Дом 87

"Гаврюшкин О. П. Вдоль по Питерской"
УЛИЦА ПЕТРОВСКАЯ, 63. КВАРТАЛ 87 (ЛЕНИНА, 87).
Впервые капитальное здание на этом месте построил греческий купец Дмитрий Петрококино. Его отец, купец 2-й гильдии Михайло Петрококин (так показано в документах 150-летней давности) торговал красным товаром, был женат на Замбелле Николаевне. В семье родилось четверо детей, все мальчики. Первенец Дмитрий Михайлович в 1865 году женился на приехавшей из Хиоса 18-летней Ульяне (Юлии) Евстратьевне Вуро. В 1870 году родился сын Михаил.
Будучи купцом 2-й гильдии, Д.М. Петрококино еще в 1865 году избирался членом сиротского суда, был и такой, на котором присутствовал городской голова. Именно семья Петрококино была пионером и монополистом в «машинной» воде, добываемой из колодцев машинным способом. В 80-х годах семья уехала в Одессу.
Здание приобрел коллежский асессор Козьма Николаевич Комнино-Варваци, решивший его значительно перестроить с добавлением второго этажа и расширением дворовых служб. Для этого он обратился в городскую управу с прошением и только через два года в 1892 году получил положительный ответ:
«Номер 681. Таганрогская городская управа, руководствуясь 114 статьей городского положения, рассмотрев настоящий план владения коллежского асессора Козьмы Николаевича Комнино-Варваци, состоящего в городе Таганроге во 2-м полицейском участке, 87 квартала по Петровской улице под номером 63, утверждает таковой, взамен утвержденнаго ею 12 мая 1890 года за номером 3163. Февраля 13 дня 1892 года».
Ответ был подписан членом таганрогской управы и городским секретарем с заковыристыми, на полстраницы росписями, которых сейчас и не встретишь.
Начало фамилии Комнино-Варваци положил греческий гражданин Иван Андреевич Варваци, хотя настоящая его фамилия Леонтидис. Фамилию Варваци он получил от слова «Варвакис», прозвища, которым он обязан своим друзьям по борьбе против турецкого ига.
Проект здания по Петровской, 63
Иван Андреевич, сын Андрея Леонтидиса и Марии Марос, родился в 1750 году на небольшом острове Псара, лежащем посреди Эгейского моря. Мать погибла во время большой резни на острове Хиос в 1822 году, где она за четыре года до этого приняла монашество.
По отсутствии на острове учебных заведений, да еще в условиях турецкого присутствия, будущий именитый житель нашего города почти никакого образования не получил, кроме, разве, чтения на греческом языке да начальных правил арифметики. В наследство от отца, который занимался грузовыми перевозками между островом и материком, получил небольшое судно с командой в несколько человек да врожденную ненависть к туркам. В 17 лет уже самостоятельно плавал в качестве капитана на своем суденышке на значительные расстояния.
При появлении в архипелаге эскадры графа Орлова за свои скудные и последние сбережения построил фрегат «Святой Андрей» и поступил на службу к русскому царю. Отличившись в битве при Чесме, где получил тяжелое ранение, был удостоен чина поручика, затем, по представлению А. Г. Потемкина — звание лейтенанта, капитана, майора, о чем свидетельствует документ, подписанный Екатериной II.
Бой в Хиосском заливе. Картина И. Айвазовского
«БОЖЬЕЙ МИЛОСТЬЮ МЫ ЕКАТЕРИНА ВТОРАЯ, императрица И
САМОДЕРЖИЦА ВСЕРОССИЙСКАЯ, и прочая, и прочая, и прочая. Известно и
ведомо будет каждому, что МЫ Ивана Варваки, который НАМ капитаном служил,
для его оказания к службе НАШЕЙ ревности и прилежности, в НАШИ секунд-
майоры, тысяща седм сот восемьдесят второго года, февраля четвертаго надесят
дня, всемилостивейши пожаловали и учредили, яко же МЫ сим жалуем и
утверждаем, повелевая всем НАШИМ упомянутого Ивана Варваки за НАШЕГО
секунд-майора надлежащим образом признавать и почитать: напротив чего и МЫ
надеемся, что он в сем ему от НАС всемилостивейши пожалованном новом чине,
так верно и прилежно поступать будет, как это положено доброму Офицеру
надлежит. Во свидетельство того МЫ сие собственною НАШЕГО ... печатню
укрепить повелевала.
Дана в Санктпетербурге, лета 1782, декабря 31 дня.
ЕКАТЕРИНА.»
По окончании войны изъявил желание продолжать службу и с разрешения графа Орлова через Константинополь направился в Россию. Зная об участии Варваци в Освободительной войне, турки по пути следования его арестовали, и только удачный побег и вмешательство российского посланника в Стамбуле спасло его от верной смерти. Пешком и ограниченный в деньгах Варваци добрался до Петербурга и после аудиенции у Императрицы получил 1000 золотых монет и место в Астраханской губернии, где со своей природной предприимчивостью, трудолюбием и честным ведением торговых дел получил всеобщее признание. Занимаясь рыбным промыслом на Каспийском море, имел большие, исчисляемые сотнями тысяч рублей, деньги, которые жертвовал на нужды города Астрахани, включая постройку церковных храмов, судоходных каналов и набережных, мостов, лечение больных, борьбу с заразными болезнями и другие благотворительные цели.
Это не осталось незамеченным, Иван Андреевич получил орден св. Владимира IV степени, орден св. Анны II степени с бриллиантами и золотое
кольцо, украшенное драгоценным камнем.
Иван Андреевич Варваци (Леонтидис)
Посчитав, что на склоне лет климат в Таганроге для него более благоприятен, Варваци в 1814—1815 годах приезжает в наш город. Не оставляет благотворительной деятельности и продолжает вести неустанную борьбу за освобождение своей Родины. При построенном им Иерусалимском греческом монастыре, на который он потратил 600 тысяч рублей и 60 тысяч рублей на его содержание, основал тайную организацию «Филики Этерия».
На пожертвованные Варваци деньги в Таганроге существовал дом призрения для бедных на 12 человек и богадельня на 8 коек. В районе балки Малая Черепаха его подарком был также деревянный дом со службами, пятнадцатью десятинами земли, фруктовым садом, мельницей и колодцем. В этом имении 18 октября 1837 года открыли больницу на 60 постоянных и 10 запасных кроватей с богадельней на 30 кроватей и больницу для умалишенных. Все три учреждения получили название «богоугодных учреждений».
За свой счет 16 лет содержал учителя греческого языка и музыки в мужской гимназии, внося ежегодно по 200 рублей. За несколько месяцев до смерти, когда в Греции началось вооруженное народно-освободительное восстание, Иван Андреевич покидает пределы России. Умер он на небольшом острове Зант в военном госпитале, прожив 75 нелегких лет. В его честь в столице Греции Афинах на высоком пьедестале установили памятник во весь рост, выполненный греческим скульптором Дросси.
Следует отметить, что последующий род И.А. Варваци идет по женской линии. Его первая дочь Мария, рожденная в 1770 году, вышла замуж за потомка Византийской империи, греческого купца 1-й гильдии и капитана корабля Николая Ивановича Комнино.
Ордена, полученные И.А. Варваци от русского правительства
Не имея сыновей, дабы не угасло его имя в последующих поколениях, Иван Андреевич Варваци обратился к своей покровительнице и императрице Екатерине II с просьбой разрешить его дочери Марии иметь двойную фамилию: его и ее мужа. Вот почему далее упоминается фамилия Комнино-Варваци, и сделано это было с Высочайшего разрешения Екатерины II.
Изучая родословную семьи Николая Комнино-Варваци, начиная с 1804 года, удалось установить, что в семье родилось четыре сына и дочь: Егор (год рождения — 1799, определен косвенно по записи, сделанной священником при отпевании в 1869 году, где указан возраст покойного), Марк (1806—1882), Козьма (1809—1899), Иван (год рождения определен косвенно — 1834, по указанию священника при бракосочетании, дату смерти определить не удалось) и, наконец, дочь Деспина.
В дальнейшем грамотой губернского предводителя Екатеринославской губернии от 25 апреля 1821 года всем сыновьям Комнино-Варваци — Ивану, Егору, Марку, Козьме и Андрею за заслуги со стороны деда Ивана Андреевича и отца Николая Ивановича пожаловано дворянство. В Рескрипте указано еще одно имя — Андрей, которое нигде, ни в каких известных документах более не упоминается либо по причине его преждевременной смерти, либо отъезда за границу, где его следы и затерялись.
Егор Николаевич был женат на француженке Юлии Иосифовне Рибадо. В семье родилось семеро детей: Иван (1832), Мария (1835), Иосиф (1837-1839), Дмитрий (1838), Евгений (1839), Андрей (1840) и Викентий (1843).
Иерусалимский монастырь, построенный на средства И.А. Варваци
В свою очередь у сына Егора Николаевича Ивана, сочетавшегося в браке с дочерью пожизненного великобританского консула в Таганроге Генриеттой Ивановной Каррутерс, появилось на свет семеро детей: Николай (1864), Юлия (1865), Генриетта (1869), Георгий (1871), Маргарита (1873), Эдуард (1874), а у Викентия Егоровича — двенадцать: Николай (1872), Александр (1873), Викентий (1874), Георгий (1876), Вера (1878), Владимир (1879), Константин (1881), Зинаида (1882), Мария (1884), Роза (1886), Марк (1889), Надежда (1891).
Марк Николаевич, предводитель дворянства Ростовского уезда, 20 апреля 1836 года обвенчался в греческой церкви с дочерью титулярного советника Ильи Алфераки — Софьей. Поручителями стали отставной штаб-ротмистр Антоний Егорович Трандафилов и коллежский регистратор Афанасий Николаевич  Перестиани. Новобрачных в греческой церкви венчал протоиерей Евстафий Полипрокович Сакелариди. В семье родилась дочь Александра (1836), впоследствии вышедшая замуж за придворного греческого короля Попудова, и Елена (1837), как мы уже писали, будущая супруга Александра Борисовича Лакиера.
Козьма Николаевич, коллежский асессор, в 1841 году взял в жены дочь нежинского грека Надежду Дмитриевну Вафеи. Родилось три дочери: Зинаида (1846), Вера (1847) и Александра (1854). Александра Кузьминична в 1888 году обвенчалась с великобританским подданным Артуром Моберли. Невесте исполнилось 34 года, жениху — 32.
Не так просто, оказывается, раньше было обвенчаться невесте православного вероисповедания с женихом другой веры, имеющим великобританское подданство да еще и вторым браком. Потребовались документы. Первый предоставил благочинный таганрогских церквей и настоятель Успенского собора Федор Покровский. 22 мая 1888 года он писал: «Причту Греческой церкви. Во исполнение указа консистории от 19 сего мая за № 5187 государя Императора в 16 день минувшего апреля Высочайше соизволил разрешить великобританскому подданному Артуру Моберли вступить в брак с девицей православного вероисповедания Александрой Комнино-Варваци без обязательства крестить и воспитывать в православной вере детей могущих родиться от сего брака».
Николай Иванович Комнено (Комнино) Варваци
Георгий (Егор) Николаевич Комнино-Варваци
Второй документ за № 5690 предоставил 7/19 мая 1888 года великобританский консул: «Дано сие свидетельство великобританскому подданному Артуру Моберли в том, что по представлении документов видно, что он был холостым при вступлении в брак с покойной женой Эдит Ландер и что он теперь в первый раз вдовец, в чем подписью и приложении печати удостоверяю». 
Дочь Деспина Николаевна бракосочеталась 13 января 1829 года с доктором Францем Абросимовичем Минье, у которого этот брак был вторым. В семье родились Леонид (1829), Евгения (1830), Константин (1836), Зинаида(1840) и Евгений (1842).
Получается, что Иван Андреевич Варваци, если бы был еще жив в 1900 году, по линии Комнино-Варваци имел бы 5 внуков и 23 правнука. Если принять во внимание, что только у двух его правнуков Ивана и Викентия Егоровичей родилось 18 детей, можно представить, какое многочисленное потомство оставил нам наш знаменитый земляк. Многие из них жили и умирали в Таганроге, другие по многим причинам покинули его пределы и разъехались по миру.
Большую роль в общественной жизни города играл Марк Николаевич. Он и муж его сестры доктор Франц Минье были первыми учредителями Благотворительного Общества. При городской думе в 1849 году организовали садовый комитет, который в течение 20 лет следил за садовыми насаждениями.
Сейчас в Таганроге живет потомок Ивана Андреевича Варваци, его прапраправнучка Ирина Владимировна Быханова, дочь Владимира Викентьевича, идущего по линии Егора Николаевича. Ее дед Викентий Егорович, получивший за границей образование и диплом врача-одонтолога, работал зубным врачом и протезистом, был женат на Марии Федоровне-Абишеровне Кальванитской.
Отец Ирины Владимировны Быхановой работал учителем чистописания и рисования в частном училище 1-го разряда (курс мужской гимназии) А. А. Грановского. Семья снимала квартиру по Чеховской улице, 40 (в старом исчислении) у купца Ивана Эммануиловича Кумани. Купив у жены самосско-подданного Марии Икономо дом, семья через два года перебралась на жительство в домовладение по Итальянскому, 58. Рядом с домом Владимир Викентьевич в 1913 году приобрел небольшой участок земли, построил котельную и разбил цветник. В парниках выращивали редкие сорта тюльпанов и другие растения. Вести хозяйство помогала ему жена Александра Федотьевна.
Александра Марковна Попудова
Ирина Владимировна Быханова (урожденная Комнино-Варваци)
Нина Георгиевна Добролюбская, урожденная Комнино-Варваци, с мужем, 1936 год
При советской власти хозяин оранжереи преподавал в металлургическом техникуме, а оранжерея перешла в ведение горзеленхоза. Сын Ирины Владимировны Алексей получил медицинское образование и работает в Ростове на станции скорой помощи.
Престарелая двоюродная сестра Ирины Владимировны Нина Георгиевна, также прямой наследник Ивана Андреевича Варваци, живет в Ленинграде, дочь Ирина Георгиевна Добролюбская в Таганроге. Отец Нины Георгиевны страдал душевным заболеванием. Однажды, в период возбуждения, в своем доме по Греческой, 59 сделал несколько выстрелов из револьвера и, никого к себе не подпуская, грозил взорвать дом. Прошел курс лечения в ростовской больнице. Произошло это еще до революции.
Вернемся к Козьме Николаевичу, когда в 1892 году он получил от городского управления положительный ответ на перестройку здания по Петровской улице, 63. К тому времени имел уже чин коллежского советника, что приравнивалось к 6 классу табеля о рангах, троих дочерей и любимую внучку Александру Моберли. Носил усы и раздвоенную седую бороду. Как известно, был женат на Надежде Дмитриевне, урожденной Вафей. Ее отец, состоятельный нежинский грек, за свое чрезмерное тщеславие частенько подвергался насмешкам. По свидетельству П.П. Филевского он однажды купил себе пару породистых рысаков на выезд, приказал запрячь их в сани и выехать на главную улицу. Сам же стал неспеша прогуливаться пешком. Когда его двойка проезжала мимо него, Дмитрий Дмитриевич остановил ее и с большим акцентом громко обратился к кучеру.
— А цьих это лошадей?
— Дмитрия Дмитриевича Вафея, — ответил кучер. Хозяин сделал вид, что не расслышал и, приложив руку к уху, повторил вопрос.
— Цьих? Цьих? Не слышу!
— Дмитрия Дмитриевича Вафея, — крикнул кучер на всю Петровскую улицу.
— А! — довольно произнес владелец лошадей и с достоинством пошел дальше.
Козьма Николаевич Комнино-Варваци
Строительство дома велось строго по проекту. Несимметричное и длинное по фасаду, оно красиво смотрелось своими колоннами и тремя венецианскими окнами. На уровне второго этажа здание соединялось переходом с находящимся в глубине двора флигелем. В нем разместились прачечная, сушильня, наверху службы. Во дворе построили конюшни и каретные сараи. В общей сложности в доме было 62 комнаты, в которых проживал сам хозяин Козьма Николаевич, две его бездетные дочери (Зинаида и Вера), а также семья Моберли, Александра и Артур.
В газете «Приазовский край» за 25 августа 1906 года «Шиллер из Таганрога» (Тараховский) так дает описание квартир в доме Варваци.
«Прекрасный дом. Как много комнат. Какая великолепная прачечная, чудные кухни, шикарные клозеты. Масса комнат, но все они невысокие и небольшие. Только одна зала в шесть аршин высотой, остальные комнаты в пять и даже 3,5 аршина».
Обслуживало хозяев дома 46 человек прислуги во главе с необычайно высокого роста дворецким Герасимом, пользующимся в семье неограниченным доверием. С целью вызова слуг в доме устроили целую систему звонков, по высоте звука и тону которых можно было определить, кто, куда и кого вызывает. Кроме денег К.Н. Комнино-Варваци имел семь десятин земли и рыбный завод.
Улица Петровская, дом Комнино-Варваци, впоследствии городская управа
Мысль покинуть Таганрог и уехать в Англию с семьей возникла после того, как в феврале 1898 года, а затем в марте следующего умерли мать и отец. В 1906 году Моберли предложили городской управе купить их дом за 200 тысяч рублей. Дума согласилась, однако сделала оговор: деньги будут выплачиваться с рассрочкой в 20 лет (Моберли к этому времени исполнилось по 65 лет). Поверенного в делах это, однако, не устроило и он предложил десятилетний срок из четырех процентов, что не устроило другую сторону. К этому времени семья уже жила за границей, и переговоры о продаже дома затянулись. В конце концов сошлись на сумме в сорок тысяч рублей, и 6 декабря 1908 года здание стало собственностью города. В нем разместилась городская управа. Одну из комнат отдали городскому музею.
На 1916 год семья Комнино-Варваци владела несколькими домами в городе: Петровская, 46; Греческая, 62; Греческая. 59; Итальянский переулок, 58; Николаевская, 53.
После революции в здании по Петровской, 63 в разное время размещался клуб кожевников, дом работников просвещения, школа автомототранспорта, автомотоклуб и Дворец пионеров, где широкая мраморная лестница из вестибюля вела в многочисленные комнаты для занятий. Здесь работало 85 кружков детской самодеятельности, в которых принимали участи 1870 ребят.
При немецкой оккупации города в 1941 году в доме размещалась полиция. Во главе ее стоял местный житель Таганрога Борис Стоянов, который «в период вражеской оккупации добровольно поступил на службу в полицию в октябре месяце 1941 года. Быстро вырос по служебной лестнице: помощник начальника участка, начальник участка, затем начальник таганрогской полиции. Активно участвовал в вербовке ее в тыл Красной армии. Лично участвовал в обысках, арестах, облавах, допросах, убийствах и массовых расстрелах советских граждан, коммунистов, комсомольцев, советских активистов и лиц, неблагонадежных к немецким властям. Принимал участие в карательных акциях против ровенских партизан. Руководимая им полиция в количестве 600 человек вела в городе Таганроге работу по поддержанию оккупационного режима, охране немецких воинских объектов.
Дворец Пионеров. 1930-е годы
Организовал и отправил 12 тысяч советских граждан в Германию. Организовал и лично участвовал в расстрелах в Петрушиной балке». Здесь, в подвалах пытали членов таганрогского подполья, других советских патриотов, выступающих против немецкого режима. По решению военного трибунала СССР Б.В. Стоянова приговорили к расстрелу.
Послевоенные архитекторы и строители надстроили третий этаж, чем нарушили общую композицию, а несуразными 4-х угольными колоннами совершенно изуродовали облик когда-то прекрасного здания. Выглядит оно угрюмо и серо, в чем можно легко убедиться побывав у его стен.
Служебное удостоверение с фотографией Бориса Стоянова, выданное немецкими властями
Сгоревшее здание Дворца Пионеров. 1943 год
На таганрогском кладбище имеются два рядом расположенных захоронения. На одном из надгробий, выполненном в виде небольшой скалы, возвышается белый мраморный крест увитый венком. На мраморном свитке украшенный розой текст:
«Я есьм воскресение и жизнь,
Верующий в меня и умрешь
Оживет и всяк живущий и верующий
В меня не умрет навеки».
Ниже: «Мария Комнино-Варваци».

Два снимка одного и того же здания, снятые с одной точки, но с разницей в 100 лет
Второй памятник установлен над могилой Надежды Комнино-Варваци (урожденной Вафей). Выполнен из белого мраморного основания в виде скалы, на ней фигура женщины с венком в руках, обнимающей крест, барельеф якоря и цепей, а также раскрытая книга с неразличимым текстом. На цоколе слова: «Над. Дм. Комнино-Варваци. Скончалась 8 февраля 1898 года».
Comments