Древо‎ > ‎

Давид Исаакович Нудельман





Мой прадедушка Давид Исаакович Нудельман

Как рассказала бабушка Наташа он родился в 1911 году, 15 января в г.Одессе. Он был самым младшим из четверых детей в семье. Жили они на 3 станции Б.Фонтана и на занятия его сестра возила на конке в город. После школы он поступил в судостроительный техникум, а по окончанию работал на заводе и учился на заочном факультете строительного института. Это было перед войной. Из-за плохого зрения на фронт его не взяли и он вместе с заводом эвакуировался в г.Тюмень. Уезжали они всей семьей (с родителями, даже сестру матери с детьми удалось забрать) почти последним пароходом, это было в августе 1941г. Воздушным нападениям Одесса подверглась с первых дней войны, эвакуация из Одессы важнейших предприятий, оборудований, продовольствия и раненых началась в начале июля. Вражеские самолеты бывало по 15 воздушных налетов делали за день, сбрасывали бомбы, фугасы на город. Рабочие дежурили день и ночь, сбрасывали фугасы с крыш, тушили пожары, зенитные батареи отгоняли фашистские самолеты поэтому опасаясь приближаться к берегу самолеты подстерегали караваны судов в открытом море. Опасность таилась для судов и под водой, где плавали вражеские мины, и в небе, где кружили неприятельские самолеты. Так что не все корабли добирались до берегов Крыма, многие из них затонули. Но моей семье повезло добраться до Новороссийска, а потом в теплушках добирались через г. Калач, Сталинград до Тюмени больше 2 месяцев. В пути Давид заболел малярией, а тогда ее лечили хинной. Когда в октябре наконец приехали в Тюмень, то спрашивали что это за японец, так как он был желтый и в очках. Последствия болезни сопровождали его всю жизнь. Завод с оборудованием остался в Тюмени, а Давида отправили со строителями в Тобольск на судоверфь, уже уходил последний пароход, начинался ледостав на реке, там были морозы и судоходство прекращалось. В затоне строителей поселили в новые сбитые дома, но стены утеплить не успели и если вечером даже топили русскую печь, то утром просыпались и на одеяле был иней. Как только Одесса была освобождена все рвались побыстрее домой, как не уговаривали остаться там (и дом давали и корову и.т.п). Давид очень любил море, все сознательные годы у него была лодка под парусом, в свободное время он проводил на причале, много читал, собирал книги. Большая библиотека у него осталась, когда эвакуировался, а когда вернулись, то дворник дал ему расписку румын, что библиотеку он забрали для университета, а от мебели остались 2 ножки стола, которые им отдали на растопку печи и угостили чаем из его бывшей чашки. 

Конка в Одессе


Comments