Дом 33

Гаврюшкин О.П. "По старой Греческой"
ПЕРЕУЛОК ИТАЛЬЯНСКИЙ, 31. КВАРТАЛ, 135 (ИСПОЛКОМОВСКИЙ, 33)
Итальянский 31
Итальянский 33
Одноэтажный на пять окон дом с левой парадной дверью принадлежал жене купца Марии Попандопуло. В середине 1890-х годов дом у нее купил врач Исаак Яковлевич Шамкович, владевший им до 1925 года, но продолжавший проживать в нем и при Советской власти. Вместе с Антоном Павловичем Чеховым Исаак Яковлевич обучался в таганрогской гимназии и окончил ее в 1879 году, затем окончил курс Одесского университета и 29 августа 1886 года, когда ему исполнилось 24 года, обручился в таганрогской синагоге с 23-х летней девицей, окончившей врачебные курсы Софьей Николаевной Лихтерман. Оба супруга имели врачебную практику. Софья Николаевна принимала роды и считалась специалистом по женским болезням. При Советской власти работала врачом в военкомате, других городских амбулаториях. Скончалась 18 августа 1935 года. В дореволюционном Таганроге проживал еще один, Исаак Яковлевич Шамкович и это стало известно широкой публике после того, когда в газете «Таганрогский вестник» появилось сообщение, что в покупке мельницы И.Я. Симановича принимает участие И.Я. Шамкович. Тут же последовало уточнение, что не доктор Исаак Яковлевич, а его младший брат И.Я. Шамкович.
Исаак Яковлевич Шамкович
В 1893 году в семье Исаака Яковлевича и его супруг и Софьи Николаевны родился сын, будущий писатель, впоследствии подписывавший свои рассказы псевдонимом «Сергей Званцев», веселивший читателя забавными историями из жизни старого Таганрога, не отличавшиеся, однако, подлинностью описываемых событий. Сергей Званцев (Шамкович) в своих рассказах вспоминает, как их посетил А.П. Чехов, когда у них в доме собрался маленький консилиум из местных врачей, по поводу состояния здоровья известного писателя.
В 1912 году Исаак Яковлевич являлся товарищем председателя Таганрогского Общества врачей, членом правления Таганрогского отделения Всероссийской Лиги по борьбе с туберкулезом. В 1931 году пленум совпрофа утвердил решение президиума горсовпрофа о присвоении врачу, доктору И.Я. Шамковичу звания Героя Труда, как имеющему 44 года медицинского стажа, но лишь в январе 1936 года Президиум ВЦИК (Всесоюзный Центральный Исполнительный Комитет) присвоил врачу И.Я. Шамковичу это звание. В 1916 году он являлся председателем таганрогского Союза врачей, в 1881-82 годах находился под надзором полиции. Исаак Яковлевич скончался на 82-м году жизни, погребение состоялось 23 февраля 1941 года, вынос тела из квартиры в 3 часа 30 минут дня. Остались жена и дети.
На этом рассказ о жизни и деятельности И.Я. Шамковича не оканчивается.
В своем «Дневнике» Павел Петрович Филевский уделил ему много внимания. «1931 год. 6 февраля. Много шума наделала история доктора Мирошникова, который ударил по физиономии рабочего. Предали его показательному суду. Врачи составили показательный суд, на котором особенно громили бедного, доведенного до... (далее идет слово написанное неразборчиво - О. Г.) нахальством врачей Парфацкого и Шамковича И.Я. Гораздо проще прошло дело, когда рабочий ударил доктора Шамковича И.Я. и женщину Ляховскую.
Александр Исаакович Шамкович (Сергей Званцев)
1934 год. 3 января. В сегодняшнем нумере «Таганрогская правда» помещен портрет Исаака Яковлевича Шамковича по случаю занесения его в Красную доску. И при этом похвальное слово ему, в котором он титулуется «красным партизаном». Два года назад его побил рабочий в амбулатории, а теперь его рабочие награждают. Все сплошь ложь.
Шамкович был всегда врачом для богатых, но всегда подхалимствовал перед власть имущими. Я помню как он простаивал часами у Амосовых, когда отбирали у него дом, рассчитывая на влияние Николая Ивановича. И как он без стеснения менялся, начиная с 1917 года. Он, конечно, вполне кадет в глубине души, но вертится как юла во все стороны. Впрочем на этих наградах помешались не только врачи, но инженеры и учителя. Вообще бюрократия страшно усиливается и развивается и при этом в самых несимпатичных проявлениях».
«1934 год. 14 июля. Идет сбор книг для городской библиотеки по вызову Крупской и секретаря партийного комитета под эгидой А. П. Чехова. Недавно был устроен Чеховский вечер, я не был. Эти дни посвященные памяти Чехова необыкновенно противные: обязательно выступает доктор Ис. Як. Шамкович со своими воспоминаниями, собственно говоря нет, Шамкович ничего общего с Чеховым кроме одновременного пребывания в гимназии не имел. Его воспоминания и воспоминания других, это примазаться к имени писателя. Затем следует слащавая речь Гурского, составленная по газетным статьям, сдобренная угодничеством Отделу наробраз (Народного Образования). Затем разные вздохи о великом нашем соотечественнике и каждый раз одно и тож. Теперь возникла мысль поставить ему памятник. Если Ленину поставили жалкую Фигуру, да и то на чужом пьедестале, то, что можно ожидать от памятника Чехову».
«1935 год. 31 мая. Сегодня уехали московские гости. В городе недоумевают, в чем заключался юбилей Чехова. Пародируя слова Цезаря, говорят:
- Приехали, пили, ели и уехали.
Одной клубники из Сочи на аэроплане привезли пять пудов. Город никакого участия не принимал в юбилее. Даже И.Я. Шамкович, всегда выступавший с речами, как товарищ А.П. Чехова, не был приглашен ни на спектакль, ни на угощение, ни на посещение Чеховского домика. Возили только московских актеров, которые все хвалили до приторности, окружала их советская бюрократия, а не земляки Чехова. Ни школы, ни местное население, ни заводы не были призваны к участию».

Волошин В.А. "Вдоль и поперек Итальянского"
Итальянский, 33 Здесь жил Дыскин 
Рядом с домом Шамковича-Лазарева расположен старинный особняк, чем-то похожий на своего соседа. Дом не утратил своей архитектурной привлекательности, и на него обращают внимание прохожие и гости нашего города. В нем в советские времена проживал большой человек, маленького роста, толстенький и лысый. Он работал начальником ОРСа (отдел рабочего снабжения) станции Таганрог СКЖД. Должность по тем временам очень солидная и ответственная. Звали его Соломон Григорьевич Дыскин. В структуру ОРСа железной дороги входили магазины, торговые павильоны, ларьки, базы, склады, столовые, буфеты, пошивочные ателье. И всем этим хозяйством заведовал Соломон Дыскин. 
В Таганрог С.Г. Дыскин переехал из Минска в 1947 году. С ним — десятилетняя дочь Аня от первого брака и вторая жена — Евдокия Григорьевна. 
Человек неуемной энергии, очень подвижный, глубоко эмоциональный и словоохотливый — таким он запомнился многим, кто его знал. Когда Соломон Григорьевич быстрым шагом шел с кем-то по переулку и разговаривал с попутчиком, то на противоположной стороне улицы было слышно, о чем идет речь. 
Кто-то из соседей дал ему прозвище «швицер», что в переводе с еврейского означает «шустрый», «быстрый», а в подтексте — плутоватый, несерьезный человек, любитель присочинить или, как говорят, «заправить арапа». Он знал об этом и не обижался. Только посмеивался и говорил: 
— Ну почему вы меня так называете? 
На этом снимке дом, в котором жили С.Г. Дыскин, А.Ф. Таранский, A.M. Чижов, Ж.И. Кожевников. 
Соломон Григорьевич являлся типичным представителем своего народа, «одесситом» с таганрогской огранкой. Жили Дыскины безбедно. Семейный доход позволял ему поигрывать в карты в кругу таких же любителей преферанса. Алкоголем не злоупотреблял, крепким напиткам предпочитал полусладкое шампанское в обществе хорошеньких женщин. 
Как истинный таганрожец, в летнее время, ближе к вечеру, он с супругой ходил на городской пляж, а в выходные дни — по утрам, пока не жарко. Он шествовал по переулку в давно вышедшей из моды желто-зеленой полосатой пижаме. На ногах шлепанцы на босу ногу, а на голове — панама с мягкими полями и небольшой пушистой бахромой по краям — кустарный продукт кавказских умельцев. В такой экзотической экипировке он походил на одного героя известной кинокомедии 50-х годов. 
В те годы «на переулке» существовал неписаный ритуал: как только солнце сходило за горизонт, жители выносили на улицу легкие стулья и занимали места около своих дворов. Частенько сиживал на пороге своего дома и Соломон Григорьевич с женой Евдокией, которую он ласково называл Доней. Выход «на люди» позволял не только созерцать прохожих, но и находиться в курсе последних городских новостей. Созерцание, как правило, сопровождалось лузганьем семечек и игрой в подкидного дурака. По рассказам соседей Евдокия Григорьевна Дыскина, несмотря на свою полноту, была симпатичной и приятной в общении женщиной. Она работала на железной дороге, в депо, инженером-химиком.
А еще Соломон Григорьевич любил отдыхать, лежа животом на подоконнике открытого нараспашку окна. Лето, господа! Душно! Сначала он выливал перед окнами на нагретый за день асфальт несколько ведер воды (так поступали многие жители переулка), а уже потом занимал наблюдательный пост на подоконнике. 
Провожая взглядом прохожих, он останавливал долгий, изучающий взгляд на молодых женщинах. Вздыхал и что-то шептал про себя.
Но если мимо проходил, не дай Бог, кто-то из знакомых, Соломон Григорьевич непременно останавливал их, и начиналась беседа, больше похожая на полемику. Так просто от него никто не мог уйти. Сначала он дотошно задавал собеседнику вопросы, потом сам начинал что-то рассказывать, при этом непременно отмечал свою особую роль в том или ином сюжете. Даже если на противоположной стороне переулка он видел знакомое лицо, то оглашал округу радостным приветствием с характерной интонацией: 
— Здравствуйте, Сара Харитоновна, как там ваши дети поживают? 
Соседи его уважали. Старейший житель двора Тамара Ивановна Немирова-Корш вспоминает Соломона Григорьевича как общительного, безобидного и бесконфликтного человека. Он ладил со всеми и всегда мог поддержать любой разговор. Во всех общественных мероприятиях двора принимал самое живое... руководящее участие. 
Дочь Дыскина Аня училась в музыкальном училище по классу фортепиано и была примерной девочкой. Может, поэтому Соломон Григорьевич имел привычку «воспитывать» чужих детей, если вдруг они начинали громко шуметь, кричать или гонять мяч у него под окнами. Незамедлительно раздавалась команда «забрать мяч и убираться под свои окна». 
Умер Соломон Григорьевич в 1973 году, он похоронен на кладбище по Николаевскому шоссе. После его кончины жена Евдокия Григорьевна переехала в Киев к приемной дочери Анне. 
Может быть, читатели, знавшие С.Г. Дыскина лично, со мной не согласятся и скажут, что все это выдумки, что он был совершенно другим, — спорить не стану. Но Соломон Григорьевич Дыскин остался в памяти как одна из самых ярких фигур Исполкомовского переулка.
Главбух Таранский 
В одном доме с Соломоном Дыскиным жила семья Таранских. Глава семьи Александр Федорович Таранский работал в том же ведомстве, что и Дыскин, в ОРСе железной дороги. Но это не было случайным совпадением. Дом по Исполкомовскому переулку, 33 относился к категории ведомственных и принадлежал станции Таганрог. Поэтому, когда в 1947 году А.Ф. Таранский после демобилизации из армии приехал в Таганрог, руководство железной дороги выделило ему квартиру в этом доме. 
А.Ф. Таранский родился 8 сентября 1904 года в селе Нещеретово Белокуракинского района Луганского уезда (впоследствии Ворошиловградская область) в крестьянской семье. Подростком, в возрасте 14 лет, добровольно вступил в ряды Красной армии, где прослужил бойцом до 1920 года. В 1926 году повторно был призван в армию и, как положено, прошел полный срок срочной службы. Его военная служба проходила в интендантских подразделениях и была связана с бухгалтерской работой. В 1929 году, после демобилизации, Александр с женой Натальей покидают «ридну Украину» и переезжают в Таганрог, где началась его карьера профессионального бухгалтера.
Старший лейтенант А.Ф. Таранский в грозном 1941 году. 
Третий раз Таранский оказался в рядах РККА в июне 1941 года с началом Великой Отечественной войны. Прошел всю войну и в 1947 году демобилизовался в звании капитана, техника-интенданта 1-горанга за выполнение особо важных заданий командования, связанных с риском для жизни, А.Ф. Таранский дважды награждался орденом Красной Звезды. 
Приехав в родной город, он узнал, что на железную дорогу требуются специалисты его профиля. Учитывая боевые заслуги и многолетний опыт работы А.Ф. Таранского, его сразу зачислили на должность главного бухгалтера ОРСа, под начало С.Г. Дыскина. Специфика работы в системе ОРСа МПС требовала повышения квалификации и профессионального роста. И А.Ф. Таранский поступает в Центральный институт ОРСов на курсы повышения квалификации главных бухгалтеров ОРСов системы НКТП (впоследствии МПС). 
Жена Таранского Наталья Львовна Бурьянова была по профессии педагогом. В 1941 году окончила литературный факультет Таганрогского государственного учительского института, который в те годы находился в здании металлургического техникума на улице Ленина, 40. Впоследствии училась в Ростовском пединституте. Всю жизнь проработала в железнодорожной школе №15 учителем русского языка и литературы. 
В семье было трое детей. Дочь Галина, 1931 года рождения, работала преподавателем в авиационном и приборостроительном техникумах, затем в КБ-2 машиностроительного завода имени Г.М. Бериева. В настоящее время находится на заслуженном отдыхе, живет в Таганроге. 
Сын Владимир, 1934 года рождения, работал прорабом, заместителем главного инженера РСУ города Таганрога. Скоропостижно скончался в 1975 году. 
Младшая дочь Елена, 1938 года рождения, в 1963 году окончила авиационный техникум и ровно тридцать лет проработала в КБ-4 машиностроительного завода имени Г.М. Бериева. В 1993 году вышла на пенсию. В настоящее время живет в Таганроге. 
В Исполкомовском переулке семья Таранских проживала до 1972 года, а потом разъехалась по другим адресам. У каждого была своя семья, свои заботы и проблемы.
Вспоминая своего отца, Елена Александровна рассказывала, что Александр Федорович, несмотря на свой внешне суровый вид, был добрым, мягким человеком. Он не замыкался в рамках своей служебной деятельности, имел много друзей и хороших товарищей, которые часто собирались у них в доме. Он увлекался игрой в преферанс, а партию ему составляли сосед С.Г. Дыскин, директор 15-й школы К.И. Балыков, директор ресторана «Волна» Ф.Е. Момотов и другие. Елена Александровна Таранская (по мужу Долгошеева) с добрыми, нежными чувствами вспоминает период их жизни «на Исполкомовском», своих соседей — Дыскиных, Чижовых, Бабкиных, Лазаревых. Благодаря ее воспоминаниям удалось собрать материал об этих известных людях Таганрога. 
На пенсию Александр Федорович Таранский вышел по болезни, перенеся инсульт в тяжелой форме. Умер он в сентябре 1968 года, похоронен на Старом кладбище Таганрога. 
Секретарь райкома 
В поисках следов проживания в Исполкомовском переулке известных людей Таганрога неожиданно всплыло имя A.M. Чижова, бывшего секретаря Сталинского райкома партии, который жил в том же доме №33, что и Дыскин, и Таранский. Упускать такой интересный факт было нельзя. Некоторые скудные сведения о Чижове нашлись в историко-краеведческом музее и в Таганрогском филиале ГАРО. И пришлось приложить немало усилий, чтобы проследить жизненный путь Александра Михайловича Чижова и собрать о нем некоторый биографический материал. Удалось разыскать его дочь Ольгу Александровну Колесову, проживающую в Ростове-на-Дону, и внука Артура, живущего в 
Таганроге. И вот что мы узнали о человеке, много лет проработавшем в органах исполнительной власти Таганрога.
А.М. Чижов. Фото 1950 года. 
A.M. Чижов родился 11 ноября в 1906 года в Орловской губернии. Трудовую деятельность начал в 14 лет в Никитовке (Донбасс), работал столяром в строительных организациях города. В 1930 году его избирают председателем горкома профсоюза строителей. В этой должности он проработал ровно год, а с 1931 по 1932 годы работал заместителем управляющего «Дормосттреста» Макеевки. В 1932 году его избирают секретарем партийной организации Управления «Севкавтяжстроя». С этой выборной должности началась его партийная карьера. После войны A.M. Чижов последовательно занимал руководящие посты в партийных органах: секретарь Сталинского PK КПСС города Таганрога, заведующий отделом легкой и местной промышленности Ростовского обкома КПСС, второй секретарь, а затем первый секретарь ГК КПСС Красного Сулина. 
В середине 50-х годов работал заместителем начальника цеха завода «Красный гидропресс», затем директором Таганрогского хлебокомбината. В марте 1959 года A.M. Чижова избирают председателем исполкома Сталинского района города Таганрога. 
Александр Михайлович Чижов относился к категории людей-трудоголиков и, как вспоминает его дочь Ольга Александровна, «отца мы с мамой видели редко — он все время находился то на каких-то совещаниях, собраниях, заседаниях, то занимался объездом территории района. Свободного времени у него почти не оставалось. Даже отдыхать нормально не мог».
Жена Чижова, Надежда Николаевна, работала заведующей детским садом и воспитывала дочь Ольгу. В 1957 году девушка окончила таганрогскую среднюю школу №10, затем училась в радиотехническом институте на факультете автоматики и вычислительной техники, который окончила в 1964 году по специальности «Автоматика и телемеханика». По распределению ее направили в город Арзамас-16 (в настоящее время город Саров) для работы по специальности на оборонном предприятии. Выйдя на заслуженный отдых, она продолжила работу в Российском Федеральном ядерном центре, но уже в должности работника музея предприятия. 
Помимо дочери Ольги, у супругов Чижовых был сын Владимир, 1935 года рождения, который умер в 2001 году в Таганроге. 
На пенсию Александр Михайлович ушел с должности председателя Октябрьского райисполкома в марте 1963 года, но, чтобы не сидеть без дела, вспомнил свою первую рабочую профессию и увлекся изготовлением столярных изделий. В семье O.A. Чижовой (Колесовой) сохранился детский стул, сделанный A.M. Чижовым для внука. 
В настоящее время внук A.M. Чижова Артур Эдуардович Колесов живет в Таганроге и работает инженером в ООО «Юг-Пром». Александр Михайлович Чижов скончался на 70-м году жизни в марте 1976 года, похоронен на кладбище по Николаевскому шоссе.
Его года — его богатство... 
В 1946 году в тот же дом по Исполкомовскому переулку, 33, в небольшую однокомнатную квартиру въехала семья, состоящая из четырех человек — муж с женой и двое взрослых детей. 
Лии Кожевниковой шел 18-й год, а ее брату Жану уже исполнилось двадцать. Он только что демобилизовался из армии, и перед молодым человеком стал вопрос, куда идти и чем заниматься. 
Ни Лия, ни Жан еще не знали тогда, что впереди их ждет большая насыщенная жизнь на благо города, который станет для них родным и близким. Они оба родились в Краснодарском крае: Лия — в городе Крымске, Жан — в кубанской станице Троицкой.
Лия Ивановна Кожевникова станет профессиональным работником советской торговли, пройдет путь от простого продавца до заместителя директора ТУМа, в течение десяти лет будет возглавлять совет наставников таганрогского горпромторга, получит почетное звание заслуженного работника торговли РСФСР. А Жан Иванович Кожевников пройдет путь от секретаря первичной комсомольской организации до председателя Октябрьского райисполкома. Вся его жизнь будет связана с нашим городом, его развитием и строительством в послевоенные и последующие годы. 
Мы не станем заниматься жизнеописанием человека, который сам может это сделать с большим успехом. Несмотря на преклонный возраст (1 декабря 2011 года Ж.И. Кожевникову исполнилось 85 лет), у Жана Ивановича феноменальная память, «железная» логика и непоколебимая вера в будущее. Когда слушаешь его взволнованный, проникновенный рассказ, перед глазами невольно всплывают картины давно минувших дней. 
Рассказывает Жан Иванович Кожевников: 
— В сорок первом мне исполнилось пятнадцать лет, и призыву в армию я не подлежал. А когда стукнуло восемнадцать, пошел в военкомат. Хотелось самому взять в руки оружие и бить ненавистного врага. Но военком рассудил по-своему, и меня направили на учебу в танковое училище. Когда обучение подошло к концу, война уже заканчивалась. После окончания училища служил в Австрии, Германии в 53-й гвардейской танковой бригаде. Демобилизовался в 1946-м и вернулся в Таганрог. Надо было получать гражданскую специальность, и я поступил в пищевой техникум на единственное в нем отделение, где готовили технологов пивоварения и механиков по оборудованию пивного производства. Я попал в группу механиков.
Ж.И.Кожевников. Фото 1970-х годов. 
В 1951 году меня избрали секретарем комсомольской организации техникума, а затем вторым секретарем Ленинского PK ВЛКСМ. Так я оказался в номенклатуре горкома комсомола. В 1952 году на городской комсомольской конференции меня избирают первым секретарем горкома комсомола. В этой должности я проработал ровно три года, а потом меня забрали в аппарат городского комитета партии инструктором промышленно-транспортного отдела. Я часто задавал себе вопрос: «А почему именно в промышленно-транспортный?» и нашел ответ в следующем. Когда я еще работал в комсомоле, нас часто привлекали к выполнению общественных работ: мы высаживали деревья на Пушкинской набережной, у памятника Петру I, на трассе Таганрог—Ростов, участвовали в строительстве автодороги на Марцево. Естественно, все делалось на чистом энтузиазме, никаких денег за это нам не платили. Выполняя такие поручения, я приобретал организаторский опыт, начал разбираться в хозяйственных вопросах, наверное, поэтому меня и направили в «промышленность». 
В 1955 году я получаю новое назначение — на этот раз заместителем заведующего промышленно-транспортным отделом по строительству. Первым крупным объектом для меня стал строительный комплекс радиотехнического института, включавший реконструкцию Рыбной и Октябрьской площадей, строительство новых учебных корпусов, жилых домов для сотрудников и общежитий, благоустройство Комсомольского сквера у памятника Петру I.
В 60-х годах в городе велось крупномасштабное промышленное строительство, повышенное внимание уделялось и объектам соцкультбыта. В те годы были проложены первые ветки газопровода Ростов—Таганрог и Донского водопровода, построены цех непрерывной печной сварки труб на металлургическом заводе и здание нового железнодорожного вокзала, городской Дом культуры. 
В марте 1963 года на сессии горсовета Ж.И. Кожевникова избирают заместителем председателя горисполкома. В этой должности он проработает ровно два года, до марта 1965 года. А потом его изберут председателем исполкома Октябрьского района, и вновь начнутся строительные дела, реконструкция старых, застройка и благоустройство новых микрорайонов. 
И вновь рассказывает Ж.И. Кожевников: 
— В те годы производилась застройка Кислородной площади, улицы Свободы, строился новый корпус НИИ связи, благоустраивался Приморский парк. Особое внимание уделялось строительству жилья, озеленению и благоустройству улиц. А в середине 70-х мы начали осваивать район, который позже получил название Русское поле, первый дом там построили в 1974 году. 
В должности председателя райисполкома Ж.И. Кожевников проработал девять лет, а в 1974 году, приняв приглашение директора завода «Красный гидропресс» Владимира Тимофеевича Янченко, перешел туда на работу заместителем директора по кадрам. 
Много лет Жан Иванович возглавлял ветеранскую организацию завода «Красный гидропресс», в настоящее время он по-прежнему ведет активную общественную работу, является членом президиума городского Совета и членом областного Совета ветеранов. 
Ж.И. Кожевников за многолетнюю, добросовестную работу неоднократно награждался почетными грамотами, орденами Трудового Красного Знамени, «Знак Почета» и другими наградами. 
На мой вопрос, помнит ли он, как жил в Исполкомовском переулке, Жан Иванович ответил: 
— А как же! Трудное это было время, но интересное. Мы были молоды и горели желанием трудиться, приносить пользу своей стране и родному городу. А на бытовые мелочи не обращали внимания, они оставались в стороне. 
Comments