Дом 74


"Гаврюшкин О. П. Вдоль по Питерской"
УЛИЦА ПЕТРОВСКАЯ, 50. КВАРТАЛ 112 (ЛЕНИНА, 74).
В 1857 году в деревянном доме на каменном фундаменте в глубине двора поселилась супружеская пара писателя и поэта Нестора Васильевича Кукольника. Он не был коренным таганрожцем, но им стал, когда по окончании Крымской войны в числе членов комитета по оказанию помощи тем местностям, которые пострадали от неприятеля, побывал в нашем городе.
Его отец Василий Григорьевич родился в Венгрии, был образованным и способным человеком. Переехав в Польшу, а затем в Россию, преподавал в гласном Петербургском педагогическом институте. Кроме Нестора в семье было еще двое сыновей, Платон, преподававший вместе с отцом, и Павел, профессор истории Виленского института. Со временем отец стал впадать в меланхолию и в припадке умопомешательства бросился из окна третьего этажа. Произошел этот прискорбный случай в 1821 году.
Нестор Васильевич Кукольник появился на свет 8 сентября 1809 году в Петербурге. В гимназии учился вместе с Н.В. Гоголем. В «Таганрогском сборнике», изданном к столетию со дня смерти поэта, есть такие строки.
«В общем развитии и наклонностях молодого человека отражались не только образование, полученное в прекрасно поставленной гимназии высших наук, не только товарищество талантливых молодых людей, но и в значительной степени влияние серьезно образованной семьи. Нестор Васильевич при своих способностях хорошо окончил гимназию, знал новые языки не только французский, но и итальянский, понимал музыку, играл на нескольких инструментах, любил изящную литературу и увлекался искусством. По окончании курса пристроился учителем словесности в Вильне и обнаружил большой педагогический талант. Но в Вильне Н.В. Кукольник оставался не долго и в 1831 году переехал в Петербург. К этому времени, а именно, в период с 1833 по 1856 годы, относится его продуктивная литературная деятельность. Писал он быстро и легко. Произведения его охотно принимались и имели успех, а гонорар литератора его был так велик, как едва ли у кого из современных и более даровитых чем Нестор Кукольник».
Его драма «Рука Всевышнего Отечество спасла» имела большой успех и обратила на себя внимание императора Николая Павловича, однако, когда критик Семеновский поставил Кукольника наряду с Гете, Н.В. Гоголь осудил его за это. Еще в школьные годы он относился к Кукольнику иронически.
Нестор Кукольник
Нестора Васильевича всегда окружало общество артистов и художников, в среде которых он любил проводить время. Им написано 12 романсов на слова которых М.И. Глинка писал музыку. Их любовно исполнял Ф.И. Шаляпин, особенно романс «Сомнение».
В Петербурге Н. Кукольник издавал «Художественную газету» и журнал «Иллюстрация». Получая большой гонорар в деньгах не нуждался, скопил хорошее состояние, женился на Амалии Ивановне, детей, однако, не имели, в чем, вероятно, была виновата супруга. К этому времени и относится его посещение нашего города.
Во время Крымской кампании Н.В. Кукольник совместно с Алфераки и ростовским городским головой А.М. Байковым являлись поставщиками продуктов питания Крымской армии. Они образовали с/х Общество и построили консервную фабрику. В Таганроге Нестор Васильевич познакомился со многими влиятельными людьми и его заинтересовала идея по созданию крупной кампании по отправке муки за границу. Среди них был и Павел Егорович Чехов.
Кукольник приехал в Таганрог на постоянное место жительства, поселился во флигеле, о котором речь шла выше, и купил дачу в районе Больших Дубков. В городе его встретили приветливо, жил он доступно и открыто. Любил детей и часто вступал с ними в разговор. Посещал городовой сад и присутствовал на концертах. Рассказывают такой случай, когда один поклонник его таланта, армянин по происхождению, встретил Кукольника в саду и упал перед ним на колени, выражая при этом благодарность за произведения, им написанные.
8 декабря 1868 года Нестор Васильевич вместе с женой собрался в театр. Зайдя к ней в комнату с коробкой конфет и напомнив, чтобы она не забыла их взять с собой, неожиданно упал и скончался. По свидетельству Филевского Нестор Васильевич был человек здоровый, и эта смерть многих поразила, затем стала вызывать разные толки, едва ли имевшие серьезные основания.
После отпевания в Успенском соборе, на котором вместе с родителями присутствовал и восьмилетний Антоша Чехов, Кукольника с большими почестями похоронили на его даче в Дубках. Впоследствии рядом с его могилой похоронили и его жену Амалию Ивановну. Часто человеку при его жизни выказываются почтения, восторгаются заслугами, а пройдет год, другой и он предается незаслуженному забвению. Так случилось и с Нестором Васильевичем Кукольником. П. П. Филевский по этому поводу писал.
«Непростительно игнорирование чествования столетней годовщины со дня рождения писателя-патриота Н.В. Кукольника, жившего и скончавшегося в Таганроге, оставив по себе самую наилучшую память доброго человека и полезного гражданина. Педагогический совет постановил почтить память Н. В. Кукольника, но она не была почтена. Мы часто осуждаем неблагодарных России иностранцев, но когда семья Кукольника, благодаря приютившей ее России, стала выражать свое преклонение перед нашей Родиной и восторгаться чудными моментами русской истории, мы не поверили искренности Н.В. Кукольника и заклеймили его именем карьериста. Это клевета и при том глупая, потому что даровитый Кукольник совсем не искал почестей».
Донской земельный банк. Конец 19 века
Вторично Амалия Ивановна вышла замуж за доктора Пантелеймона Работина, просвещенного и с широким кругозором человека. Родился он в многодетной семье коллежского регистратора Ивана Гавриловича и его супруги Пелагеи Сергеевны. Среди шестерых детей Мария, Константин, Гавриил, Пантелеймон, Александр, Ставро и Александра, выделим двоих.
Константин Иванович пошел по банковскому делу. Являлся одним из первых руководителей Государственного банка и товарищем (заместителем) директора городского Общественного банка. Входил в первый состав Общества Взаимного страхования, избирался членом приказа Общественного призрения и комитета для сооружения мостовых. С редким трудолюбием и серьезным отношением к делу долгое время вел дела попечительного совета при женской гимназии. Умер в 1888 году в возрасте 60 лет. Его сын подполковник Иван Константинович 11 сентября 1917 года обвенчался в греческой церкви с дочерью бывшего городского головы Анастасией Николаевной Лициной. Ивану Константиновичу было 47 лет и это был его второй брак. Супруге исполнилось 39 лет и она впервые стала под венец. В 1919 году у них родился сын Александр.
Рекламный проспект нотариуса Константина Работина
Пантелеймон Иванович Таганрогскую мужскую гимназию окончил в 1851 году. Получил медицинское образование и работал врачом в мужской гимназии. Для получения степени доктора медицины написал полноценный серьезный труд: «Медико-топографическое описание таганрогского градоначальства», где на 124 страницах исследуются климатические особенности Таганрога, воздействие его на человека, дается историческая справка о национальном составе жителей, их обычаи и другие сведения. Книга отпечатана в Санкт-Петербурге в типографии В. Свиридова (Б. Подьяческая, 19) в 1868 году. На заглавном листе имеется справка, данная ученым секретарем Рудневым: «Сочинение лекаря Работина под заглавием «Медико-Топографическое описание Таганрогского градоначальства» для получения степени Доктора Медицины с разрешения Конференции Императорской С. -Петербургской Медико-Хирургической Академии печатать дозволяется с тем, чтобы по отпечатании представлено было в Конференцию 250 экземпляров ея. С.-Петербург Мая 7 дня 1868 года». Этот труд, наряду с другими многочисленными материалами, использовал и П.П. Филевский, когда работал над своей книгой «История города Таганрога». С 1870-х годов Пантелеймон Иванович в чине титулярного советника исправлял обязанности городового врача и являлся членом Совета о тюрьмах. От брака с Амалией Ивановной детей не было. Выполняя обязанности, врача не всегда, как указывает П.П. Филевский «был корректным исполнителем своего долга» и рассказывает такой случай.
«Жили в то время мы по Варвациевскому переулку угол Петровской (Лермонтовский, 8. - О. Г.). Дом выходил на Варвациевский переулок, а против нас был дом Константина Ивановича Работина, нотариуса. В небольшом флигеле, выходившем против нашей квартиры, жил его брат, городовой врач Пантелей Иванович Работин, муж вдовы писателя Кукольника, но он жену свою оставил и жил холостяком. Это был по званию доктор медицины, но человек больной туберкулезом, раздражительный и ленивый. Больные, приходившие к нему, валялись на улице у парадного входа буквально часами. Его слуга в окно им кричал, что доктора нет дома в то время, когда доктор сидел у окна верхнего этажа и пил не спеша чай. Эти сцены нас глубоко возмущали. Однажды какой-то больной особенно долго валялся на улице, а слуга все ему грубо кричал, что доктора нет. А нам видно из окон, что доктор не только дома, но все это видит и слышит. Я не вытерпел, выбежал из дома, перебежал улицу и закричал слуге.
— Как вы смеете гнать больного, когда доктор дома. Я знаю сколько времени больной здесь на улице валяется!
Доктор скрылся из окна. Он был большим приятелем градоначальника князя Максутова и в один из ближайших вечеров сказал градоначальнику, что надо принять меры против студента социалиста Филевского, который позволяет себе выходки, возбуждающие против официальных лиц. Неизвестно, чем бы разыгралась эта кляуза, надо сказать, слывшего за либерала и прожеиста доктора, если бы тут не оказался член таможни, тоже приятель князя — Чуле, который знал меня хорошо, так как я давал уроки его племяннице. Чуле вступился за меня сказав:
Здесь вероятно недоразумение, Пантелей Иванович ошибается: студент Филевский очень скромный и благонамеренный человек, ничего общего с социалистами не имеющий».
Конечно, сценка рассказанная Павлом Петровичем, была типичной и обыденной, и никто из присутствующих не обратил на нее внимание: в обе стороны улицы продолжали двигаться порожние и груженные товаром подводы, шли по делам и прогуливались прохожие, а на другой стороне Петровской, прислонившись к стене здания, равнодушный ко всему городовой лениво жевал булку.
В строительном комитете по прошению мадам Кукольник в 1861 году составили проект на возведение каменного, 2-этажного, Г-образного в плане дома на углу Варвациевского переулка и главной улицы города. Еще при жизни Н. В. Кукольника здание уже было построено и сдано в аренду на 12 лет Окружному суду. Когда в 1880 году срок аренды закончился и суд перешел в дом Джурича, здание Кукольника приобрел Азовско-Донской банк. В 1894 году специально для Азовско-Донского банка Я.С. Поляков посреди квартала выстроил дом, которым все здания 112 квартала по Петровской улице были  объединены в единый архитектурный ансамбль с добавлением общих украшений. По описанию священника Александра Баландина в этом доме «исключительно художественно была оформлена зала во втором этаже: попадающей в нее лестнице вы встречаете копии классических статуй Венеры медицинской и Апполона, хорошо сделанные; вся зала имеет приветливую светло-коричневую окраску и изящный орнамент: на потолке большой круг, задрапированный листьями во всю его площадь и восемь малых кругов, зарисованных в стиле рококо; по углам потолочного рисунка четыре маленьких юношеских бюста в оригинальных шляпах с перьями; здесь же, на потолке, красуется два кадуцея, как символы быстроты, нужной для специалиста этого авантюриста-олимпийца: торговли, спекуляции и обмана. Около каждого кадуцея по два рога изобилия, как бы сыплющих богатства Азовско-Донскому банку и его клиентам; по стенам две красивые кариатиды, 30 художественных консолей (выступ на стене, служащий подпоркой для краев потолка или для балкона) и 13 женских головок; все окна венецианские, большие, дающие много света в зале».
В дни немецкой оккупации в 1941 году тот же Баландин описывает отдел пропаганды, который служил целям популяризации немецкого рая и для контроля за работой культурно-просветительных учреждений. Помещался по улице Ленина, 76.
«Там восседал лейтенант Гарте, человек со всеми признаками буйного помешательства. Вихрем врывался в Чеховскую библиотеку, возмущался неправильным, с его точки зрения, распределением комнат ее и плакатов на стенах, перемещая эти плакаты по-своему или швыряя их на пол и в диком исступлении топтая ногами, а потом стремительно убегал».
В этом же помещении по Ленинской 72 и 74 помещалось немецкое бургомистерство с его отделами: финансовым, промышленным, строительным, снабженческим, юридическим для русского населения, школьным и другим.
Как известно, писатель Н. В. Кукольник и его супруга Амалия Иванова похоронены за чертой города на их даче.
Еще при защите диссертации Пантелеймон Работин в описании таганрогского градоначальства дает описание места, где находилась дача Н. В. Кукольника.
«Этот небольшой но прекрасный уголок лежит в трех верстах от города и возбуждает постоянно одобрительное внимание и любопытство местных жителей. Роскошь и разнообразие грунтовых цветов, опытное огородничество, хотя и малых размеров, веселый, здоровый вид плодовых деревьев, унизанных отборными, сортовыми фруктами, плодовые, редкие, даже небывалые тут кустарники, наконец, по размеру дачи обширные виноградники с сочными гроздьями, покойно дозревающими на таганрогском солнце, приятно поражают посетителя. Ученого садовника на этой даче нет; руководителями во всем являются сами хозяева и слишком малочисленная прислуга.
Не будучи записными специалистами, они настолько, однако же, наблюдательно присмотрелись к местным климатическим и почвенным условиям, что и в этом отношении представляют замечательный урок, как много может человек и при небольших средствах, но с любовью и усердием к делу внести в свою жизнь приятного и полезного для себя и других на этой благодарной и благодатной местности».
Улица Ленина, 74. 1996 год
Умирая и не имея детей, Амалия Ивановна в своем завещании передавала в собственность города свою дачу и выразила надежду, что на ней будут устроены школы: Сельско-хозяйственная, садоводов и огородничества. Прошло много лет, и ее надеждам благотворительницы не суждены было сбыться. Дача плохо содержалась, приносила жалкий доход, сад запустили и он стал приходить в полный упадок. О школах и говорить было нечего, пожелание Амалии Ивановны не выполнили. В довершение ко всему в мае 1898 году горный техник Ф. Е. Иевлев и статский советнике. Н. Степанов за сумму в 600 рублей сроком на один год арендовали местность для устройства на ней завода «Прометей» по изготовлению для горных разработок взрывчатых веществ.
Свое решение они обосновывали тем, что взрывчатые вещества поставляются из-за границы по очень высокой цене, а вновь изобретенное взрывчатое вещество обладает большими преимуществами перед порохом и динамитом, так как состоит из жидкости и порошка, которые взрываются только при совместном нагреве и ударе. В сухом же виде порошок горит ярким белым пламенем. Завод построили и его владельцем стал некто Вагау, а через два года Кирсанов.
Прошло сорок лет. Члены краеведческого кружка при музее Воликов, Уваров, Шаповалов, Котов, Фильшин и О. Орешко с научным сотрудником Трусовым в июле 1939 года обследовали место захоронения Нестора Кукольника.
Сторож хозяйства «Зеленстрой» Матвей Петрович Автушенко «показал членам кружка место захоронения и рассказал, что в 1932—1933 годах могилу Кукольника с целью разграбления разрыли и разрушили. Могила имела вид ямы, заросшей сорными травами и молодыми деревьями. От металлической ограды, мраморной плиты и двух металлических досок с надгробными надписями не осталось и следа».
Еще при жизни супругов Кукольников после постройки нового дома по Петровской в газете «Полицейский листок» за 1865 года появилось объявление о сдаче комнат квартирантам: «Сдаются внаем квартира в верхнем этаже в доме действительного статского советника с мебелью и с принадлежащими службами. О цене узнать от самой госпожи Кукольник». В доме жил брат Пантелеймона Работина Константин, занимавшийся нотариальной деятельностью и принимавший клиентов на дому.
Здесь кроме Земельного банка в 1912 году работал и принимал клиентов присяжный поверенный К.Е. Адабашев; проживал губернский секретарь, младший нотариус Иван Александрович Кирпичев и его супруга Александра Александровна, учительница французского языка; располагались Русское и Московское Агентства таганрогского отделения Общества взаимного страхования.
В части здания первого этажа с 1947 года размещались городской архив, в других помещениях финотдел Ленинского района, Центральное статистическое управление, сберегательный банк.
Comments