главная‎ > ‎

Мещерское (Московская область)

Мещерское (Московская область) 

 Церковь Покрова Божией Матери

 

 

В 1627 г. на этом месте была пустошь, называвшаяся Макеева на р. Рожае. Ею владел князь Булат (во святом крещении Иван) Михайлович Мещерский. В 1636 г. она перешла к его сыну князю Ивану Ивановичу, который на пустоши построил дом, и Макеево стало сельцом. В 1685 г. сельцо перешло к его сыну князю Фёдору Ивановичу, который в 1695 г. построил деревянную церковь Покрова Божией Матери. В 1708 г. вдова князя, Матрена Илларионовна, продала село дьяку Адриану Григорьевичу Ратманову, у которого оно в том же году было куплено стольником Матвеем Васильевичем Колычевым. В 1767 г. перешло к Петру Ивановичу Голохвастову и в 1799 г. к его сыну Николаю.

Сохранившиеся до наших дней постройки в с. Мещерское относятся ко времени (с 1817 г.), когда усадьба принадлежала барону Льву Карловичу Боде (1787-1859), чей труд навсегда запёчатлён в облике Московского Кремля. Лев Карлович происходил из древней немецкой дворянской фамилии, был сыном полковника французской службы, женатого на англичанке Марии Киннерслей, и родился в Эльзасе, в замке отца. В 1795 г. его родители переселились из Франции в Новороссию, в имение, пожалованное Екатериной II. В 1798 г. Боде поступил в Шкловский кадетский корпус, а в 1801 г. уехал за границу с матерью, которая отправилась хлопотать о возвращении имения, отобранного во время революции. За границей сначала он сделался пажом, а в 16 лет офицером в войсках курфюрста Гессен-Кассельского. После Аустерлицкого разгрома, "слыша возмущавшие его суждения, он почувствовал стыд находиться в бездействии, на службе чужого государя", так как, несмотря на чужеземное происхождение, был русским патриотом. В 1806 г. он вернулся в Россию и поступил юнкером в лейбегерский полк, которым командовал граф Эммануил Сен-При и в числе офицеров которого было много эмигрантов. Догнав полк на походе, в бою при Гутштадте, спас жизнь графа Сен-При и получил солдатский Георгий. С 1812 по 1814 гг. он состоял адъютантом при графе Штейнгеле, а затем при Витгенштейне, в 1815 г. получил орден Святого Георгия 3-й степени, а в Париже был произведён в полковники. В январе 1815 г. он женился на Наталии Фёдоровне Колычевой (1790-1860), приятельнице его сестёр, и скоро вышел в отставку. Прожив несколько лет в Санкт-Петербурге и Москве, он переехал с семьей, для поправления дел, в с. Колычево Балашовского уезда, откуда в 1850 г. холера снова заставила его вернуться в Москву. Здесь благодаря родству с князем П.М. Волконским он получил стал сначала советником Дворцового управления, затем его начальником, с большой квартирой в кавалерских корпусах (на их месте сейчас Дворец съездов), где семья прожила 25 лет Он имел придворные звания камергера, гофмаршала и обер-гофмейстера. При нём поднят Царь-колокол, с XVIII в. находившийся в яме; ему поручены были восстановление теремов и постройка большого Кремлёвского дворца. Крайне аккуратный в денежных делах, он любил и умел строить, через его руки прошли громадные суммы, так как государь Николай Павлович вполне доверял барону Боде (что создало ему в Москве много завистников). Он получил звезду святого Александра Невского, особую медаль с брильянтами и надписью "Благодарю" за постройку дворца и 40 тыс. рублей на уплату долгов; от Александра II звезду святого Владимира 1-й степени.

В семье он был главой, и жизнь шла патриархально, несколько на немецкий лад, жили широко, но просто, огромная квартира была наполнена чадами и домочадцами, прислуги было множество. Щепетильно соблюдая установления, барон ездил с лакеем в придворной ливрее, но это не разрешалось ни жене, ни дочерям. Его власть в семье признавалась сама собой, она чувствовалась, не выражаясь ни в чём, тем не менее дети и внуки обожали доброго и сердечного, хотя и вспыльчивого старика. Он хорошо говорил по-русски и считал, что его дети должны быть русскими, т. е. не говорить по-немецки, что по тогдашним нравам значило говорить по-французски. Лев Карлович обладал теми качествами души, без которых невозможна демократия, честностью и ответственностью, он любил ту землю, на которой жил. Только шутка и ласка выходили у него удачно всегда на родном немецком языке. Внучатам он давал немецкие прозвища и любил иногда поболтать с дамами московской немецкой колонии. Обладая изящным лоском XVIII в., соединённым с военной выправкой, невысокий и плотный, с красивым лицом и густой щетиной белых волос на голове, которую внучата сравнивали с "одуванчиком", барон Боде до старости сохранил живой ум, бодрость и весёлый нрав. Он оставил записки на английском языке (не изданы) о своей жизни до женитьбы.

Выстроенные им в с. Мещерское главный дом, флигель "теремок", башенка с воротами и оградой выдержаны в "русском" стиле. Домовая церковь Покрова Пресвятой Богородицы 1709 г. перестроена в 1853 г. Рядом с ней находится часовня-усыпальница владельцев усадьбы. Барон скончался 29 апреля 1859 г. в Москве и был погребён сначала в Мещерском, в 1867 г. прах перенесён в склеп под церковью с. Лукино близ Москвы.

Его жена Наталия Фёдоровна - дочь капитана Фёдора Петровича Колычева, последняя представительница старинного дворянского рода. Она рано лишилась отца. Смерть нескольких дядей и брата, убитого в 1812 г., сделала её богатой наследницей, но дела её были запутаны. Выйдя замуж за барона Боде, сама горячая и властная, она сумела переделать себя и по чувству долга подчинилась воле мужа. Они прожили 45 лет, окружённые детьми (которых было 11 человек) и многочисленными внуками. Наталия Фёдоровна отличалась глубокой религиозностью, собрала целую библиотеку духовно-нравственных книг на французском языке и воспитывала детей в строго православном духе, хотя её муж был лютеранин. Она была очень благообразна, высокого роста, прямая, сухая, со всегда крепко сжатыми губами. Под старость стала ещё богомольнее и каждый день посещала богослужения в домовой церкви. Она умерла от удара в с. Мещерское через год после смерти мужа и была похоронена в часовне у церкви. В 1867 г. прах перевезён в с. Лукино.

Их сын Лев (1820-1855) владел селом, когда его родители состарились. Он был предводителем дворянства Подольского уезда, к которому относилось Мещерское. Похоронен у правого клироса церкви. Его брат Михаил (1824-1888), обер-гофмейстер, в 1875 г. получил герб и фамилию Колычевых и стал называться Боде-Колычев. Их сестра Мария (1818-1864) с 1862 г. ушла в монастырь (монахиня Паисия).

В 1891 г. Московская земская управа выкупила имение под психиатрическую больницу, которой руководил доктор Владимир Иванович Яковенко (1857-1923), чьим главным принципом было обходиться с больными без насилия. В конце XIX в. достроены больничные корпуса и вспомогательные помещения. Покровский храм стал больничным, в 1906 г церковным старостой в нём был врач, директор больницы Михаил Платонович Глинка. В Покровско-Мещерской школе в 1900 г. законоучителем был священник Сергей Васильевич Георгиевский, учительницей - Лидия Ивановна Яковенко.

В советское время Покровский храм закрыт, разрушено пятиглавие. Он перестроен, разделён перекрытием на два этажа, и в нём открыли кафе (1960-1970-е гг.). Пожилая женщина в 1980-х гг. рассказывала, что почти все супружеские пары, которые после регистрации "гуляли" в этом кафе, распались. В наше время храм возвращён верующим. В 1994 г. разобрано межэтажное перекрытие, храм очищен от мусора, в нём начались богослужения. В Мещерском сохранился усадебный дом, построенный во 2-й половине XIX в. Л.Л. Боде, готическая башня, хозяйственные корпуса и остатки парка.

Рядом с Мещерским -бывшая усадьба Чертковых, Мальвинское-Отрадное, где восстановлен деревянный усадебный дом. Примерно в девяти километрах от Мещерского, выше по течению р. Рожай (ныне Ро-жайка), находится с. Молоди, а в двух с небольшим километрах ниже - с. Прохорово.

 

 

Сразу несколько звучных исторических имен связано с усадьбой «Покровское» в селе Мещерском. В разное время им владели Боборыкины, именитые князья Мещерские, давшие окончательное название селу, влиятельный царедворец С.В.Шереметев.

 

В 1817 году многолетним и последним владельцем усадьбы стал Лев Карлович Боде, назначенный Николаем I президентом Московской дворцовой конторы, ведавшей важнейшим строительством в бывшей и будущей столице. При нем был поднят Царьколокол, он занимался восстановлением старинных теремов и постройкой Большого Кремлевского дворца. «Покровское», где барон с семьей проводил много времени, принимало многих видных писателей и художников. Здесь подолгу жил известный московский поэт князь Александр Иванович Долгорукий.

 

Частым гостем усадьбы был крупный поэт, критик и баснописец Петр Иванович Новиков, бывавший в «Покровском» со своей женой Антониной Ивановной сестрой князя А.И.Долгорукова и братьями Дмитрием и Павлом. Оба были литераторами и дружили с А.С.Пушкиным. Сама усадьба, изображенная на старинных акварелях московского художника П.А.Герасимова, являла собой замечательный памятник архитектуры того времени, тонко и гармонично вписанной в искусно созданный парк. Часть усадьбы сохранилась по сей день.


Comments