строящегося Троицка свою собственную церковь, богослужение в которой осуществлялось бы на родном языке: «Будучи на твоей, великого государя, службе в Азове и Троицком, живем без отцов духовных, а иные, государь, умирают без исповеди, поскольку говорить по-русски совершенно не умеем. В 1702 году бил я челом тебе, великому государю, а при бытности в Троицком адмиралтейцу Федору Матвеевичу Апраксину подавали челобитную о постройке в Троицком церкви - и чтоб у той церкви священник, дьякон и все церковные причетники были греки. И по твоему, великого государя, указу, а по нашей челобитной, велено в Троицком построить особую церковь греческого языка и дано было из казны на святые иконы 100 рублей, пять деньги. Деньги были выменены в Москве на иконы, их отправили в Троицк, а божья церковь в Троицком и по се число еще и строиться не начала», - сокрушается автор. Заканчивается письмо следующими словами: «Всемилостивейший государь, по прежнему своему указу и по нашей челобитной, вели в Троицком одну особую церковь ныне построить, и в той церкви священнику и дьякону быть греками, чтобы нам, служа тебе, великому государю, без отцов духовных нашего греческого языка не помереть»[21]. Как известно, Греческая церковь в Таганроге все же была построена, однако случилось это спустя много десятков лет - в 1782 году, и не на территории крепости, а в границах так называемого греческого форштадта.

 

Посад, или форштадт, сформировался рядом со слободами, непосредственно у крепостной ограды, уже в первые годы существования Таганрога. Он был заселен преимущественно горожанами, занимавшимися различными промыслами и торговлей. В форштадте располагались купеческие лавки, торг или рынок, кружечный двор, таможенная и питейная избы «из пилованного четырехсаженного лесу». Слободы и форштадт дополняли композицию города и составляли единое целое с его ядром - крепостью.

Помимо строительства крепости, гавани и города, в эти же годы велась большая работа по благоустройству и озеленению городской и пригородной территорий: «Кругом Таганрога насеять желудей для лесу, а также в городе по берегу и по морским пригожим местам посадить ивы. ...Сеять желуди в Азове и Таганроге, посадить там иву по речным и морским берегам, сеять разные травы и цветы», - велел Петр в письмах, адресованных в строящийся город. К элементам городского благоустройства можно также отнести строительство многочисленных колодцев на территории крепости и слобод, разработку проекта водопровода, устройство ливневой канализации.

Отчеты разных лет о работах в Таганроге и всевозможные описи из фондов архива военно-морского флота свидетельствуют, что вплоть до конца первого десятилетия XVIII века в городе преобладала деревянная застройка. Развитие каменного жилищного строительства тормозилось нехваткой камня, перебоями с его поставкой, необходимостью первоочередного сооружения таких военных объектов, как башни, казематы, солдатские казармы, склады. Немало камня уходило на облицовку бастионов и гаванных молов.

https://lh3.googleusercontent.com/-jS_oRKBO4n8/Vy7QhThPiPI/AAAAAAAAKGY/BKRgj8HCovQzHY3GfKqRrnXbJYHUtKc9QCCo/s1600/Greg_12.JPG

Илл. 12 Карта Таганрога с близлежащими городками и укрепленной линией. 1736. РГВИА.

 

Работы по каменному строительству велись под руководством известного мастера Осипа Старцева, который прибыл в Троицк на Таган-Роге в 1702 году «дабы возглавить магазейное строение и иные каменные дела»*. По мнению некоторых исследователей, Старцев являлся не только автором значительных каменных сооружений в крепости (в том числе и Троицкой церкви), но и принимал участие в деревянном жилом строительстве. В архивных документах сохранились описания деревянных домов, снабженных крыльцами с перилами, наружными лестницами, сенцами, фигурными балясинами.

ГАВАНЬ

Таганрогская гавань была первой военно-морской базой России. Идея ее создания возникла в 1696 году одновременно с началом работ по строительству Азовского флота. Это обстоятельство обусловило необходимость проведения картографических и гидрографических исследований, в результате которых были созданы «Атлас реки Дон» и карты Азовского моря. Тогда же начались гидрографические изыскания в районе Миусского лимана и около мыса Таган-Рог. Производились они в течение двух лет инженерами К. Руэлем, А. де-Лавалем и М. Симонтом, который в 1698 году по рекомендации барона Э.-Ф. Боргсдорфа был назначен главным строителем Таганрогской гавани. По проекту М. Симонта гавань имела форму правильного прямоугольника, огражденного с морской стороны молами и волноломами с выступами для размещения орудийных батарей и гарнизона. Два входа в гавань прикрывались волноломами треугольной формы. Молы строились в виде вертикальных стен из дубовых свай, между ними размещались ящики-ряжи, в которых по высоте нескольких венцов от низа делалось дно. Ящики на плаву устанавливались по оси оградительных сооружений и загружались камнем. Использование именно этой конструкции заметно сказалось на сроках постройки оградительных сооружений. Уже в 1705 году начальник Адмиралтейского приказа Ф.М. Апраксин нашел возможным разместить здесь десять кораблей, две галеры и яхту. В том же году 1 сентября Матвей Симонт сообщил в Москву о том, что гавань в Троицком построена. Строительство основных сооружений в гавани окончательно было завершено к 1709 году.

 

К исходу первого десятилетия XVIII века проект застройки Таганрога был осуществлен практически полностью. Крепостные и гаванные работы также близились к завершению. Неоднократно упоминавшиеся в различных краеведческих публикациях слова Петра, обращенные в одном из писем к А. Меньшикову, ярко характеризуют картину, увиденную царем при посещении им Таганрога в 1709 году: «Мы сюда приехали и сие место, которое перед десятью годами пустое поле видели, ныне с помощью Божией изрядный город купно с гаванью обрели...». И хотя крепость ни разу не отбивала нападения неприятеля, а флот не сделал ни одного боевого выстрела, их наличие служило гарантией безопасности южных пределов России и долгое время удерживало турецкий султанский двор от объявления войны.

Политическое положение Приазовья резко ухудшилось после Полтавского сражения и бегства Карла XII в Турцию. Уже в ноябре 1710 года турецкий султан Ахмет II объявил войну России. В декабре это известие достигло Петербурга, и тогда же на Ф.М. Апраксина была возложена задача обороны Азова и Таганрога. Когда в июне 1711 года в Азовское море вошла турецкая эскадра с десантными войсками, русские корабли не допустили ее к гавани, а сухопутные части разгромили вражеский десант в районе Петрушиной косы. Однако на основном театре военных действий русские войска потерпели поражение, в результате которого по условиям Прутского мирного договора Россия обязалась вернуть Турции Азов и земли, взятые «в прошлой войне», а «новопостроенные» крепости разорить.

По Прутскому (1711) и двум последующим договорам (1712, 1713) Россия потеряла пограничные крепости Самару, Каменный Затон, Таганрог и любимую «затею» царя, стоившую стольких трудов и затрат, - азовский флот вместе с Азовом и устьем Дона.

«Как не своей рукой пишу: нужно турок удовлетворить... Таганрог разорить как можно шире, однако же не портя фундамента, ибо, быть может, Бог иначе совершит», - с горечью обращался Петр I к начальнику Адмиралтейского приказа Ф.М. Апраксину. В надежде на благополучный исход Петр всячески оттягивал разорение Таганрога. Однако в начале февраля 1712 года крепость была взорвана, а город уничтожен.

Известно, что вплоть до самой смерти Петра не покидала мысль о возврате Таганрога, однако этим планам не суждено было осуществиться.

https://lh3.googleusercontent.com/-O2nZMP8lBH8/Vy7QjE2ry5I/AAAAAAAAKHA/hesjtHQmhJw81BRapq9K_Eq90TDUdRLwwCCo/s1600/Greg_13.JPG

Илл. 13 Современный Таганрог с реконструкцией крепостных сооружений. Фотомонтаж


ТРОИЦКАЯ КРЕПОСТЬ
26 июля 1696 года, уже через несколько дней после взятия Азова, царь Пётр I прихватив с собой воеводу Алексея Семеновича Шеина (1662–1700) и генерала Патрика Гордона (1635-1699), отправляется подбирать место для будущей крепости и гавани, дабы закрепиться на отвоеванных у Оттоманской Порты приазовских землях. Царю приглянулся Миусский полуостров с его Таганьим мысом, и он 12 ноября 1696 года назначает думного дворянина, члена Боярской думы Ивана Елисеевича Цыклера руководить строительством новой крепости. Но вскоре тот был казнен, как участник заговора против царя. В марте 1697 в Таганрог направляется думный дьяк Иван Иванович Щепин. Общее руководство восстановлением Азова и строительством новых укреплений по всем правилам фортификационного искусства поручается инженеру Антонию де Лавалю, австрийцу на российской службе. Но де Лаваль заложил первый шанец (небольшое земляное фортификационное сооружение) во имя святого Павла, будущую крепость Павловскую, у Пётрушиной косы (в семи километрах западнее нынешнего Таганрога), а не на мысе, приглянувшимся царю Пётру. Воеводой новой крепости стал И.И. Щепин. 
Петр I
Лишь год спустя, рассмотрев данные еще о нескольких местах в устье Миусса и лимана Пушкарский приказ за явным мелководьем означенных мест вернулся к строительству крепости и гавани на Таганьем мысу, согласно первоначального замысла царя. Подтвердил выбор и присланный морской капитан Матвей Симонт, лично промеривший море. А жестокий и надменный, измучивший войска работами и придирками, де Лаваль в следующем году был арестован и доставлен в Москву для следствия. 
12 сентября 1698 года Пушкарский приказ постановил: «Пристань морского каравана судам по осмотру и чертежу, каков прислан за рукою итальянской земли капитана Матвея Симунта, быть у Таганрога..., а для бережения той пристани на берегу сделать шанец, чтоб в том шанце ратным людям зимовать было можно и сидеть 1000 человекам». 
С тех пор сентябрьскую дату и принято считать официальным днем основания города. 
Строительными работами руководил И.И. Шеин, фортификационными – австрийский барон военный инженер-строитель Эрнест фон Боргсдорф, швед Рейнгольд Трузин, «инженер городового дела», а также и датчанин Юрий Франк. 
1-го сентября 1699 года Пётр Первый, возвратившись с эскадрой от Керчи, присутствует при освящении церкви во имя св. Живоначальной Троицы, что и дало крепости первоначальное название Троицк или Троицкая крепость. 
Как уже было сказано выше, строительство гавани велось под руководством Матвея Симонта, итальянского капитана на русской службе, а крепостное строительство возглавил – Рейнгольд Трузин, ставший преемником Боргсдорфа (автора первого плана крепости при личном участии царя), который разработал «Исправный чертеж и размер строений нового города, что на Таган-Роге на Азовском море строят..» 
Крепость имела форму пятиугольника с четырьмя полигонами и равелинами и была обнесена земляным валом с бастионами по углам общей протяженностью 3 километра. Высота вала – 8 м, глубина же рва – 5 м при ширине 40 метров. 
Боковые стороны вала упирались в обрывы мыса. В вал были встроены три бастиона, два полубастиона, три равелина, оснащенные пушками и гаубицами. Со стороны крепости в нем были вырыты пороховые погреба, устроены казематы и казармы. Территория крепости имела радиально–лучевую планировку, объединенную центральной площадью. На площади были построены: государев двор, Троицкая церковь, городские палаты, дома для простых людей, склады, базар с лавками, кабаки, колодцы. Архитектором в городе одно время работал известный мастер Осип Старцев, представитель «московского барокко». 
План Троицкой крепости с гаванью
Таганрогский порт стал первым в мире, построенным не в естественной бухте, а в открытом море. Он много десятилетий восхищал своей дерзостью и изящной рациональностью зарубежных строителей. 
Акватория гавани заняла 774 тысячи квадратных метра, имела прямоугольную форму и была обнесена молом, набученным камнем. Единовременно она могла вмещать до 250 кораблей. Со стороны моря были устроены главные входные ворота, обороняемые молом с башней. Прикрывались бастионом и боковые ворота, а по углам гавани воздвигнуты башни. 
Вход в гавань оборонял форт «Черепашка» площадью 1200 квадратных метров со 127 пушками», устроенный в море в двух километрах от берега на рукотворном островке. Для его сооружения между рядами дубовых свай, вбитых в морское дно, укладывали деревянные ящики с камнями. И в этом Таганрог был в мировых лидерах – подобный способ возведения молов и искусственных островов был применен впервые в истории. В наши дни остатки форта Черепашки видны лишь при восточных отгонных ветрах. 
И вот Матвей Симонт, сообщил в Москву: «Летом прошлого 1705 года, сентября по 1 число, в Троицком гавана построена». 
К 1709 году строительство основных сооружений в гавани было завершено. Общая протяженность всех молов достигла 1700 погонных метров, для их возведения было забито свыше 30 тысяч дубовых свай, изготовлено и уложено в подводную часть около двухсот деревянных ящиков, в которые было загружено свыше 50 тысяч кубометров камня 
Немецкий генерал Христофор Герман Манштейн (1711-1757) в своих «Записках о России. 1727—1744» писал: «... Он (Пётр I) устроил на Азовском море в местности, именуемой Таганрог, прекрасную гавань, названную им Троица, в которой суда, пройдя без груза устьем Дона, под Азовом окончательно вооружались и могли стоять совершенно безопасно. Все, видевшие эту гавань, сознаются, что это одна из наилучших гаваней Европы». 
Таганрог стал в истории России первым городом, построенным по заранее разработанному генеральному плану и чертежам, с использованием радиально–лучевой планировки, а также первым российским военным портом. 
Царь неустанно следил за развитием Таганрога и писал азовскому губернатору Ивану Андреевичу Толстому (прадеду поэта Ф.Тютчева): «Изволь в том, от чего, Боже сохрани, под нынешние часы, осторожность учинить, как в Азове, так и наипаче в Таган-Рогу, к обороне того места. Сам, Ваша милость, сведом, каково туркам Таганрог». 
Начиная с августа 1696 года, для освоения новых земель, рядом именных царских указов Приазовье превращается в одно из крупнейших в России мест ссылки «на вечное житье». Направлялись в Таганрог также пленные турки и татары, а с началом Северной войны – в большом количестве шведы и жители Прибалтики. Значительную группу составляли казаки Слободской Украины, которые были поселены на реке Миус для охраны подступов к Таганрогу со стороны Крыма. 
Зимой и весной 1709 года Пётр I находился в Воронеже, Азове и Таганроге, которые укреплялись на случай нападения турок и крымцев. Перед своим выездом из Таганрога к Полтаве, где намечалась решающая баталия со шведами, Пётр 4 мая писал А. Д. Меншикову: «Сие место, которое перед десятью летами пустое поле видели (о чем сам сведом), ныне с помощью Божьей изрядный город, купно с гаванью, обрели, и хотя, где долго хозяин не был, и не все исправно, однако ж есть что посмотреть». В это время в гавани Таганрога базировался сильный флот, основу которого составляли 70-пушечный «Спящий лев», 60-пушечные «Гото-Предестинация» и «Шпага», 50-пушечные «Геркулес», «Скорпион», «Ласка» и «Уния», и другие. 
В честь окончания строительства гавани, верфи и города, подчеркивая особые заслуги Матвея Симонта, Пётр 23 мая 1709 года приказал адмиралу Ф. М. Апраксину изготовить памятную медаль: «Изволь приказать сделать Матвею Симонтову монету золотую с каменьями ценою в ста три, и на одной стороне чтобы была наша персона, а на другой – гаван здешний и подпись тут, что дана ему за труды гавана». В ответном донесении, посланном 2 июня 1709 г., Ф. М. Апраксин сообщает: «Монету Матвею Симонтову с персоною Вашего Величества, и на другой стороне с начертанием гавани и с подписанием по указу велю делать немедленно, и когда сделаю, немедленно до Вашего Величества пришлю». Медаль эта, известная в значительном количестве копий, была овальной формы, с ушком. На ее лицевой стороне действительно был изображен Пётр I, а на оборотной стороне — план крепости и гавани Таганрога, дата «1709» и надпись «ЗА ДЕЛО ГАВАНИ КАПИТАНУ МАТВЕЮ СИМОНТОВУ»…

 
Всего за одиннадцать лет на продуваемом ветрами Таганьем мысу вырос каменный город, первая военно-морская база, в которой было построено более 200 казенных зданий, а в 1357 жилых домах проживало около 10 тысяч человек. В крепости находился гарнизон в несколько тысяч человек, на вооружении которого было 238 пушек. В гавани и в крепости на острове Черепаха, находилось еще свыше ста пушек. Кроме того, в гавани стояло 10 военных кораблей, вооруженных 360 пушками, с командой в 1500 человек. 
В разные периоды создания Таганрога и Азовской флотилии, строительства гавани и крепости в Таганроге служили адмиралы Ф. Я. Лефорт, Ф. М. Апраксин, П. П. Бредаль, Ф.А.Головин, Ф. А. Клокачев, А. Н. Сенявин, К. И. Крюйс, В. Я. Чичагов, Я. Ф. Сухотин, Д. Н. Сенявин, Витус Беринг, Ф. Ф. Ушаков и многие тысячи офицеров и матросов. 
Надо добавить, что по некоторым сведеньям, Екатерина II, в письме Вольтеру обронила как-то: «Пётр Великий предполагал даже перенести сюда столицу державы». Но судьбу города вскоре решила неудачная для России война с Турцией в 1711 году, когда по условиям Прутского мира Россия обязалась срыть возведенную крепость, что и было сделано в феврале 1712 года. 
Екатерина II
«Как не своею рукою пишу – пишет Пётр Апраксину, – нужно турок удовлетворить... пока не услышишь о выходе короля шведскаго и к нам не отпишешься, Азова не отдавай... Таганрог разорить как можно шире, однако же не портя фундамента, ибо может быть Бог иначе совершить». 
Все работы в Таганроге прекращаются. Свыше двадцати недостроенных кораблей разбираются. К сожалению, не увенчивается успехом попытки перевести исправные корабли из Азовского флота на Балтийское море. Поэтому некоторые из них были проданы Турции, другие сожжены. Среди проданных кораблей оказались краса и гордость Азовского флота «Гото-Предестинация» и «Ласка». 
Были срыты крепостные валы Таганрога, взорваны его укрепления и гавань, разобраны доки. Гарнизон Троицкой крепости с пушками и припасами был передислоцирован в крепость недалеко от Черкасска (ныне – станица Старочеркасская), в Хоперскую, Тавровскую и Ново-Павловскую крепости. 
21 мая 1712 года уходит последний русский караул из Троицкой крепости на Таганроге. Лишь только турки вступают в покинутый город, как бросаются на остатки укреплений, чтобы не оставить камня на камне от ненавистной крепости. 
«Таганрогскую крепость и цитадель турки до основания разоряют» – доносил царю уже в сентябре 1712 года Ф.М. Апраксин. 
А затем 24 года Приазовье находится под властью турок. Если Азов они еще стараются укреплять, то Таганрог полностью ими заброшен. Лишь в ходе очередной русско-турецкой войны в 1736 году в царствование Анна Иоанновны после четырехмесячной осады Азов был вновь взят фельдмаршалом Минихом, отходит к России и Таганрог. Сразу же начинается его восстановление. Но после заключения союзником России Австрии предательского сепаратного мира с турками все восстановленные укрепления вновь приходится уничтожать, хотя эта территория и остается за Россией. 
И только после победоносной войны 1768-1774 годов, уже в эпоху Екатерины Великой Россия вернула себе эту землю уже окончательно. Троицкую крепость быстро восстановили на старых фундаментах, а гавань стала базой для воссоздания Азовской флотилии. В соответствующем указе (ноябрь 1769 года) Екатерина II писала: «Таганрогскую гавань отдаем мы совсем в ведомство вице-адмирала Сенявина с тем, чтобы оную поставить в такое состояние, чтоб она могла служить убежищем судам, так и для построения оных, а тем паче галер и других судов ... и чтоб в будущую кампанию 1770 года флотилия во оной уже зимовать могла ...». 
Восстановление Азова и Троицкой крепости было поручено генерал-поручику Фридриху Вернесу. Правда теперь ее больше величают Таганрогской крепостью или Таганрогом. 
Были восстановлен и крепостной Пётровский вал со рвом, да с двумя крепостями – Павловской на Петрушиной косе и что на лимане, а также с дополнительным редут посредине, а также расселены вдоль вала 500 семей донских казаков, составивших Таганрогский казачий полк по командование полковника Якова Ханженкова. 
Первым комендантом Таганрогской крепости становится бригадир Иван Петрович де Жедерас. В конце апреля 1771 года адмирал А. Н. Сенявин сообщал президенту Адмиралтейской коллегии графу И. Г. Чернышеву: «При всей моей скуке и досаде, что флот еще не готов, Ваше сиятельство, вообразите мое удовольствие видеть с 87-футовой высоты стоящие перед гаванью (Да где ж? В Таганроге!) суда под военным российским императорским флагом, чего со времени Пётра Великого ... здесь не видали». А в конце мая 1771 года под командой Сенявина находился уже 21 корабль с 450 орудиями и 3300 членами экипажей. В июне Азовская флотилия поддерживала взятие Перекопа, крепостей Керчь и Ени-Кале, отбивала попытки турецкого флота блокировать продвижение русских по восточному берегу Крыма и обеспечивала другие действия армии генерала В. И. Долгорукова. 
В сентябре 1773 года, академик Санкт-Петербургской академии наук немецкий врач и естествоиспытатель Антон Иоганн Гюльденштедт (1745-1781), совершавший обширное путешествие по юго-востоку Европейской России и Кавказу, так описывал в своем дневнике увиденный Таганрог: «Крепость стоит на совершенно ровной возвышенности, поднимающейся на 30 саженей над уровнем моря, у которого она с южной стороны обрывается крутым берегом… Длина крепости с востока на запад пятьдесят саженей, а ширина с севера на юг четыреста. Она окружена сухим рвом с палисадом и правильным валом с батареями и бастионами... Противолежащую крепости часть моря занимает гавань, объединенная деревянным молом. Мол имеет в окружности шестьсот саженей, в ширину три саженей и в вышину 10 футов… Он возведен на старом фундаменте времен Петра Великого… Насупротив гавани в верстах трех на юг лежит остров, на котором устроен теперь карантин для судов, приходящих из Крыма». 
Указом от 5 февраля 1776 г. Темерницкая портовая таможня была перенесена в Таганрог уже как Таганрогская главная портовая таможня. Скоро в Таганроге была открыта для внешнеторговых операций контора торгового дома «Сидней, Джеймс и Ко», основанное тульским купцом Сидневым, английским моряком Джеймсом и купцом Этоном. 
Азовская флотилия перебазировалась из Таганрога в Керчь, а строительство военных кораблей перенесли в Херсон, Таганрог же со временем превратился в купеческий портовый город. 
Но это уже другая история…

КАК ЦАРЬ ПЁТР ЗАСЕЯЛ КЛАД НА МЫСУ ТАГАНЬЕМ
О том, как царь Петр Алексеевич деньгу несметную в Азов-море на Таганьем рогу обронил-рассыпал, не всяк и в Богудонии – заповедном месте таганрогской земли неисхоженной, краю азовском запутанном – поведать нынче сможет. То лишь старые люди баяли, что сами в грамоте не сведущи, читать-писать не обучены, а так – с языка на язык – тянут сказки-присказки. От азовских сидельцев, от потешных царских людишек молва та про клад богудоньевский и дошла нерасплесканной.
Как одолел в войне Петр Алексеевич в Азов-городе турок-нехристей, так велел он для награды обещанной полки солдатские во фрунт выстроить. Сам идет, не гнушается, из шкатулки гербованной отсыпает рубли не жалеючи, героям да раненым. А Лефорта с Гордоною, генералы его немецкие, от солдатских шеренг воротят носы, брезгуют – диспропорцию чинят такой царевой щедрости.
– Нету нынче регламенту, херр Питер, чтоб рубли горстями зольдатам раздаривать! – говорят да жмутся к своим сундукам немаленьким, крышки кованые любовно оглаживают.
Отмолчался Петр Алексеевич на слова генеральские, не стал позорить перебранкой викторию, поделился остатком казны с русским воинством. А как ночь навалилась, да зажглись костры караульные, глянул Петр Алексеевич на Азов-город да окручинился: мал и кособок городишко-то, не по чину столоваться в нем царю русскому, негде развернуться душе его широкой. Собрались тогда казаки в круг, пошумели-погутарили да решили царю место знатное, рогом издавна прозванное Таганьим, показать в зеленом Азовском море, очи светлые его порадовать и себя в государевом деле восславить. Утром прыгнул царь с донцами в струги легкие, казаками смоленные. Враз ударили весла гибкие, стаей выпорхнули, да на запад, куда солнце клонится, и отправились. А царь Петр Алексеевич молод был тогда да отходчив, 
пригласил на прогулку и Гордону с Лефортою. Пусть зады от своих сундуках оторвут генералы немецкие, морским ветром продышатся, окоемом казацким подивятся. Да не раз и не два гребцы весла осушивали и чарки полные по кругу облегчивали, пока рог Таганий заветный, что царю казаки загадывали, впереди не завиднелся темной тучею. Немцы цокают, усмехаются:
– Сие место пустынно и сумрачно, для ассамблей и политесу европейскому невыгодно. Только зря свои букли сквозняком азовским взлохматили. 
Царь же Петр Алексеевич закатал рукава кафтана бомбардирского да стал лоцией море супротив мыса мерить-проглядывать. На карте зарубки указывать – где тут гавань ладить да крепость грозную пристраивать. А как спрыгнул на песок мыса Таганьего да прошелся по берегу широкому, так и вовсе распылались азартом его очи царские: 
– Нынче ж стольный град для империи заложу в сем месте! Порт великий и крепость знатную! Наши станут моря сии южные, от османов вернем православную Константинову вотчину!

– Не пристало в степи, где вчера казаки с татарвою рыскали да на шашках переведывались, возводить морскую фортецию! Не по правилам сие, не в артикулах – без залива строить гавану знатную! – все Лефорта с Гордоной колготятся. – Не приедут сюда немцы ученые, не помогут инженеры дикий край сей обустраивать!
Призадумался царь Петр Алексеевич словам генераловым, ус покручивает, умом прикидывает. На Лефорту с Гордоною с прищуром косится. Так выходит, что без немцев обученных тут фортеция не устроится, не приладится гавань крепкая без машинерии их хитроумной. 
– А за золотом пять сундуков сторгуемся? Управятся тогда немцы обученные?
– Кто роздал самолично казну сословию подлому? – Рассмеялись Гордона с Лефортою. – Чем заплатишь теперь, херр Питер, немецким помощникам? Где возьмешь золотишко для жалованья?
– Есть заначка в примете секретная. Не обижу я немцев обученных. Даю царское слово верное. 
Завели толковище генералы немецкие. Букли чешут, на гроссбухах подсчеты записывают. Час, другой выверяют коммерцию – все ли сходится, не прогадают ли?
– За пять сундуков золота и еще полшкатулки серебра да три монетки медные и два грошика сладим крепость да гавань выстроим. По последней науке с чертежом разлинованным.
– Порешим на том, не промешкая. Да приступим к делу.
Взял Петр Алексеевич в охапку Лефорту с Гордоною и на кручу Таганью втащил их играючи, казакам на насмешки и шуточки. Следом выволок и сундуки их, задами немецкими прогретые. Как откинули крышки – только ахнули! 
Громче всех вперебой Гордона с Лефортою заохали:
– Сие талеры цесаря Австрии и круля польского, золотая чеканка папы римского и дожей Венеции. Для коммерции тайной нам даны под процент с депозитом немаленький. В политесе сие дозволяется! 
И добавили совсем уже жалобно: – То не есть капитал и сокровище!
Приподнял Петр-царь сундук первый подмышку и пошел над кручей высокою, вдоль Азовского моря – в землю зерна словно бросает в рассыпочку, не жалея талеры с флоринами. 
– Пусть послужит латинянское золото добрым всходам на мысе Таганьем! Урожай соберем немереный! Так приедут инженеры иноземные? Что молчите, генералы мои немецкие? Или разом другим пройтись по берегу моря?
– Непременно приедут, херр Питер, куда уж теперь денутся! – причитают Лефорта с Гордоною. – Тут отбоя не будет от страждущих урожай собирать в морском береге!
Сел на струги царь Петр казацкие и отчалил с песней веселою. Только нет на тех стругах Гордоны с Лефортою, мыс сторожат с сундуками пустыми – ожидают иноземных помощников. Вести тайными тропами шлют немцам обученным – зовут решетом просевать песок, искать талеры, крепость рыть и гавань прилаживать. Через год-другой и на третий быстро в рост пошла крепость Троицкая, на Таганьем рогу заложенная. Прижилась она к душе Петру Алексеевичу, на награды не стал он жадничать, отплатил сполна за труды и Лефорте с Гордоною. Не забыл и немецких помощников, что работных людей на мысу приглядывали, по науке крепость строили и по правилам. И для всех мастеров царь московский медаль высек в честь города славного, Таганрогом в циркуляры вписанного. А на кручах гавани старой, где Гордона с Лефортою вслед царю скакали-выпетливали, проросла через век Богудонская вольница – поселение путанное, к чужим скрытное. По ее берегам азовским и нынче бродят-рыщут ватаги, охочие до цесарских талеров и золота венецианского.
Проверяют, что старые люди баяли: те, что сами в грамоте не сведущи, читать-писать не обучены, а так – с языка на язык – тянут сказки-присказки, на забаву ради да не для корысти.



Из Энциклопедии Таганрога: Троицкая крепость (Троицк-на-Таганьем Роге) - строилась в период 1699-1711 впервые в истории русского градостроительства по заранее разработанному плану, была земляной (тоже впервые) и явилась основой для строительства города Троицка. Возводились по проекту инженера фон Боргсдорфа, согласно личным указаниям Петра I значительно доработанный Ф. Трузиным. Строительство в основном было закончено к весне 1709. Т.к. представляла собой часть территории оконечности мыса в виде сегмента, обусловленного природными очертаниями «рога», огороженного земляным валом высотой около 8 м и рвом глубиной около 5 м протяженностью около 3 км. В центре (по оси нынешней улицы Чехова) вал доходил примерно до нынешнего Некрасовского переулка. Боковые стороны ломаными линиями спускались к обрыву, со стороны которого ограды не было. Здесь крутой обрыв представлял собой естественную преграду. В крепостном валу были выстроены мощные оборонительные сооружения: три бастиона, два полубастиона, три равелина, оснащенные пушками и гаубицами. Вдоль вала размещались казематы, пороховые погреба, казармы. Двое крепостных ворот - северные (Московские, Архангельские) и южные (Морские, Никольские) - тщательно охранялись. На случай осады с суши дополнительным препятствием служил сухой ров шириной 40 м и глубиной 5 м, вырытый вдоль всего вала. Внутри крепостная территория имела радиально-лучевую планировку, объединенную центральной площадью. Здесь были построены: государев двор, городовые палаты, дома для начальных людей, Троицкая церковь (собор). Имелись склады, базар с лавками и кабаками, колодцы, печи для изготовления извести и т.п. К середине 1711 в пределах Троицкой крепости насчитывалось 206 каменных и 162 деревянных строения для размещения гарнизона и жителей на случай осады. Основная часть населения проживала вне крепости, в слободах. Артиллерийское оснащение Троицкой крепости в 1711 состояло из 293 пушек и 40 гаубиц (помимо установленных в гавани и на о. Черепаха). Согласно Прутскому договору крепость была разрушена в 1711-1712. Ее возрождение стало возможным лишь в 1769-1770-е годы. Однако после присоединения Крыма к России (1783) Т.к. потеряла свое предназначение и была упразднена по Указу Екатерины Великой 1784 г., а корабли Азовской флотилии были переведены в Севастополь. Таганрог развивался как гражданский торговый город. Постройки крепости использовались в различных целях, а затем постепенно были разобраны.
Comments